Машины мчались по проезжей части, словно маленькие торнадо. Останавливаться на бульваре было запрещено и останавливаться, по всей вероятности, было незачем. "Я бы обязательно остановился здесь, – почему-то подумал Кононов, – и сделал бы вид, будто в такой прекрасный день дорожная милиция просто не может позволить себе существовать." Словно бы в унисон его мыслям шикарный синий автомобиль притормозил возле облюбованной Кононовым кофейни, презрев предупредительные знаки.
– Комиссар? – Послышался незнакомый или, напротив, неожиданно знакомый женский голос.
Но Кононов не обернулся, будучи уверенным, что обращаются не к нему. Он уже тянул на себя холодную ручку двери, ведущей в кафе.
– Комиссар, – повторили еще раз, – вы не подскажете, как проехать у дому моды "Натали"?
Кононов оставил ручку в покое и обернулся. За рулем машины-нарушительницы сидела молодая особа в черных очках и шляпе.
– Привет, Натали! – рассеянно сказал Кононов. – Может быть, зайдем кофе выпьем?
Но в ответ ему Наташа заразительно рассмеялась. Так смеются только киноактрисы – красиво, звонко и искренне. Заливаясь смехом, она указала Кононову в сторону кафе и распахнула дверцу машины. Кононов обернулся. "Закрыто на ремонт", – такова была надпись на русском, приклеенная к забрызганным побелкой окнам.
Ничего не оставалось, кроме как составить Наташе компанию в путешествии неизвестно куда.
ЭПИЛОГ
Кононов и Наташа все-таки съездили в Эмираты. Наташа возглавила совет директоров дома моды. Красной книжечки у Кононова больше нет, зато завелась книжечка синяя, в которой на четырех языках написано: "Директор отдела безопасности дома моды "Натали". Памятный семейной чете кортик висит в гостиной рядом с "Танцем" Матисса и глиняной маской бога любовной страсти кенийского племени мантак. Кожаную куртку с кевларовой подкладкой починил Юра и Кононов не снимает ее ни весной, ни осенью.
Ольга Михайловна так никогда и не поверила, что по дому моды бродила переодетая Наташе, а не призрак Марины. Она бросила работу, мужа и свои хамские ухватки, уехала в Соловецкий монастырь и там еженощно замаливает свои грехи перед покойницей.
Михаил Гретинский пустил корни за океаном и работает консультантом в журнале "COSMOPOLITAN". Он сменил сексуальную ориентацию и водит дружбу со всем нью-йоркским бомондом. Говорят, Элтон Джон от него просто без ума.
Рыжов и остальные секьюрити дома моды были сразу уволены вступившей в должность Наташей и завербовались во французский Иностранный Легион. Многим из них удалось дослужиться до хороших денег, а кое-кому – до французского гражданства.
Елизавета Михайловна наконец-то осуществила свою давнюю мечту – уехала к сыновьям на север. Иногда Кононов звонит ей в Нижневартовск, чтобы держать совет по особо важным вопросам. Елизавета Михайловна никогда ему не отказывает.
Майор Шумеев был переведен с повышением в организацию, от одного упоминания о которой вздрагивают все мафиози страны.
Золотарев получил погоны капитана и по-прежнему допрашивает преступников в бывшем кабинете Кононова.
Пельш и его жена, Елена Васильевна, проще – Ленка, заправляют в отделе компьютерного дизайна дома моды, но мечтают о большем: индонезийский институт океанографии пригласил Пельша на работу. Но, увы, прививки еще не сделаны, а загранпаспорта не готовы.
Булавин по сей день возглавляет Управление. Кононов по роду своих новых занятий предпочитает поддерживать с Булавиным хорошие отношения.
Адвокат Ходош порвал с фирмой "Ростопчинский и К" и организовал свою, окрестив ее не слишком оригинально. Теперь в приемной частной юридической консультации "Ходош и К" вы можете видеть симпатичную секретаршу Машеньку, третью по счету супругу директора.
Кутюрье Юрий Кулишенко по-прежнему работает в доме моды и одевает весь цвет городской элиты, включая Кононова, Наташу, Булавина, Ходоша и Пельша.
Сережа, после полного выздоровления, вернулся на свое рабочее место охранника дома моды, но уже под начало Кононова, которого он иногда по старой памяти называет Сергеем Владимировичем. Кононов не обижается.
Нещерета выгнали за аморальное поведение на рабочем месте и он открыл контору частного сыска для жен состоятельных, но неверных мужей.
Майор Алешин, любитель ночных засад, отличился при поимке матерого уголовника-рецидивиста и награжден продырявленным АКМСУ с надписью "За отличную службу".
Лейтенант Симакин по-прежнему пьет, но все больше кофе и все меньше водки.
Эксперт Аваладзе на праздновании Нового Года выпил на брудершафт с Булавиным, пел с ним "Сулико" и плясал лезгинку. По Управлению он теперь ходит в героях. Все ожидают его свадьбы с молодой дочерью Булавина, Тамарой, которую Аваладзе называет "царицей".
Татуированный Костик и его коллеги из службы безопасности "Евротура" за отсутствием состава преступления были освобождены из-под стражи, но спустя три месяца попались на перепродаже оружия, краденого со складов Дальневосточного военного округа. На его территории они и отбывают свой срок. В свободное от лесоповала время Костик татуирует своих друзей, а по выходу на свободу он мечтает обзавестись своим частным косметическим кабинетом на припасенные от торговли оружием денежки.
Борис Сапегин сел за всех, в чем немалую помощь ему оказал сообразительный адвокат Ходош.
Два раза в квартире четы Кононовых звонил телефон и голос в трубке возвещал, что, дескать, восстанут мертвые и будут ходить промеж живых. Голос был разительно похож на голос Смолича. Но Владимир и Наташа не обращают на это ни малейшего внимания – их семейный покой надежно хранят боги кенийского племени мантак.
