масштабно не веселились.
Иногда этот парень пугал меня своей отмороженностью…
***
Злясь из-за полученного ранения, я ввалился в дом и направился в душ, желая смыть с себя следы прошлой ночи. К счастью для меня, пуля прошла по касательной. Но, сука, плечо все равно отвлекало! Я ненавидел раны, считая их признаком слабости и того, что мое поражение стало почти реальным. И вдобавок, теперь я не смогу выйти на ринг, пока рана полностью не затянется.
Обвязав бедра полотенцем, перевязал рану и прямиком направился в спальню Куклы, желая, наконец, получить свой гребаный минет, которого меня уже дважды лишили.
***
— Иди за мной! — Вломившись в комнату в одном полотенце, повязанном вокруг узких бедер, прорычал Хайсам.
Подскочив с кровати, где листала книгу, взятую из его кабинета, я кинулась вслед за ним, предчувствуя, что ничего хорошего меня не ждет. Он явно был на взводе.
Войдя в кабинет, я показательно вздрогнула, когда он одним резким движением смел все со своего стола.
— Иди сюда, — Хищник затащил он меня на столешницу, с ходу срывая с меня то самое развратное платье, которое ему так понравилось. Оставив меня в одних стрингах, толкнул вниз, располагая мое тело таким образом, чтобы я беспомощно распласталась на спине, а моя голова свешивалась с краю. Понимание задуманного им приводило в ярость, но я изо всех сил старалась контролировать это.
«Не женщина — Собственность» — твердила я себе, пытаясь вдолбить это в свою голову.
— Дааа, вот так, Куколка, — схватив меня за волосы, Хищник отбросил полотенце, являя моему взору, полностью окрепший член. — Пиздецски заводишь… — Прошипел, надавливая мне на скулы и заставляя открыть рот. — Пора учиться сосать член, Куколка… — Пророкотал он, проталкивая головку в мой раскрытый рот.
Черт! Чувство беспомощности в этой позиции сводило с ума, не давая сосредоточиться и думать о чем-то другом, кроме врывающейся в горло дубины.
— Шире рот, Куколка. — Его член двигался все глубже, пока не уперся мне в глотку, вызывая нестерпимое желание избавиться от него. — Расслабься… Вот таак, — придерживая меня за подбородок, он двинул бедрами назад, давая мне ложное чувство избавления, чтобы тут же вновь заполнить собой весь мой рот, пока мои губы не сомкнулись вокруг ствола. Он был слишком длинным, чтобы я смогла вобрать его весь, но, кажется, Хайсам этого не понимал, пытаясь с каждым толчком задвинуть его еще глубже.
Он с вожделением смотрел на меня сверху вниз, внимательно наблюдая, как я давлюсь, не в силах справиться, и как слюни стекают по моему зареванному лицу.
— Ты плохо стараешься, Куколка. — Ощутив, как он медленно двинулся дальше в мое горло, непроизвольно захрипев, подняла руки, пытаясь оттолкнуть его за бедра, но гад перехватил мои запястья. — Черт, я вижу, как скольжу в тебе. — Он провел свободной рукой по моему горлу, трогая таким образом и свой член внутри меня.
В глазах начинало темнеть от нехватки воздуха, но эта сволочь и не думала останавливаться.
Какой позор — умереть от члена в глотке!..
Я почти отключилась, когда внезапно почувствовала свободу и начала судорожно глотать воздух.
— Кажись, увлекся, забыв, что для тебя это — в первый раз. — Как ни в чем ни бывало выдал Хищник, словно в том, что он чуть не задушил меня своим чертовым болтом не было ничего особенного! Сукин сын! Если бы он не был частью моего плана, я бы заколола его ножом для бумаг! — Мы только начали, Куколка. Так что настройся на нужный лад и начинай стараться лучше! — Видимо, уловив протест на моем лице, с угрозой произнес он, отпуская мои запястья. — И не смей больше поднимать руки. Или я свяжу тебя как цыпленка, и отдолблю на свой лад. А это будет совсем не так нежно, как сейчас. Поняла?
***
Не дожидаясь ответа, в котором не нуждался, вновь двинулся внутрь теплого ротика Куклы, наслаждаясь тем, как начинает сокращаться ее горло от рвотных позывов, приятно массируя мой чертовски твердый член. Я видел: девчонка уже смирилась с тем, что я не прекращу ее мучить, пока не кончу, хоть она и выглядела взбешенной. Впервые меня больше возбуждал вид, чем ощущения. А видок у Куклы был еще тот!
Мокрая от слюней и слез, покрасневшая мордашка никогда еще так не заводила. А чего только стоили эти хрипы и сжимающиеся кулачки! Не удержавшись, я больно ущипнул ее сосок, переключая внимание и пробираясь почти до конца в ее горло.
— Умммм… — Она изогнулась, чем только помогла мне протолкнуться так, что ее губы практически коснулись моего паха.
— Тише, вот тааак, — держа за плечи, я начал с оттяжкой трахать ее в горло, не обращая внимания на все метания. Я и не ожидал от нее другой реакции. — Дыши носом! — Приказал, не собираясь вновь прерываться. У нее были хорошие задатки, гарантирующие мне улетный отсос в будущем. Другая на ее месте давно заблевала бы меня. Но моя игрушка хорошо держалась. — Какое узкое горлышко! — Продолжая вгонять себя ей в горло, проговорил я, чувствуя, что долго не продержусь. — Глаза открой!
Почувствовав, как я увеличился перед тем, как взорваться, она жалобно захрипела от мощно двигающегося ствола в своем горле. Это стало последней каплей.
Застыв, я начал накачивать ее своим семенем, с которым она не справлялась, давясь и брызгая им через нос — девочка не привыкла глотать. Но ничего, скоро сама будет просить.
Освободив ее, я двинулся к дивану, расслабленно откидываясь на него и наблюдая за тем, как Кукла, кашляя и выплевывая изо рта мою сперму, сползает со стола. Найдя свое платье, она вытерла им лицо и выглядела шокированной.
— Ты чуть не убил меня! — Взвизгнула она, уперев в меня яростный взгляд.
Чертова сука! Этим и заводила. Ну, вот кто бы еще так отреагировал? Любая другая ударилась бы в слезы, обвиняя в жестокости. Но только не моя Куколка.
— Минетом? — Скучающе осведомился я.
— Это был не минет! — Вставая и пошатываясь на неустойчивых ногах, возмутилась она.
— Самый невинный минет в моей жизни, Куколка. Все для тебя, — подмигнул я, наслаждаясь ее искренним возмущением. — Но не рассчитывай,
