Райс наблюдал за ее реакцией на грубые слова и ощущал небывалый азарт. Киборга такие речи не заденут. Максимум, на что способна имитация личности, — преувеличенное возмущение. А эта, похоже, и того не умеет. Застыла столбом, даже моргать забыла… Сбой в программе?
— Будешь играть по моим правилам, крошка? — Для закрепления эффекта Сэм легко шлепнул ее пониже спины, где-то в районе поясницы, скрытой толстым жакетом.
Настоящая девушка из чопорного, в высшей степени благопристойного и до омерзения приличного Оникса закатила бы нехилый скандал, киборг же никогда в жизни не распознал бы это действие как угрозу или домогательство и не отреагировал бы.
Увы, у Саны нашелся третий вариант сценария. Она шмыгнула носом и, цепляясь уродливой обувью за складки ковра, бросилась прочь. Промазала мимо двери, влетела в стену, заревела…
— Дядь, тебе лечиться надо! — К ней подбежала зеленоволосая злюка, с неожиданным сочувствием помогла подняться. — Слышь? Полезешь ко мне — останешься без… Нет, па, я не буду ругаться! Просто оторву ему… Па, хватит! Я ни на кого еще не набрасываюсь!
Сэм воинственно скрестил руки на груди, отказываясь принимать упреки. Но что-то определенно было не так. Программа не могла действовать настолько неуклюже. Имитация личности — сложный процесс, в котором продуманы каждая эмоция и жест. Выглядит это крайне фальшиво, но в то же время изящно и без изъянов. А вот Алесана… Она вела себя необычно абсолютно не в том смысле, на который рассчитывал Райс.
«По-человечески», — сказал бы Сэм, отбросив предубеждения. Пусть даже в чисто техническом смысле. Киборг не врезался бы в стену. Нервы, слезы, паника — киборг изобразил бы это на «отлично», однако мимо дверного проема в расстроенных чувствах не промахнулся бы. Нет у него чувств! Только последовательность команд, которые нужно исполнить.
«Не верю!» — Райс смотрел на всхлипывавшую Сану, вокруг которой хлопотали Мира, Волк, так и не представившийся инспектор космопорта и позабывший о собственных стенаниях Никал, и размышлял, не стоит ли в самом деле посетить психиатра.
Что если торговец прав? Может, это какое-то психическое расстройство? Мания преследования, например? Вдруг он совершил ужасающую ошибку и, пытаясь доказать свою правоту, обидел самую обычную девушку?
* * *
Мик открыл глаза и рывком сел. Голые стены, узкая койка, раскладной стол, удобства в углу, допотопный экран… Парня проняла дрожь. На миг показалось, что это и есть то «уютное местечко» на Ониксе-3, которым его регулярно пугают последний год. Но постельное белье было своим — привычным, домашним, пахнущим знакомым кондиционером, и страх понемногу отступил, позволив памяти расставить все по местам.
Это не колония для несовершеннолетних, а обычная «маршрутка» со скудным интерьером. Опасаться нечего. Вернее, опасаться будет нечего, когда система Оникса останется позади. А пока надо верить в удачу. По правде говоря, она Мика никогда особо не жаловала, но вдруг разнообразия ради в теперешней ситуации сделает исключение?
После действия парализатора гудела голова. Парень потер виски и обежал каюту взглядом, разыскивая свои вещи. Все как он оставил, даже сброшенные носки валялись под ногами.
«Сондарс» по обыкновению лежал в кармане рюкзака. Мик проглотил большую таблетку в сладкой оболочке, бросил в рот мятную жвачку и подумал, что если бы валериана действительно могла избавить от половины существующих болезней, как уверял отец, фармацевтические компании разорились бы.
Как ни странно, знакомый вкус действительно принес облегчение.
Мик умылся, полюбовался на свою редко видевшую солнца физиономию, натянул кепку, в которой чувствовал себя на пару лет взрослее, и жестом, въевшимся в подсознание, схватил древнюю компьютерную мышку, в его представлении наверняка заставшую эпоху динозавров.
