А сам торговец одновременно в восторге и в ужасе. И ни малейшего желания наказать обнаглевшее мясо в его глазах не просматривается. Восхищение абсолютное. А ведь до этого вёл себя несколько иначе.
Троица глупейше сглупила и троица за глупость поплатилась. Теперь их оружие, снаряжение, содержимое карманов и посмертные контейнеры стали собственностью Грешника. И сейчас он всецело занят изучением награбленного и размышлениями о том, куда бы его повыгоднее пристроить.
– Я Бактр, – неожиданно заявил араб. – А она Заха. Мы слышали о тебе.
– Да о нём все уши слышали, – чуть успокоившись, почти небрежным голосом прокомментировал Бес. – Уважаемый, тебя так и можно звать Грешником? Без фамилии и отчества? Послушай сюда, Грешник, а что тебе надо? Что ты там такое смотришь? Ты со мной торгуй, а не с этим жадным недоразумением. Со мной прибыльно торговать, потому что со мной торговля, а с ним – ограбление.
Грешник, не отрываясь от тетради, равнодушно бросил:
– И в чём же моя выгода?
– Так в ценах же. Куплю подороже, продам подешевле. Я тут не просто так сижу, через меня и Лорд, и Шерхан, и Крысолов дела делают. Это только из крупных, про мелких я скромно промолчал. Кому что надо скупить или сбыть, все идут к Бесу.
– Монополист, значит? – так же равнодушно спросил Грешник.
– Почему сразу монополист? Есть и конкуренты, двойной геморрой им в больное седалище. Но ты учти, у них не получается, а у меня получается. Неудачники. Со мной торгуй, а не с дедом. Ну так что тебе надо, говори?
– Кто такой Крысолов? Такой же козёл, как и Лорд?
– Как хорошо, что Лорд тебя не слышит. Он таки незлопамятный человек, просто всё помнит, – ответил Бес и, усмехнувшись, серьёзным голосом добавил: – Вообще-то за информацию деньги полагается зарабатывать, но брать с Грешника деньги за такие пустяки, я же сам себя потом уважать не смогу. Нет, Крысолов не такой некрасивый, как Лорд, но у него есть где-то двадцать серьёзных человек. Он больше по лесам дела делает, морским песочком не интересуется. Да и что там делать? Люди у него хорошие, но мало их, чтобы на берегу дела делать. Слушай, а давай ты распишешься у меня на майке? На десяти майках? Майка с твоим автографом, это таки попахивает хорошим повышением цены. Многим захочется. Мы получаем добавленную стоимость за смешную работу. Двадцать маек давай? Надо у седого купить, у меня столько нет.
– А мне что с этого будет?
– Вечная слава, – подмигнул Бес. – Ну Грешник, ну мы таки свои люди, мы обязательно с тобой договоримся, – снова лукаво подмигнул. – Тебе ведь что-то надо. Говори, что ищешь, может решим. И тебе хорошо, и мне.
А почему бы и нет? Если у Беса цены действительно лучше, чем у Сяо – это может сэкономить деньги. Грешнику ведь над каждой монеткой трястись приходится, а скидка у старика смехотворная.
Сдавшись, ткнул в тетрадку:
– Книги навыка на ножи есть?
– Просто на ножи? – деловито уточнил Бес. – Какие классы?
– А какие есть?
– Базовых больше десяти штук, несколько простых, и на этом у меня ассортимент заканчивается. Других нет, я человек бедный, я улучшенные навыки ни разу в руках не держал. Даже у деда ничего выше простых нет в продаже. Слышал, тут болталась пара улучшенных книг, в самом начале. Цены там были такие, что глядя на них, люди хватались за мыло и умоляли дать им верёвку с петлёй. Говорят, одну Шерхан выхватил, ещё одна неизвестно куда делась. Лорд божится и клянётся, что он не забирал её, а кроме как у него и у Шерхана столько денег быть ни у кого не должно. Или… – Бес уставился на Грешника странно, будто в первый раз увидел. – Таки держите меня семеро! Да это ведь ты книгу прибрал! Точно ты! Ты ведь с луком по-доброму управляешься, и у тебя есть деньги, чтобы так богато себя вести! Вот и вся загадка.
Грешник не стал комментировать предположение Беса, продолжив торг, как ни в чём ни бывало.
– И сколько у тебя стоят простые книги на ножи?
– Для тебя по сто семьдесят девять.
