А слова-то его произвели впечатление. Оглядывая зал, я поминаю, что все девушки переглядываются довольно враждебно. От прежней непринуждённости не осталось ни следа.
Стоп. И это всё?!
— Нас ведь было много больше! — вслух восклицаю я, наполненная недобрыми предчувствиями.
— Вы очень наблюдательны, — с издевкой отзывается распорядитель конкурса.
— Где остальные? — хмурюсь я.
— За все нужно платить, — скалится он, — оракул не принимает просто так. Ему нужна жертва.
Волосы на затылке начинают шевелится.
— Вам ведь было сказано, что это проверка хотя бы на крупицу магических способностей. Очень жаль, что наш мир так обеднел, — на лице Альфонсо и правда появляется сожаление, но явно не от того, что добрая дюжина девушек пропала в темном царстве ведьмы. — В былые времена мир был наполнен людьми с уникальными способностями, а сейчас… он вырождается.
Господи, да он просто больной! Как я сразу не поняла! Эти сумасшедшие фанатики, которые считают себя выше других просто потому, что умеют передвигать силой мысли чайник к себе поближе.
Все это я, разумеется, вслух не произношу, но Альфонсо смотрит на меня так, что я подозреваю его в чтении мыслей.
— Сейчас вы отправитесь на свой первый урок магии, — он продолжает впиваться взглядом в мое лицо, — вам нужно набраться знаний перед вторым испытанием, иначе… — по его ухмылке сразу понятно, что будет «иначе». Додумывать не приходится. — Стража проводит вас.
Теперь мне становится ясным многое из того, что раньше было недоступно. Например, количество стражи. Раньше-то я думала, что они выставлены для защиты, а теперь стало очевидно, что они не нас охраняют, а стерегут, чтобы не сбежали.
— Офелия, — я снова пытаюсь заговорить с ней, пробираясь поближе, пока мы идем по темным коридорам.
— Не сейчас, — она шикает на меня, словно я ее горничная.
Глава 8
В большой аудитории нас встречает низенькая женщина в очках. У нее короткие вьющиеся волосы и очень приятное лицо. Я бы подумала, что она жена булочника, встающая рано с утра, и пекущая вкуснейших хлеб, встреть я ее на улице.
Пока мы произвольно занимаем места, она благодушно смотрим на нас, изучая.
— Какие вы красавицы, — произносит она. Голос такой же приятный, как и наружность, — меня зовут мисс Аткинсон, я буду вашей ведуньей на время отбора.
Про ведуний я кое-что слышала. Они были магичками, которых приставляли к девушкам высокого происхождения, в семьях, где практиковали волшебство.
— На наших уроках я научу вас базовым элементам, таким как: щит, ускорение заживления ран, и другие подобные магические заклинания и плетения. Да?
Девушка, тянувшая руку, медленно поднимается со своего места:
— Но мисс Аткинсон, разве это так уж нам необходимо?
— Что вы имеете в виду, дорогая?
— Не разумнее было бы обучить нас более женским заклинаниям?
— Например, каким?
— Зачаровывание слуг, телекинез, создание нарядов, возможно какие-то вещи для усиления… привязанности, — тут черноволосая девушка потупила взгляд, а мне стало как-то не по себе.
Господи, она что серьезно думает, что нас тут будут учить, как охмурять Эрика?
— Боюсь, милая, — к моему удивлению, эта святая женщина не показала и тени того, что начинает терять терпение, — все это не так важно для избранницы нашего правителя. Он человек определённых взглядов, и я полагаю, медовый месяц пройдет скорее в военных походах, чем в тропической части королевства. Как ваше имя?
— Диана Родман, — взмахнув черноволосой гривой волос, ответила она.
— Что ж, Диана, если вы не против, я бы предпочла продолжить…
— А правда, что Эрик может стать драконом?
Час от часу не легче. Очередной возглас из аудитории, и мне становится так неловко, словно я тоже ко всему этому причастна.
— Не думаю, что это так, — мягко улыбаясь, отвечает мисс Аткинсон.
— Он бессмертен?
— Полагаю, что это тоже слухи.
— Я слышала, что он отдал душу взамен на то, чтобы стать всемогущим.