— Так, крошка «Зара», диалог с тобой у нас не заладился, — ухмыльнулся, предвкушая испытание новой идеи. — Ты у нас недотрога, каких поискать. Примем это и двинемся по другому пути. Не получилось по-плохому — сделаем по-хорошему. Давай-ка создадим новую учетную запись с правами «гостя». Отлично. А теперь пусти меня в галанет инкогнито. Что значит: «Необходимо разрешение админа»?! Мы с тобой уже это проходили! Я не требую доступ к управлению! Мне просто нужно зайти на… Да ты издеваешься?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«У вас осталась одна попытка несанкционированного доступа. Желаете использовать ее сейчас?» — горело на экране.
Мик со злостью опустил кулак на допотопную клавиатуру, и несколько клавиш, не выдержав удара, разлетелись по полу.
— Я всего лишь хочу просмотреть почту, не светя свои данные!
«Почему?» — пришел ответ.
— Потому что за мной следят! Правительству Оникса интересна моя личность! Я же малолетний преступник! Что, не знала?! Помоги мне!
«Зара» любезно предложила записать его на курсы по управлению гневом или на онлайн-прием к отоларингологу.
— И в чем тут связь, тупая машина?!
«Повышенный тон означает либо нервное напряжение, либо проблемы со слухом», — прочел Мик, и в тот же момент возненавидел «Зарницу» еще сильнее, чем «СверхОниксину» — государственную базу данных, которую он в прошлом году надумал взломать по глупости и сумел взломать по воле случая.
Это принесло пару минут радости от осознания собственной крутизны и бесконечные неприятности, потому что «СверхОниксина» вычислила его на раз-два. Само по себе прегрешение было мелким, тянуло максимум на хулиганство и штраф, но в сочетании с тем, во что вляпалась Мира, и с тем, что едва не повесили на отца, навело правоохранительные органы на серьезные подозрения.
Объяснить, что то вышло совершенно случайно, парень не сумел. Он бы и сам не поверил в столь бредовое оправдание. Тем более, начни под него копать по-настоящему, всплыла бы не только детская шалость в галанете.
Мик поежился, когда тщательно спрятанные воспоминания напомнили о себе. Сколько ему было? Двенадцать или тринадцать? Темная подворотня, человек с доски «Их разыскивает полиция», труп незнакомой девушки, нож и мерзкая ухмылка… Тогда он впервые понял, что отличается от сверстников. Что если выложиться по полной, можно решить любую задачу. Что возраст и сила не имеют значения — важны точность, логика и нужный момент.
И что настоящее убийство отличается от киношного хотя бы тем, что после него невозможно оправиться даже через годы.
Поэтому приходилось бежать. На словах — ради сестры, на самом же деле Мик знал: когда он достигнет совершеннолетия и его биометрические данные попадут в общенациональную «взрослую» базу, шансов покинуть Оникс по собственному желанию у него уже не будет.
* * *
Сэм сдался в тот миг, когда услышал сумму штрафа за непристойное поведение, хамство представителю властей Оникса, дискриминацию и… Он оборвал быструю речь инспектора космопорта, так и не узнав, в чем еще провинился. Не имело смысла докапываться до истины. И так понятно: Никал всерьез намерен сосватать якобы племянницу «Касэлоне» и воспользуется для этого как законными, так и незаконными методами. Например, как бы случайно проговорится, что человек в форме служащего космопорта — его школьный товарищ, по совместительству — «крестный» незабвенной Алесаны, и лишь от него зависит, покинет ли корабль планету или останется в системе на неопределенный срок.
— Ты очень огорчишься, если по пути на Ариадну твоя Сана выйдет погулять в открытый космос?
В ответ на этот вопрос, произнесенный усталым тоном вконец отчаявшегося мерзавца, торговец рухнул в притворный обморок, а инспектор начал набирать полицию, потому что «прозвучала угроза убийства».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
«Чертова планета!» — Райс почти ощутил, как на нем застегиваются наручники. Снова бюрократия… Нет, хватит. За неделю простоя Оникс сожрет намного больше нервов, чем кэй-мерзость, которая, к тому же, имеет крохотный шанс оказаться человеком.
— «Зара», типовой договор найма. — В тот миг он ненавидел себя за слабость. — И проверь, выпустят ли нас из этой дыры, если врач и техник — одно лицо.