Грешнику не пришлось проверять по книге, он помнил, что у Сяо такие же стоят сто девяносто. Плюс монет пять-десять старик может скинуть, а это получается, что цены у Беса не такие уж привлекательные, как тот уверяет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Раздумывая, спросил:
– А какая разница между классами? Допустим, чем простой навык хуже следующего, улучшенного?
– Тут-таки сложного совсем ничего нет, – охотно начал пояснять Бес. – Слушай сюда. Вот ты взял простой навык на нож, влил в него много символов, и получил третий ранг. И вот я взял улучшенный, и сделал из него первый ранг. Мой первый ранг даёт где-то столько же, сколько твой третий ранг. Так понятно?
– То есть каждый последующий класс действует в три раза лучше предыдущего при одинаковом ранге?
– Я таки тебе разжевал, в рот положил, и ты, наконец, решил меня понять. Но если высокие классы тебе так нравятся, не надо забывать, что это удовольствие не бесплатное. Чем выше тебя заносит, тем бубликов больше и больше надо. Знаешь, сколько придётся потратить на легендарном классе, на десятом?
– Выше которого только идеальный? – уточнил Грешник.
– Таки да, выше идеала нам ничего не показывают. Но давай вернёмся к легендарному. С нуля до первого ранга его поднять, это двадцать пять тысяч символов. Да я столько за всю жизнь не видел. И где такие высокие навыки берутся? Здесь и близко такое добро ничьи глаза не видели, не только мои. Никаких нервов не хватает за такие цифры думать. Некоторые говорят, что дальше с этим станет попроще. А умные помалкивают, потому что никто ничего точно знать не может. Если у тебя совсем плохо с деньгами, бери то, на что хватает. Пользуйся сейчас тем, что есть. Потом станешь богатым человеком и переделаешь.
– Это как? – заинтересовался Грешник, озадаченный дороговизной перспективы обзавестись высшим классом по всем навыкам.
– Слушай сюда. Берешь книгу такого же навыка, но выше классом. И прилежно её учишь. Старый навык пропадает, появляется новый, с новым классом.
– А символы, которые в старый вложены? Что с ними при этом происходит? – уточнил Грешник.
– Тут всё совсем просто. Смотри сюда. Давай сделаем так, что ты в тот простой нож вложил шесть сотен бубликов. Получается, у него теперь ровный третий ранг. А теперь берешь себе улучшенный нож. Простой пропадает, а из тех шести сотен три четверти переходит на улучшенный. И у тебя получается улучшенный с первым рангом, и две с половиной сотни болтается на нём без дела, потому что до второго ранга их не хватает. Ещё полторы добавь, и таки будет тебе второй.
– Четверть вложенного, получается, пропадает?
– Таки да, нас тут грабят вообще без малейшей совести, – кивнул Бес. – Но могло же и хуже быть. Сильно хочешь простые себе взять, но жалко таких денег? Есть для тебя вариант. Смотри сюда, я таки могу забрать всё, что ты с этих несчастных поимел. Я за оружие и кирасу говорю. Дам тебе две книги и сто десять монет сверху.
– Да мне седой больше даст, – усмехнулся Грешник.
– Ты попробуй, проверь сначала, сколько этот скупердяй отсчитает, а потом язык не повернётся такое сказать. Давай-давай, сделай мне объяснение, что моя цена хуже, чем у этого жлоба.
– За две книги на ножи дам арбалет и копьё.
– Что я сейчас услышал?! – Бес чуть за голову не схватился. – И где подевалась твоя человеческая совесть?! Ты мне даже винтовку сверху не предложил и патроны, все, что там есть! Ты таки по миру меня пустить захотел?! Вот кто так торгуется?! Мы же даже ещё не подумали, что тебе надо, а ты уже хочешь ограбить всё, что у меня есть.
– Книга на глефы, наверное, нужна. И сама глефа, – Грешник вспомнил, как удобно ощущался в руках трофей, заработанный в битве с самкой гаков: – А лучше гуань дао.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– О! Да ты таки знаток необыкновенного вооружения. И я тебя порадую, ты зашёл именно по адресу. Есть гуань. Хороший гуань. Прямо-таки тебя дожидался.
Бес вернулся к ящику, на котором до этого восседал, и открыл его. Внутри обнаружились несколько больших контейнеров, из одного торговец спокойно вытащил здоровенный гуань дао. А ведь при таких габаритах у него и четверти длины не могло поместиться.