На это ведунья только с улыбкой покачала головой.
— Где же он взял такую магическую силу? — от знакомого голоса Офелии, я вздрагиваю.
— Маги рождаются с определённым даром, — в ответ на этот вопрос мисс Аткинсон очень тщательно подбирает слова, — это предрасположенность к какому-то определенному виду волшебства. Скажу вам честно, мало кто рассказывает о своих сильных сторонах, чтобы не давать врагам оружие против себя. Эрик Линдвурм действительно обладает очень высоким резервом, но откуда он черпает энергию, ответить я вам не могу, поскольку и сама не знаю.
Пока барышни забрасывали ее другими вопросами по поводу любимого цвета правителя и прочей чепухи, я погрузилась в собственные мысли.
Оракул сказала мне, что Пять королевств ждут темные времена. И хоть я не до конца верила этой ведьме, толика опасения меня вся равно подтачивала изнутри.
Возможно, если я узнаю, в чем сила Эрика, то одновременно найду и его слабость. А значит, потенциально смогу остановить грядущие ужасы.
Проблема заключается в том, что человек доверяет тайны тому, кому он доверяет, вот такая тавтология. А значит, чтобы выведать его секреты, придется понравиться Эрику.
При мысли об этом, я тяжело сглатываю. Страшно подумать, что будет со мной, узнай Арон, что я флиртую, пусть и без злого умысла, с другим мужчиной.
Но с другой стороны, Арона здесь нет. Как и нет вестей от него. В перешептываниях девушек, я уловила, что они получают письма из вне, а значит, хоть какая-то связь да существует. И это значит только то, что джин все еще не простил меня.
**
Уроки с мисс Аткинсон были нашим единственным занятие на протяжении следующих нескольких дней. Помимо этого мы делали перерывы на приемы пищи и сон.
Ощущение складывалось, что мы проходим курс молодого бойца. С другой стороны, все это казалось мне жутко интересным. Правильно рисовать магические плетения и наполнять их энергией оказалось не так уж и сложно. Чего нельзя сказать о том, чтобы продолжать их удерживать до применения. Вот тут-то мне и потребовалась вся концентрация.
Более подготовленным это давалось легче. У меня же на висках выступали капельки пота от гиперконцентрации. С другой стороны, были и те, кому волшебство не давалось и вовсе. Полагаю, что дело было в том, что магический резерв был у них совсем низким.
Мне отчаянно хотелось поговорить с Коэном, но я никак не могла придумать, как бы мне незаметно выбраться из комнаты, не вызывая подозрения стражи.
— Завтра должно быть новое испытание, — шепчет Анна, когда мы выходим из обеденного зала.
За последние несколько дней мы сблизились, скорее от безысходности, чем от того, что испытывали обоюдную приязнь. Офелия продолжала избегать меня по неизвестной причине, и прибилась к стайке девушек, рожденных здесь, в Эдуре.
Вообще, открытием для меня стало то, что мы с принцессой алияд были едва ли не единственными «приезжими».
Анна тоже родилась здесь, ее отец был казначеем королевства магов. Она говорила, что ее едва ли не с пеленок готовили к тому, что она должна стать спутницей Правителя.
— Эрику было около двенадцати лет, когда его способности заметил маг Гродо.
— Гродо? — от знакомого имени, мой желудок сжался.
— Да, он стал его наставником, и в конечном счете помог стать стать Правителем.
— То есть Эрик не принц крови?
— Конечно нет, — Анна улыбнулась так, словно я сморозила какую-то глупость, — в Эдуре это так не работает, Лила. Возглавляет все тот, чья сила превосходит остальных. Что в принципе логично. Сама подумай, зачем лишние смерти и борьба за власть, если исход будет очевиден?
Наверное в Эдуре, да. Здесь вообще все помешаны на власти. Так что вполне логично, что они просто уступают место сильнейшему из инстинкта самосохранения.
Все эти мысли я тогда оставила при себе. Нечего болтать лишнее. Особенно теперь, когда я точно поняла, что здесь мне не рады. Из-за меня погиб фактически приемный отец Правителя. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, чем это чревато.
