Георгий с первого взгляда влюбился в Марию. И влюбился, как ни странно, не из-за внешности — а Мария была очень хороша собой. Просто Георгию в момент стало ясно, что они одного поля ягоды и всегда поймут друг друга. И не ошибся. С Марией всегда было легко общаться, она улавливала мысли и чувства Георгия с одного взгляда, с одного движения.
Марии было всего двадцать два года. Она происходила из бедной семьи, которая раньше жила в Полтаве. Отец ее умер несколько лет назад, и у Марии остались только мать и старшая сестра, Полина, которая работала в этом же госпитале и ухаживала за Яниным. У Марии были чудесные голубые глаза, за что Георгий называл ее незабудкой, и очень нежные руки.
Это, как выяснилось потом, была судьбоносная встреча. Георгий через всю жизнь пронес чувство к Марии, несмотря на то что потом у него были и другие женщины; а Полина стала женой Янина.
Между Георгием и Марией закрутился бурный роман. Когда Георгий встал на ноги, они много часов провели вместе, рассказывая друг другу о своей жизни и поверяя секреты и душевные стремления. Для Георгия это было время откровений. Никогда и никому он не рассказывал того, что открыл своей «незабудке».
Однако их роман не мог продлиться долго. Рано или поздно Георгию предстояло вернуться на фронт.
Правда сначала Георгий получил месячный отпуск по состоянию здоровья и решил съездить в деревню — повидать родные места. Мария отправилась к родителям. Георгий же честно собирался жениться.
Снова знакомая дорога на поезде — и Георгий вернулся домой. Наконец увидел любимые лица отца с матерью. С сожалением узнал, что Лешка, лучший друг детства, тоже был призван на фронт и погиб всего несколько месяцев назад. Для Георгия это был первый удар. Вторым ударом стала новость о болезни отца.
В деревне властвовали нищета и голод, людям жилось очень тяжело, однако бедняки активно поддерживали советскую власть и не унывали. Верили еще, что все наладится.
Отпуск пролетел незаметно, и настала пора уезжать. На сердце было тяжело: угнетала печаль за судьбу Лешки, за отца, за Машу, которую пришлось оставить… Хоть и грустно Георгию было расставаться с родными, все же чувство патриотизма гнало его на поле боя. Явившись в военкомат, Георгий попросил направить его в действующую армию.
Георгию предложили сначала поехать на кавалерийские курсы в Рязанской губернии, которые располагались в здании бывшего поместья. Сюда посылали людей, отличившихся в бою. Георгию предложили должность курсанта-старшины 1-го эскадрона, и он согласился, так как это дело было ему уже знакомо. Он также обучал курсантов обращению с холодным оружием, штыковому бою, занимался строевой и физической подготовкой.
В июле курсантов быстро и без объяснений погрузили в эшелон и повезли в сторону Москвы.
В конце декабря Георгий оказался в Воронежской губернии. Там их отряду предстояло ликвидировать кулацкое восстание и банду Колесникова.
В Воронеже Георгий познакомился с Александрой Зуйковой.
Он вместе с Яниным остановились на ночь в доме священника. Пили чай, и вдруг Георгий услышал шорох. Он сказал шепотом Янину:
— За печкой кто-то шевелится.
Встал, подошел к печке и говорит:
— Эй, кто там? Вылезай давай!
С печки спустилась растерянная девушка. Георгий посмотрел на неё строго:
— Ты кто?
Она ответила:
— Я поповна.
Тут Георгий захохотал:
— Янин, ты когда-нибудь видел живую поповну? — И усадил ее за стол.
Так завязался его роман с Александрой Зуйковой. Александра родилась в многодетной семье в Воронеже. Отец ее, Дий Алексеевич Зуйков, был добрейшим человеком.
Георгий при первой встрече был очарован Александрой, которой было всего двадцать лет. Она не была красива классической красотой, однако живость ее взгляда, ее веселый нрав делали Сашу невероятно привлекательной. А острый ум и образованность подавно покорили Георгия. Александра окончила учительские курсы и преподавала в местной школе. Дети ее очень любили, прислушивались к ней; никто в школе не пользовался таким авторитетом, как она. Она всегда была весела, с удовольствием общалась с людьми, легко входила с ним в контакт; участвовала в общественной работе — в женсоветах, детских домах и школьных родительских комитетах.
В Георгия Александра влюбилась быстро и без оглядки. Такой у нее был характер: если она что-то решала, ее было не остановить. Она покорила Георгия буквально одним словом, одним жестом.
Когда Георгий узнал возлюбленную немного лучше, он понял, что ее единственный недостаток — это взрывной характер. Под действием эмоций Саша могла выкинуть все что угодно, не задумываясь о последствиях. Однажды она даже ударила Георгия, когда он в ее присутствии позволил себе бросить восхищенный взгляд на другую женщину.
Вскоре Георгий и Саша поняли, что не могут находиться далеко друг от друга; тогда Александра ушла из школы, ее назначили писарем при штабе отряда, так как хотела всегда быть при Георгии.
Саша помогала ему совершенствовать русский язык и письмо, ведь самому Георгию знаний не хватало. Она упорно доказывала ему свою преданность, хотя он того никогда и не требовал.
Когда банда Колесникова была разгромлена, оставшиеся бежали в Тамбовскую губернию, собираясь примкнуть к банде Антонова.
Антонов происходил из мещан города Кирсанова Тамбовской губернии. Учился в реальном училище, но за плохое поведение и хулиганские проделки был исключен; уехал из Кирсанова, примкнул к шайке уголовных преступников и занялся грабежами, сопровождавшимися нередко убийствами. Потом вступил в партию эсеров. Впоследствии за уголовные преступления был сослан в Сибирь на каторгу. В Тамбовской губернии Антонов вновь появился в 1917 году, в период Февральской революции. Вскоре занял должность начальника кирсановской уездной милиции. Всюду расставлял своих людей. Главными его сподвижниками были известные эсеры Баженов, Махневич, Зоев и Лощинин. К августу 1920 года у Антонова в подчинении была большая, сильная шайка. Заняв какой-либо важный населенный пункт, антоновцы тут же приступали к созданию нового отряда. Отряды постепенно сводились в полки до тысячи человек.
В конце 1920 года банды Антонова объединились в так называемую армию, хотя штабные поначалу даже не воспринимали ее всерьез.
— Так… воду помутят… — говорили они.
И были неправы.
В главный оперштаб этой «армии» вошли старые эсеры Богуславский, Гусаров, Токмаков и Митрофанович. Командующим был избран Токмаков, а Анюнов — начальником штаба. Вскоре была создана и вторая «антоновская армия». Вся военная власть по-прежнему была сосредоточена в руках Антонова. Части были вооружены пулеметами, винтовками, револьверами, шашками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
