Конец фразы Марта произнесла уже в салоне самолета, и сгрудившиеся вокруг нее дети загалдели:
— Какие жучки, при чем тут жучки, тетя Марта?
Самолет летел над кипящим океаном, на экране суетился муравей Фердо, герой детского мультфильма.
— Да вот такие, — показала на экран Марта и прислушалась к голосу стюардессы, сообщавшей, что в связи с небольшими неполадками в работе контрольных приборов самолет на короткое время потерял связь с континентом, но теперь она восстановлена и причин для беспокойства нет, к тому же, переключившись на четвертую программу, уважаемые пассажиры смогут получить сведения о погоде, а это нелишне, потому что через пятьдесят минут самолет произведет посадку в аэропорту города Близнецы, поскольку все остальные аэропорты побережья закрыты из-за бушующего над ними урагана «Марта».
— Наконец-то моим именем назвали ураган! — важно объявила Марта и предложила детям подкрепиться бутербродами, объяснив им, что неизвестно, что это за аэропорт и найдется ли там что-либо из съестного.
«Что за название — Близнецы? Интересно, интересно… Как назвались те, что мне звонили? Ну да, Близнецы! Может, я оказалась жертвой какого-то розыгрыша? Эти самые Близнецы пригласили меня в какой-то город, которого нет на карте — Ла-Кас, Ла-Пас, Ла-Дас или что-то в этом роде…»
Здание аэропорта «Близнецы» поражало взгляд смелостью архитектурных решений, которые были воплощены с невероятным размахом и фантазией.
Любуясь им, Марта без устали повторяла дочери: «Присмотрись внимательнее, девочка моя, таких чудес ты не найдешь даже в рассказах своего отца». Она не заметила, как к ней приблизились двое изысканно одетых мужчин.
— Добро пожаловать, госпожа Матева! — приветствовали они ее. — Мы с нетерпением ждали вашего прибытия, интерес к вашему творчеству у жителей нашего города поистине огромен. Кроме того, вам предоставляется возможность открыть новое здание оперы…
— Простите, но с кем имею честь? — прервала их излияния Марта.
Встречающие сконфуженно поклонились и поспешили представиться. Один из них назвался директором, а второй секретарем артистического агентства «Лашас», крупнейшего в городе Близнецы.
«Ох, — вздохнула про себя Марта, — привыкая к необычному, начинаешь собственные ошибки выдавать за чудеса. Конечно! Артистическое агентство называется „Лашас“, а Близнецы… Кажется, когда-то в космос был запущен корабль под названием „Джемини“, то есть „Близнецы“, наверное, в его честь назван этот город».
По дороге к гостинице Марта, глазея по сторонам, сделала для себя вывод: «Город интересен и полностью отвечает моему вкусу. Неплохо было бы как-нибудь приехать сюда, но только не на гастроли, а просто пожить».
Писатель Матев превзошел себя, готовясь к встрече с дочерью и супругой.
На столе красовался фазан по-китайски, африканские плоды, бульон из хвоста кенгуру, двенадцать видов пирожных и почти такое же количество бутылок.
Сама же Марта, перецеловав всех подряд и успев как следует рассмотреть сына — достаточно ли он возмужал благодаря отцовскому воспитанию, не обратила никакого внимания на всю эту роскошь и, пока все с треском за ушами уплетали экзотические яства, хлебала кисловатый азиатский чай и рассказывала мужу о своих приключениях.
— Мы еще успеем поговорить об этом, — пообещал ей супруг. — А сейчас лучше воздержись, а то дети не могут спокойно поесть из-за твоих выдумок!
— Ха! Выдумки! Никто не хочет верить, что это чистейшая правда. А ты, вместо того чтобы поблагодарить меня за такой прекрасный сюжет…
— Прекрасный-то он прекрасный, но мне не подходит, — безразлично отозвался Матев. — Истории с путешествиями во времени никогда не вызывали у меня особого восторга. К тому же я занят в настоящее время разработкой блестящего сюжета об истории шахмат.
— Неужели ты не напишешь рассказ о Бермудском треугольнике? — зароптала Марта.
— Можно, конечно, попробовать, — рассеянно ответил супруг. — Ввернуть что-нибудь в этом духе… Шахматные квадраты символизируют земную поверхность. И вот однажды по чьей-то воле один из квадратов оказался разделен на два треугольника — черный и белый. Игра становится невозможной, белый треугольник превращается в белую бездну…
Матев умолк, видя, как лицо жены исказила болезненная гримаса.
— Что с тобой?
Вздохнув, Марта заговорила, как бы обращаясь лишь к себе самой:
— Вот и на него повлияли. Это просто отвратительно. Как они смеют вмешиваться? Думают, раз они моложе нас, значит, всегда правы! Нет, вразумить их совершенно невозможно. Я ведь говорила им, что величие духа не зависит ни от эпохи, ни от условий, но они не захотели меня слушать, не поняли… Не знаю, как мы сумеем ужиться с этими потомками…
— Но, мама, — возразил ей сын, — ведь когда они будут жить, нас уже не будет, верно? Нам не придется жить рядом с ними.
— Вы только посмотрите на него! — прикрикнула на сына Марта. — Уж не думаешь ли ты, что мы все быстренько перемрем, чтобы избавить их от своего присутствия и позволить им творить безобразия? Нечего сказать, чувствуется папочкино воспитание за то время, пока я отсутствовала!
Матев постарался восстановить порядок и вернуть всем бодрое настроение:
— Не беспокойся, дорогая, мы успеем создать им столько трудностей, что, когда они появятся на белый свет, им придется потратить на их преодоление немало сил и знаний, прежде чем они смогут распоряжаться Землей и Временем по своему усмотрению. Не волнуйся, кушай жаркое, пока не остыло.
— А что мне еще остается? — упорствовала Марта. — Раз уж мой супруг не хочет своими произведениями заставить ученых задуматься о тайнах Бермудского треугольника, то совершенно ясно, что будущим поколениям самим придется напрячь свои извилины. Ну и пусть — так им и надо! Не одним же нам ломать над ними голову?
Велко Милоев
Бегство
— Да-да, сегодня, — повторил Гарри Гриден, откидываясь на спинку кресла. — Сегодня или никогда. Каждый должен решить это для себя.
— Псих! — нервно усмехнувшись, бросил Уильям Фрили и принялся поправлять узел галстука, то ли пытаясь спрятать от глаз собеседников судорожно подрагивавший кадык, то ли просто стараясь успокоиться.
Он оглянулся, как бы ища поддержки, но, не найдя ее, снова обратился к Гридену.
— Ты же отлично понимаешь, Гарри, что мы еще не готовы.
— Послушайте, Уильям К. Фрили, — чеканя слова, заговорил его коллега, — вы что, собираетесь дождаться, когда газеты сообщат, что на вашу виллу падает бомба, а уж тогда бежать в укрытие?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
