лесу больше не было. Я судорожно прижимала спасенный рюкзак, который сможет послужить мне откупом, если кто-то поверит, что ИТУ еще в моих вещах. Потом, собравшись с силами, я все-таки огляделась. Никого не было, и вокруг не раздавалось ни малейшего звука, говорившего о чьем-то присутствии.
В голове крутилась лишь одна мысль — если бы я сразу не струсила, и сразу предупредила спутника, то он бы успел вовремя среагировать и что-нибудь придумать. Быть может смог дольше задержать их, а я бы успела пробудить магию и спасти нас обоих. В прошлый раз она проснулась в момент опасности, могла бы помочь и сейчас. Ведь здесь моя сила должна была в десятки раз превзойти ту, что я видела в своем мире. А ведь Элвин все-таки спас меня, толкнув в портал и пожертвовав собой.
Глотая слезы и отчаянно прогоняя нарастающее чувство вины и панику, я пробежала вокруг, пытаясь уловить след портала. Но его не было. Может такие, как Элвин могли видеть или открыть его, но не я. Над лесом сгущались сумерки, затихали голоса птиц. Покружив вокруг места исчезнувшего портала, я пыталась решить, что же мне делать теперь, когда я оказалась один на один с незнакомым миром. Я не знала куда идти, не знала, где нахожусь и чего следует ждать.
Кое-как взяв себя в руки, я начала обдумывать план действий. Здесь точно оставаться нельзя. Ни еды, ни прочих полезных в путешествии вещей не было. Долго я не протяну. Магия отказывалась подчиняться мне, да я и не знала, могу ли я использовать ее, например, для утоления голода и поддержания сил. А если встречу врага? Смогу ли я дать ему отпор? Вряд ли. Вспомнила я и об ИТУ, вернее о своих вещах, где по теории Элвина оно должно быть спрятано. В рюкзаке поместилась, кроме находящихся там тетрадей, ветровка, пара мелочей и спрятанный дневник испытаний — все хотелось почитать его, но времени так и не нашлось.
Собравшись с силами, я пошла по лесу в неизвестном направлении прочь от потухшего портала. Стало совсем темно. Свет восходящей луны, сменившей большую зеленую луну и названной в честь какой-то мифической героини, почти не проникал сквозь густые кроны деревьев.
Усталость давала о себе знать. Не привыкшее к дальним переходам тело ломило от усталости, глаза слипались. Но лечь на земле я боялась. Не столько потому, что опасалась насекомых, холода или диких животных, столько от того, что меня легко могли застать врасплох люди.
По закону жанра, когда героиня попадает в сказочный мир, она тут же натыкается на сильного мужчину, который спасет ее от всех бед. И дело закончится большой и чистой любовью, каким бы ни был этот герой. Но вопреки фантазиям писателей, ни один герой навстречу мне не спешил. Я вообще была одна в пустом лесу. Стало даже смешно — сказка оказалась прозаичной, и счастливый конец в ней мне не светил.
— Э-эй, есть тут кто? — крикнула я в никуда.
С ветки надо мной сорвалась какая-то крупная птица, и с уханьем улетела дальше в лес. Стрекотали поздние кузнечики, мимо с трещанием пронесся жук. И это все. Никто не ответил на мой крик. Неправильная какая-то сказка, — подумала я и пошла дальше.
Чем дольше я шла, тем темнее становилось. Я осматривалась по сторонам, ища место для ночлега. Но вокруг лишь деревья медленно покачивались под музыку ветра. Дерево, подумала я, оно же должно быть живое. А может мне повезет наткнуться на дриад. Элвин ничего не говорил о том, насколько они агрессивны к случайным прохожим. И, возможно, они не откажутся помочь уставшей путнице.
Я положила руку на ствол первого попавшегося дерева. Его широкий ствол был покрыт теплой шершавой корой.
— Дорогое дерево, — начала я, пытаясь серьезно принять происходящее и не засмеяться над собой и нелепостью момента. Надеюсь, никто за мной сейчас не наблюдает. — Прости меня за то, что беспокою тебя в столь поздний час. Но мне не к кому больше обратиться в этом мире. Помоги мне найти здесь безопасный ночлег. Если я смогу чем-то отблагодарить тебя…
Но я так и не закончила свое обращение. В нескольких метрах над головой затрещали ветки. Я подняла голову и увидела, как они складываются в подобие лодки, переплетаясь с ветвями соседнего дерева.
— Спасибо, — громко сказала я, чтобы слышали оба дерева, соседние деревья, не посочувствовавшие моему горю и те, кто возможно управлял ими. Потом с трудом поднялась по дереву до ложа и забралась в него.
Здесь было очень уютно. И, несмотря на высоту, очень надежно. Я укрылась ветровкой и вспомнила, что в кармане должно было быть спрятано кольцо, которое дал мне Филис. Я потянулась к нему, испугавшись, что могла потерять его. Но кольцо было на месте. Я снова повертела его в руках. Здесь было светлее, чем внизу под деревьями, и я даже заметила тусклый блик на изумруде. Быть может, надень я кольцо, Филис узнает где я и найдет меня. А там, глядишь, удастся уговорить его отправить меня назад, на Землю… Была не была, подумала я и надела кольцо.
И ничего не произошло. Ни яркого света, на вспышки видений, ни грома среди ясного неба — ничего, что обещали сценаристы фильмов, и ничего, что могла придумать я сама. Оно лишь сжалось — или мне так показалось — уменьшилось в размере, уютно обняв мой палец. И все. Если бы я не видела, как Филис снял его со своего пальца, большего, чем мой, то и этого бы не заметила.
Так что же, вдруг пришла ко мне мысль, Филис действительно мне брат? А может все-таки он и есть тот прекрасный принц? «С трудным характером», добавила я, вспомнив, какое раздражение во мне он вызывал. И рассмеялась своим мыслям. Как бы то ни было, я очень надеялась, что ему придет какой-то сигнал, что мне нужна его помощь. И очень надеялась, этот сигнал придет сам, без каких-либо моих манипуляций. Ведь я не знаю, как и что надо делать.
6. Дриады
Мне снился лес. Бесконечные сосны и желтая хвоя под ногами. Я взбиралась вверх по крутому склону холма, спотыкаясь о притаившиеся под пушистым мхом и осыпавшейся хвоей камни, падала, поднималась, и снова продолжала лезть туда, на Последнюю вершину. Почему я знаю, что это именно Последняя вершина? Знаю, и все.
И вот, подъем закончился, и я остановилась на краю плато, чтобы отдышаться. Передо мной
