Поднявшись раньше Вани, Лера поспешила на кухню, но кофе пить ей совершенно не хотелось. Она выглянула в окно. На улице пусто, словно город вымер. Сглотнула ком, вставший в горле. Во рту всё пересохло, но даже пить не хотелось. Ощущение приближающейся беды не покидало с того самого момента, как Артём произнёс эту короткую фразу: «Я за ребёнком».
— Чёрт бы тебя побрал, — прошептала Лера, вспоминая свою симпатию, которая возникла к Артёму.
Телефон зазвонил. Страх сковал каждую клеточку тела. Лера прошла в гостиную и посмотрела на экран. Это был он.
Артём.
Нажала кнопку ответа и поднесла телефон к уху, ничего не произнося.
— Открой, пожалуйста, двери! Я не стал жать на дверной звонок, чтобы не пугать Ваню!
Сердце стало биться о грудную клетку. Всё внутри свело от страха. Разболелся живот. Лера шумно выдохнула.
— Артём, я же сказала, что не отдам ребёнка.
— Я пришёл с полицией, Лера. Мне очень жаль. Если ты не откроешь дверь, то они её вынесут.
Едва передвигая ноги, она всё же направилась к дверям, посмотрела в глазок и убедилась в том, что Артём не лжёт. Он с полицией. Те же самые полицейские, что приезжали, когда она нашла ребёнка. Открыв замок, отошла немного назад.
— Добрый день, Валерия Максимовна! С Новым годом! — поприветствовал молодой полицейский.
— С Новым счастьем, — прошептала Лера и обхватила себя руками.
— С Новым годом! — буркнул тот, что был старше.
— С Наступившим! — бархатистым голосом с нотками сожаления вторил ему Артём.
Отвечать Лера не стала. Она заметила за спиной Артёма женщину среднего возраста. Первой мыслью было, что это его мама, но потом взгляд зацепился за небольшой чемодан с красным крестиком, который она держала в руках.
— Кто это? — спросила Лера, кивнув в сторону женщины.
— Это врач. Ты ясно дала понять, что не отдашь Ваню, пока не получишь результаты ДНК. Вместе с полицейскими я отыскал независимого доктора, согласившегося взять у нас кровь и провести тестирование в праздничный день. Поэтому нам нужно пройти к ребёнку.
— Извините, где я могу помыть руки? — спросила женщина.
— Ванная направо, первая дверь, — ответила ей Лера, и она даже не разозлилась на то, что эта незнакомка прошла в обуви. От эмоций ничего не осталось, словно душу выпотрошили и вытрясли.
— Артём, Ваня ещё спит.
— Вот зачем вы всё усложняете, Валерия Максимовна? Не пришёл бы чужой человек забирать у вас мальчика! А вы их разлучили ещё на ночь! — пробурчал старший полицейский. — У вас рассольчику не найдётся?
— Нет! — резко ответила Лера.
Ваня начал кричать. Сердце ухнуло вниз. Лера поспешила к нему, достала из манежика и подняла на руки.
— Мань-мань-мань-мань! — затараторил Ванечка.
Лера услышала шаги со спины, обернулась и заметила Артёма. Он стоял в дверях и смотрел на ребёнка с тревогой, застывшей во взгляде.
— Нужно взять у мальчика кровь из пальчика! — произнесла врач. Лера прижала Ванюшу к себе.
— Он голодный.
— Ничего страшного. Посадите его к себе на колени. Это не займёт много времени. Через пару часов результаты вышлю в сообщении.
Лера послушно села на кровать. Она даже не волновалась, что там не застлано. Плевать было, кто и что подумает. На всех них плевать. Присела на край кровати, усадила Ванюшу и принялась целовать его в макушку, нашептывая, что всё будет хорошо.
Едва врач начала мазать его пальчик ваткой со спиртом, Ваня принялся вырывать ручку и кричать. Сердце у Леры сжималось от боли за него.
— Всё будет хорошо, солнышко! Тсс!
Едва палец укололи, Ванечка с интересом начал смотреть на кровь и успокоился. Процедура длилась не больше двух минут.
— Где я могу взять кровь у мужчины? — спросила она у Леры.
— В гостиной… Или в кухне.
Лера поймала на себе взгляд Артёма. Больше в нём не было сожаления, только надменность. Она ненавидела этого мужчину всем сердцем, хоть и понимала, что это неправильное ощущение.
