— Да, мой повелитель. Позволите вызвать такси и отвести вас в лучший магазин города?
— Действуй.
Желтая машина с курносым эльфом-водителем подъехала уже через минуту.
— Я Роллан. Куда прикажете?
— В одежную лавку.
— Так распродажа у них еще вчера закончилась. Там такое столпотворение было, ух! Говорят, троих насмерть в толпе задавили, а еще четверых увезли в реанимацию. Моя невеста там мне классную шляпку отхватила. Я б и сам пошел, да нет времени по двое суток в очереди стоять. Работать надо.
— Там новую одежду пробрести то можно? Или только старье? — Роджер все еще не мог до конца поверить в то, что не нужно заказывать одежду у портного.
— Сегодня должны были новую коллекцию завезти. Все с иголочки. Если есть деньги в кошельке — оденетесь, как денди! В «Лавке» сам Хирли шмот покупает.
— Кто такой Хирли?
— Вы, видно, из провинции, раз его не знаете?
— Так кто он?
— Главный модник и заядлый бабник. Поэт и прожигатель жизни. Самый стильный денди столицы. На днях гулял, так продул годовой доход лорда. Говорят, банкноты по тротуару разбрасывал и предлагал брильянтовую пуговицу со своего камзола тому, кто больше подберет.
Роджер презрительно поморщился и не стал вслух высказываться о выходке незнакомого ему Хирли.
Таксист трещал без умолку, рассказывая последние сплетни, но руль крутил споро, и уже через полчаса они остановились у здания со стеклянным фасадом.
Не дожидаясь, пока поднятый расплатится, Роджер вошел внутрь.
Отшатнувшийся было от рьяно кинувшихся навстречу консультантов, он быстро взял себя в руки и менее чем через час обзавелся тремя комплектами одежды. Мантий и привычных плащей с глубокими капюшонами сейчас не носили, поэтому пришлось довольствоваться тем, что нашлось.
Широкие штаны из плотной ткани и короткий, до середины бедра серый балахон Роджера вполне удовлетворили.
Натянув на голову капюшон, он почувствовал себя уверенней. Отправив поднятого снять номер в приличном отеле, Роджер поспешил на зов посоха.
Нашел он свой артефакт в самом центре города. Через широкую реку, что делила Алленград пополам, был переброшен мост, свитый из воздушных потоков. Подкрашенный разноцветными всполохами, мост напоминал спустившуюся с неба радугу. Держалась вся эта красота за счет посоха, вмурованного в одну из опор. Сила артефакта управляла воздухом, заставляя его служить надежной опорой пересекавшему реку транспорту. При этом мост свободно пропускал сквозь себя идущие по реке корабли.
— Вот значит как, — пробормотал Роджер, изучая возникшую перед ним проблему. — И пользу извлек, и рисковать не стал.
Попытайся Аллен напрямую использовать энергию посоха, то непременно встретил бы сопротивление. Сейчас же артефакт не замечал утечки силы, так как тратил ровно столько, сколько собирал из окружающего пространства.
— Молодой человек следует моде?
Роджер не сразу понял, что это обратились к нему. В свои семьдесят восемь он давно перестал считать себя юношей.
— О чем это вы?
Благообразный старичок с седыми, собранными в хвост волосами подошел ближе, неся в руках громоздкий ящик и странную треногу.
— Эх, молодежь, — старичок то ли не расслышал вопроса, то ли не счел нужным на него отвечать. — Бунтуете против традиций, носите всякие хламиды, табак новомодный курите…
Он не спеша разложил треногу, поначалу принятую Роджером за подставку для мольберта, и начал устанавливать на ней странный механизм. Ни в старичке, ни в той коробке, с которой он возился, магии не было.
— Вот мы в наше время стремились одеваться со вкусом, выглядеть солидно. А сейчас что? Фраки носить не хотите, жилеты не признаете. Выпендреж один.
Наконец странный незнакомец закончил возиться со своим хламом и спросил:
— Хотите, я вас сфотографирую на фоне моста? Красиво получится, вам понравиться.
— Что сделаете? — не понял его Роджер.
— О, вы, наверное, из провинции, раз еще не слышали о высоком искусстве фотографии. Меня зовут Грегори Фокус. Я изобрел фотоаппарат, — он любовно погладил свой инструмент, — и теперь могу делать мгновенные картинки. При этом я не пользуюсь магией. Опираюсь только на достижения техники. Вон мой фургон, я месяц назад вернулся из путешествия. Снимал фаянсовый путь от Звездного княжества до Восточного. Теперь вот хочу немного в столице пожить. Так что, снять вас на фоне моста? И вам память, и знакомым, как домой вернетесь, новое чудо покажете.
