— Не совсем. Вообще-то я не особенно разбираюсь в музыке. Но, насколько я могу себе представить, едва ли это может приносить хороший доход.
— Пусть это и не приносит столько, сколько, наверное, может дать громкое изобретение, однако этого хватает на жизнь двух женщин. У мамы, кроме того, есть некоторые средства, которые, будучи вложены в различные предприятия, приносят неплохие доходы.
— Ну да, ну да… Довольно об этом, — перебил ее Брюс, — Но ведь тебе не нравится Лондон? Я не ошибаюсь, именно так ты мне сказала?
— Нет. Если быть точной, то я сказала тебе не совсем так. Я просто пояснила тебе, что приехала сюда, дабы снова посмотреть на тот городок, который оставила много лет назад, будучи еще девочкой.
— И когда, интересно, в тебе пробудилось это желание? Когда ты захотела приехать сюда? Вот так, внезапно, легла вечером спать, а утром проснулась с решением отправиться в наши края?
— Нет-нет. Эти мысли у меня появились давно. И каждый раз, когда кончались каникулы или отпуск, я вспоминала о нашем городке…
Джойс внезапно поперхнулась. Ей пришло в голову, что ложь ее теперь звучит не очень убедительно. Она почувствовала, что начинает путаться. Невольно она стала отводить глаза, встречаясь взглядом с Брюсом Мелвином. Тот же не спускал с нее глаз.
Как ни странно, присутствие рядом с нею Брюса Мелвина практически стерло из сознания Джойс все мысли о его необычном изобретении. Ее уже не интриговало, как прежде, его желание держать все в секрете.
Было нечто непонятное в воздействии на нее этого крупного и сильного человека. Во всяком случае, у Джойс начали путаться мысли. И каждый раз, когда ласковые и в то же время насмешливые глаза Брюса встречались с ее глазами, которые она не успевала отвести, Джойс невольно пугалась.
— Тебе бы следовало приехать к нам в прошлом году, Джойс, — заметил хозяин замка.
— Это почему?
— Да потому, что в прошлом году у нас было тихо и спокойно. В прошлом году у меня не было никакой необходимости держать в парке трех специально натасканных псов и охранника с ружьем…
— А что, в этом году действительно есть необходимость во всем этом?
— Ты обязательно хочешь это знать?
— Да, конечно.
— Но ты этого не узнаешь, дорогая!
— Но Брюс!
IX
Оставшись вдвоем, девушки внимательно рассматривали друг друга.
Джойс улыбнулась.
Дорис не производила впечатления взволнованной. Она смотрела вокруг спокойно и уверенно.
Мужчины удалились и заперлись в кабинете. Девушки остались сидеть в роскошно обставленном зале, предоставленные сами себе.
Пока все шло своим чередом. Пока не было никаких особых неожиданностей, ничего такого, чего бы нельзя было заранее предвидеть.
Некоторое время назад Джойс Пауэр вместе с Брюсом Мелвином ожидали в ярко освещенном холле прибытия Риганов. Молодые люди непринужденно болтали о ничего не значащих вещах.
— Ты знаешь, — внезапно сказал хозяин замка, обращаясь к девушке, — я, очевидно, представлю тебя гостям как свою двоюродную сестру.
Джойс не смогла скрыть удивления.
— Но с какой стати? — спросила она.
— Видишь ли, поскольку у нас нет сомнений, что Дорис приложит все усилия, чтобы очаровать меня и завоевать таким образом мое доверие, я бы не хотел, чтобы твое присутствие как-то сдерживало ее. Пусть себе старается. Ну а в этом качестве, в качестве моей дорогой кузиночки, ты с твоим очарованием не будешь казаться ей опасной соперницей. Да она просто и не обратит на тебя в этом случае никакого внимания.
Вечером, когда Брюс увидел входившую в холл Джойс, он оглядел девушку сверху донизу и ограничился тем, что заметил с сожалением:
— До чего же жалко, что теперь не видно твоих стройных ножек. Мне так хотелось бы видеть их…
— А ты, однако, не отличаешься особой застенчивостью.
И все-таки ей было весьма приятно, что выражение мужских глаз выдавало явное удовольствие от увиденного — ее нежного лица и достаточно глубокого выреза платья, отделанного розовым.
Заранее полагая, что ей трудно будет затмить красоту Дорис Риган, Джойс существенно больше, чем обычно, обращала внимания на выбор подходящего к случаю платья, а также на соответствующий макияж. Необходим был такой макияж, который бы не скрывал и не портил очарование ее юного, почти детского лица.
Девушка была одета в платье из очень тонкого материала светло-розового цвета. Оно спадало легкими складками практически до острых носков ее модных туфелек того же розового цвета. У платья не было рукавов, и округлый вырез на груди опускался как раз до того предела, за которым его продолжение было бы уже в определенной степени безнравственным. Так же декольте открывало грудь ровно насколько, насколько это требовалось, чтобы распалить мужское воображение.
Вне всякого сомнения, во внешности Джойс Пауэр всегда было нечто такое, что подчеркивало ее осмотрительность, даже осторожность.
Наверное, было нечто не совсем обычное в цвете ее рыжеватых волос, в той копне, которую они образовывали без особых на то усилий со стороны парикмахеров. А может быть, все дело было в ее прозрачных больших глазах зеленого цвета, или в ее нежной, как у ребенка, загорелой коже, или в непринужденных грациозных движениях. А может быть, на мужчин производил особое впечатление ее красивый рот. Такие относительно полные губы на лице любой другой женщины наверняка казались бы слишком грубыми и чувственными. Ей же они придавали особую пикантность.
Хотя Брюс и посетовал на то, что теперь не имеет возможности любоваться ее стройными ногами, он вскоре утешился.
На сей раз Джойс не отвела своего взгляда. Она бесстрашно смотрела в глаза хозяина замка и позволила ему взять себя за руки. Ей было приятно почувствовать, как сильные мужские ладони пожали ее руки.
Теперь Брюс Мелвин выглядел более элегантно, хотя это и не придало ему большей привлекательности. Он был одет в подходящий к случаю темный смокинг, но Джойс находила, что костюм, в котором она его увидела впервые утром, шел ему гораздо больше.
И все-таки, как бы он ни одевался, этот мужчина всегда был весьма хорош собой. У него было не просто красивое лицо, нет, это лицо было сверх всего прочего очень милым и симпатичным. Джойс подумалось, что такого человека будет трудно заставить говорить об его изобретении. Трудно потому, что непросто отвлечься от своих чувств и постоянно думать о деле.
У Джойс даже начали закрадываться не очень веселые мысли о том, что ее миссия в этом городке может завершиться полнейшим постыдным провалом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