Врач и Артём ушли. Лера понесла Ваню переодевать памперс. Глаза застилали слёзы, потому что это мог быть последний раз, когда она переодевает его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Доктор ушла. Лера направилась на кухню, чтобы сделать Ванечке кашу. Всё это время она держала его на руках, боясь отпустить, словно его могут забрать насильно.
— А вы тут будете, пока делают анализы? — спросила Лера у полицейских.
Старший уронил на стол мандаринку, которую начал чистить, будто бы его поймали на воровстве. Хотя именно так всё и было, ведь Лера не предлагала угощаться.
— А вы против? Мы можем посидеть в машине, но…
— Вы можете посидеть в машине, — ответила Лера.
— Валерия Максимовна, вы же понимаете, что мы можем прямо сейчас забрать ребёнка и увезти в участок?! — нахмурился он.
Лера взглянула на Артёма, поправляющего рукав пиджака.
— Не станете, потому что в участке ребёнку не будет комфортно. Отсюда он поедет домой.
От стали, звучащей в его голосе, стало больно, но Лера выдержала. Полицейские ушли. Лера ещё какое-то время смотрела на Артёма.
— Я имела в виду не только их, — произнесла она.
— Гу-ня! Гу-у-уня-а-а-а, — закричал Ваня и потянул к нему руки.
— Пойдёшь к папе? — спросил Артём.
Ваня засмеялся. Лера не могла удерживать его, кроме того, готовить кашу одной рукой очень сложно. Она позволила Артёму забрать сына и занялась кашей, понимая, что это конец.
***
Взяв ребёнка на руки, Артём не мог поверить, что это он, тот малыш, которого искал так долго, кажется, целую вечность. Частица его души. Кровь от крови, плоть от плоти. Сердце замирало. Страшно было сделать хоть одно неловкое движение, которое могло бы ему навредить.
Мальчик ухватил Артёма за нос и начал что-то лепетать на своём, малышинном, языке, разобрать который было сложно. Краем глаза взглянув на Леру, Артём отметил её волнение: руки дрожали, пока она делала кашу. В какой-то степени было жаль её, но непонятно, на что она вообще рассчитывала. Вряд ли у неё был шанс получить ребёнка, даже если бы не нашлись родители. Его бы просто забрали в дом малютки, ведь там очереди на здоровых грудничков. По крайней мере, именно такие слухи доходили до Артёма.
— Лера, я не хочу, чтобы ты считала меня ублюдком! — попытался оправдаться он, сам не понимая, зачем это делает.
— Я считаю тебя человеком, для которого ребёнок ничего не значит. Где ты был, когда он оказался на улице? Слава богу, что не заболел ничем. Где ты был? Скажи! Почему только сейчас явился и решил заявить на него права? Почему сразу не сказал?
Артём прикрыл глаза. Ему надоело постоянно перед всеми оправдываться. Он уже чертовски устал от того, что каждый требует объяснений.
— Слишком много вопросов, которые тебя не касаются, — ответил ледяным голосом.
Артёму подумалось, что нет ему дела, кем будет его считать Лера. Плевать. Он как-нибудь справится, всё равно видит её в последний раз.
Сделав кашу, она поставила тарелку на стол и позвала Ваню. Пацан сразу же потянул к ней руки и обхватил за шею, когда она склонилась, чтобы взять его. В нос ударил запах свежесрезанной розы.
«Это её аромат?» — мелькнула шальная мысль.
— Ля-ля-ня-а-а! — пропищал Ваня что-то на своём наречии.
Сложно будет привыкнуть к тому, что в доме поселится ребёнок. Сложно, но вполне возможно. Артём решил понаблюдать, как он будет кушать, когда Лера села и усадила его к себе на колени. Её рука даже не дрожала, а тряслась. Казалось, что она вот-вот перевернёт или уронит ложку.
— Можно у тебя тут где-то покурить? — спросил Артём, поднявшись на ноги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Лера хмыкнула.
— Покурить? Ты действительно думаешь, что эта пагубная привычка не будет вредить ребёнку?
— Я тебя понял!
Сложно было сдерживать внутри эмоции, когда на тебя смотрят, как на демона во плоти. Видит бог, Артём хотел наладить с ней контакт. Он бы даже, наверное, предложил видеться Лере с Ваней, если она захочет, но теперь внутри возник неприятный диссонанс. Непонятно было, кто она такая и что из себя представляет. Возможно, она пыталась спрятать свою обиду за маской вот этого странного поведения, но получалось не особо хорошо.
