одну двадцатую или даже меньше.
На меня уставились пять пар широко раскрытых в изумлении глаз.
- Зачем? – поинтересовалась Фаэна. – Эта же гадость несъедобная.
- Гадость не гадость, но вот тут, - я похлопал ладонью по бочке с дистиллятом, - хоть и вода, но вода малополезная. Да вы даже вкуса не почувствуете. Попробуешь сама, чтобы убедиться?
- Нет, нет, - некроманта даже отошла на шаг от меня и помотала головой, - воздержусь от такой проверки.
- Но если она такая плохая, то чего ты нам голову морочил? – разозлилась Олма. – Ты обещал питьевую воду!
- Я обещал – я сделал, - я холодно посмотрел на собеседницу. – Но полностью питьевой она станет после смешивания с морской. И она не плохая, не нужно придумывать то, чего я не говорил, уважаемая. Просто, пользы для организма она не несёт.
- Но…
- Да хватит уже! – не выдержал я и оборвал её. – Когда ты ешь рыбу, то ешь жареной. Сырая тебе в горло не полезет. Так и здесь - в бочке находится «сырая» вода, которую ещё нужно подготовить.
Больше не желая объяснять, тем более, точно зная, что мне не поверят, я зачерпнул чашей немного дистиллированной воды и протянул служанке.
- Попробуй и потом скажешь, что за вкус. Не бойся, она не ядовитая и… никакая она, вот, - я сделал большой глоток тёплой и безвкусной воды. – Сам пью. Мне нужна ты в качестве независимого эксперта. М-да… в смысле, как свидетель.
Несмотря на мои заверения и пример, Сэнга взяла чашу с едва заметным колебанием. И отпила всего три мелких глотка, после чего вопросительно посмотрела на меня.
- Да уж, ну, хоть так-то, - махнул я рукой на это. – Набери в другую чашу морской воды.
Когда получил требуемое, я очень долго возился, подбирая пропорции морской и дистиллированной воды так, чтобы её можно было пить с удовольствием.
- Ну, вроде бы всё готово, - сообщил я, когда закончил с экспериментами. – Кто хочет пить, тот пусть подходит – налью чайку.
- Хватит с меня такого издевательства. Слава богам, что нормальной воды ещё целый бочонок, - с сильным раздражением сказала Олма, после чего развернулась и направилась в свой шатёр.
- Так я не упрашиваю, - пожал я плечами и посмотрел на старшую жену падишаха. – Фаэна?
- Пожалуй, тоже воздержусь, - ответила она мне. – Не хочу обидеть, но вот так сразу пить то, что получилось в этой бочке, я не могу. Но для омовений буду использовать.
У меня после этих слов глаза на лоб полезли.
- Для чего? Омовений? – переспросил я. – Фаэна, у вас воды осталось меньше пятидесяти литров. Это даже на двоих примерно десять дней питья. И то, если только пить, больше ни на что не тратить. А ты хочешь вот этот запас выливать себе на ноги?
- А ты хочешь, чтобы я как какая-то дешёвая рабыня ходила грязной? – вскинулась та.
- Боже, - я провёл ладонью по лицу. – Дай мне терпения или верни меня домой. Фаэна, насколько хватит маны в амулете? Как я понял, энергия из него в Сахе уходит очень быстро даже тогда, когда он не действует, так?
- При постоянном использовании от десяти дней до пятнадцати. Но десять дней я обещаю, что он будет работать.
- Десять дней… м-да. Ну, хоть что-то, - произнёс я, потом задумчиво стал размышлять вслух. – За десять суток постоянной работы можно сделать нормальный запас воды… серебра на дно накидать, чтобы хранилась дольше и держать в виде дистиллята, чтобы разбавлять прямо перед употреблением. А потом придётся переходить на ручной труд, - я покосился на «ароматную» бочку и тяжело вздохнул.
*****
После возвращения обратно на борт судна и демонстрации процесса приготовления питьевой воды прошло пять дней. За это время я с Сэнгой закончили ремонт плота и наполнили дистиллированной водой все свободные герметичные ёмкости, какие только нашли.
Попутно я с ней перешёл полностью на воду и еду, которую готовили себе сами. Единственная магия, которая при этом использовалась, была в согревающем амулете, который работал как кипятильник. Всё равно им почти не пользовались, а энергия из предмета утекала быстро даже во время простоя. Рыбу и морских мелких тварюшек, что приманивала Роксалана, я наловчился жарить в серебряном большом подносе на масляной печи, заполняемой рыбьим жиром. В местных водах, оказывается, плавает одна прелюбопытная рыбёшка размером с крупную щуку. В брюхе у неё вместо воздуха в пузыре находился жидкий жир или похожая субстанция, очень лёгкая и очень горючая. Каждая такая «щука» давала примерно пол-литра топлива. В целях экономии этот жир смешивали с рыбьим. Две трети щучьего и одна треть обычного жира.
Когда я сумел получить ведро питьевой воды и приготовить обед без всякой магии, то чуть ли не наяву увидел, как уходит прочь и скрывается в дымке смерть от голода и жажды. А то, что, ха-ха, падишахини нос воротят от запаха, то я посмотрю, как они поступятся своими гордостью и брезгливостью, когда все их волшебные вещи окончательно разрядятся в Сахе.
«М-да, а ведь и защитный амулет тоже однажды накроется медным тазом, - мелькнула тревожная мысль, от которой по спине прошла волна неприятных мурашек. – И неизвестно, сохранится ли мой иммунитет чужемирца».
На всякий случай я экспериментировал
