под камнепадами. Не участвовавшие в нападении исситы порой посмеивались, что остальные гномы продолжали свои дела в подземных шахтах, не отрываясь от мирной жизни и, возможно, даже не подозревали о нападении. А противостоял людям лишь один пограничный отряд. Было ли это так — не известно. Горный народ хорошо хранил свои секреты.
Когда стемнело, на небосводе зеленым светом засияла огромная луна. Ее так и называли — Большая луна. Всего Лун в Тэоле было восемь. И по их восхождению определяли течение месяцев и года. С восходом каждой луны начинался новый месяц, который длился от двадцати до пятидесяти дней. Было и время безлунья, когда небо освещали одни лишь звезды. И тогда можно было разглядеть причудливые созвездия, которые считали творениями ушедших богов.
Так за рассказами проходило время. За несколько дней, что я и Элвин были в пути, мы так никого и не встретили — ни преследователей, ни засады, ни еще кого-либо. И если меня это радовало, то Элвин становился все сосредоточенней и напряженней. Постепенно он прекратил красочные рассказы о своем мире, на вопросы стал отвечать коротко и неохотно. Вскоре он стал настаивать на том, чтобы я постоянно находилась рядом и не отлучалась далеко даже по нужде. И одежду с Земли, какая влезла, Элвин запихнул в мой рюкзачок и наказал держать его при себе. На случай, если придется убегать, при мне должно быть все, — говорил он, — с чем я вышла из здания университета, чтобы не гадать потом, где и у кого потом может оказаться искомое устройство. И если сначала мне казалось это глупостью, и я легкомысленно игнорировала его просьбы, то вскоре заразилась паранойей спутника и вздрагивала от каждого шороха.
5. Однажды в темном лесу…
Однажды Элвин пытался научить меня пользоваться магической горелкой для приготовления пищи. Заряженными горелками мог пользоваться любой, даже начисто лишенный магии, человек. Но затея не удалась. И после того, как мы едва не лишились единственного источника тепла из-за неумелых действий мага-недуочки, как называла я саму себя, Элвин не допускал меня больше к организации привалов. А я и не настаивала — все равно по возвращению домой эти знания вряд ли мне пригодятся.
На ночлег остановились вблизи большого озера. По словам Элвина до цели оставалось всего полдня пути, и завтра к обеду мы уже будем на месте. Я оставила спутника разбивать лагерь и готовить ужин, а сама пошла к озеру, чтобы искупаться.
Как бы я ни стремилась поскорее оказаться дома, я старалась насладиться каждым моментом в этом удивительном мире. Особенно в последний вечер моего нахождения тут. Почему-то в успехе нашего дела я не сомневалась. Ведь осталось совсем чуть-чуть, а потом…
А потом все будет кончено. При всем моем желании вернуться к привычной жизни в привычном мире, мне казалось, что будет трудно расстаться с ним. С Тэолом и с Элвином. Особенно с Элвином. За эти несколько дней я сильно привязалась к нему, хотя и обещала себе не влюбляться в него. Но мир, что он мне открыл, несмотря на постоянную угрозу жизни, был просто удивительным. Многие ли могут похвастать тем, что были в параллельном мире?
Наконец я спустилась к воде. Небольшая заводь была окружена густым лесом. Ветви деревьев нависали над самой водой. Заводь заканчивалась двумя выступами, за которыми озеро разливалось настолько далеко, что его край терялся в белесой дымке. И там за краем просматривались горы, которые уже здесь давали о себе знать холмами и торчащими то тут, то там небольшими скалами.
Я скинула куртку и зашла по колено в воду. Вода была теплой, призывно ласкающей кожу сквозь ткань брюк. Я тяжело вздохнула — Элвин не отпускал меня ни на шаг, а купаться голышом в присутствии чужого мужчины я бы не рискнула. По поверхности озера торопливо разбегались мелкие волны, в которых отражались и перемигивались рыжие лучи заходящего солнца. Даже выходить не хотелось из столь дружелюбного водоема.
Умывшись. Я все-таки вышла на берег. Если до ночи не обсохну, то утром придется одеваться в мокрое. И Элвин уже махал рукой, приглашая к ужину.
Ели молча. Впечатлений и рассказов о Тэоле мне хватало с лихвой, а говорить о чем-то еще — не на столько близкими друзьями мы были.
Где-то в стороне хрустнула сухая ветка. Элвин напрягся, всматриваясь в гущу леса. Я так же подобралась, машинально схватив валявшийся радом рюкзачок. Не думаю, что это было необходимо, но напряжение спутника не давало реагировать спокойно на такие банальные вещи, как звуки леса. Больше никаких подозрительных шумов рядом не было, и Элвин вернулся к трапезе. Хотя мне все еще казалось, что в сгущающихся тенях кто-то шевелится.
После ужина я снова спустилась к озеру, полюбоваться на закат и умыться перед сном. Брюки так и не обсохли, и вечерняя прохлада неприятно холодила ноги. Так и не дождавшись, пока солнце спрячется за грядой гор, я вернулась к лагерю, чтобы погреться у горелки.
Тогда-то я и увидела, как в темноте леса крадутся к нам люди с закутанными в маски лицами. Элвин не видел их, занятый обустройством стоянки. А я от страха не могла шелохнуться. Попыталась призвать магию, но она не отзывалась.
— Элвин, — все же крикнула я, но было уже поздно. Разбойники или охотники за ИТУ — не знаю, кто это был точно — бросились к лагерю. Двое схватили Элвина, несколько человек полезли в повозку. Я же ринулась к единственной своей ценности — рюкзаку. Надо мной пролетела стрела, выпущенная кем-то из темноты. Элвин отчаянно сопротивлялся. Он сумел высвободиться и оттолкнуть обоих мужчин. Сделал шаг ко мне и встал рядом. Нападающие окружали нас, медленно наступая.
— Отдайте нам устройство, и мы вас не тронем, — с издевкой сказал один из разбойников. По тону было понятно — тронут.
Элвин ухмыльнулся, тихо сказал мне:
— Что бы ни случилось, я найду тебя.
Тут же разбойники кинулись на него, сбивая с ног. Он же толкнул меня, и я провалилась в появившийся из ниоткуда портал. Он не был похож на проходы между мирами. Вместо огненной рамки его окружал синеватый туман. Изображение в «окне» быстро таяло и исчезло совсем, закрывая портал. И последнее, что я увидела в нем, как разбойники с проклятиями схватили Элвина. Кто-то рванул за мной, но портал успел исчезнуть раньше, чем он успел пройти.
Долгое время я просто стояла, боясь пошевелиться и привлечь внимание неведомого врага. Которого в окружавшем меня