Роджер обошел вокруг фотоаппарата, не нашел в нем угрозы и кивнул.
— Прошу сюда. Присядьте на парапет… А теперь не шевелитесь, молодой человек, иначе картинка получится смазанной, — старик подошел к своему механизму и скрылся под черной холстиной.
С того места, куда его усадил Фокус, Роджер отлично видел мост и его хитросплетение энергий. Ни стражей, ни дополнительной охраны вокруг Роджер не заметил. Обычная сигнализация и пара простейших ловушек, которые задержат неопытного вора, но ничего не сделают магу его уровня. Беспечность? Вряд ли. Аллен не был дураком.
— Готово, молодой человек. А теперь подождите или прогуляйтесь, а через часик я вам вынесу ваши портреты, — Фокус собрал фотоаппарат и скрылся в фургончике.
Роджер снова сосредоточился на мосту. Аллен позаботился о том, чтобы он не мог пользоваться телепортами, так почему же оставил без охраны посох? Ведь знал, что первым делом Роджер бросится на поиски артефакта. С другой стороны, никакая опасность некроманта не остановила бы, и Аллен наверняка понимал это.
Так что-либо ловушка есть, но она так искусно спрятана, что он ее не видит, либо Аллен не стал тратить силы на дополнительную охрану. Ведь если мост исчезнет, это будет означать только одно — повелитель Медный Грош вернулся, и вот тогда уже Аллен точно объявит на него охоту.
— Значит, нужно, чтобы Аллен как можно дольше не знал о пропаже посоха, — Роджер отрешился от реального мира, полностью погрузившись в изучение структуры моста.
— Молодой человек, вот ваши карточки, — от раздумий его оторвал старик-фотограф.
Расплатившись, Роджер спрятал в карман четыре тонкие, покрытые серебряной эмульсией пластинки со своим изображением. От них приятно веяло его собственной аурой.
Рядом затормозило такси, из которого вышел поднятый.
— Мой повелитель, я снял для вас номер в гостинице.
— Хорошо. Едем, — Роджер бросил последний взгляд на мост и сел в автомобиль. Сюда он вернется ночью.
* * *
Надежда, что ночь окажется безлюдной, не оправдалась.
Роджер со злостью смотрел на забитую народом набережную.
Фокус предлагал всем желающим зайти к нему в фургон и сделать снимок. Уличные музыканты играли веселую мелодию, мим изображал сказочных персонажей. Праздничная неделя шла своим ходом, и столичные жители не прекращали гуляния даже ночью.
Роджер и с мрачной решимостью стал пробираться к цели. Пестрая толпа людей и эльфов несколько раз едва не утащила его за собой. Пришлось проявить упорство.
Протолкавшись сквозь любителей музыки, слушающих бодрую мелодию в исполнении пятерки ушастых, Роджер нашел лестницу, ведущую к подножью моста.
Он спустился на берег как раз тогда, когда в небе зажглись фейерверки, и набережная огласилась радостным гулом.
— Ну, за светлое будущее! — прозвучало под мостом, и раздался звон бутылок. Пятеро нищих, уютно расположившись на плитах, пили самопал прямо из горла, закусывая слегка подгулявшей селедкой.
Усилием воли Роджер подавил желание разнести здесь все на мелкие камешки.
Тихо скользнув к «своей» опоре, он замер, прислушиваясь к эманациям посоха.
— Подожди, друг. Осталось недолго, — привычка разговаривать с посохом появилась давно и за годы плена никуда не делась.
Роджер надеялся, что безлюдной ночью у него будет время поменять посох на кольцо с душами. Тогда мост истает только через три дня, а этого времени достаточно, чтобы многое успеть.
Однако сейчас стало ясно, что такой возможности не будет. Словно подтверждая его сомнения, вниз спустилась хихикающая парочка. Никого не замечая, парень с девушкой пристроились у соседней опоры. От обоих ощутимо несло вином, и Роджер сплюнул от омерзения и досады. Он осмотрелся, все еще колеблясь: справа стонали, предавшись страсти, влюбленные, слева бухали нищие, правда, их уже осталось только двое, прочие валялись в беспамятстве.
Роджер ощутил, что не вписывается в пейзаж. Увидят — точно заподозрят неладное. Возможно, стоит отложить все до окончания праздников.
В небе снова зажглись фейерверки, и набережная огласилась мощным ревом празднующих гуляк.
Роджер поморщился, и решил все же рискнуть. Если не выйдет, то всегда можно взорвать мост и забрать посох силой. И плевать на Аллена.
