В первый день последнего семестра юноша брел на обязательную лекцию по кайской литературе, чувствуя полную безнадежность и пустоту. Унылый преподаватель читал эту лекцию уже бесчисленное количество раз, совершенно не вдумываясь в то, о чем говорит. А на Кета только что обрушилась новость: его подготовка к полетам откладывается, так как все места уже заняты теми, кто идет по контракту во флот.
Неожиданно все изменилось — благодаря севшей рядом с ним девушке. Кет видел ее впервые. Она была высокой и красивой, со светло-коричневой кожей и длинными золотыми волосами. Когда преподаватель спросил, как ее зовут, незнакомка поднялась и совершено серьезно отвесила ему легкий поклон.
— Нера Ньин, — певучим, мягким голосом начала она, — с Малили. На Каи нахожусь по особой студенческой визе и допущена в Академию на основе программы сотрудничества, финансируемой адмиралом Торку Ворном.
Девушка снова села. Кет, замерев от восторга, любовался ее спокойным профилем.
Настоящая лелейо!
Он с трудом верил в это, потому что она была абсолютно не похожа на тех голых дикарей, о которых рассказывал адмирал Торку. Худенькая и стройная, в синей студенческой форме, она казалась очень ухоженной, даже нарядной, и смотрелась совершенно естественно. Когда юноша встал, называя собственное имя, Нера Ньин подняла на него свои золотисто-зеленые глаза, и его поразила искренняя прямота этого взгляда.
Ему хотелось задать девушке тысячу вопросов: о ее народе, о священных деревьях, о фейолине, ржавке, кровяной гнили и родомагнитных источниках. Почти месяц ее близость мучила Кета: Нера каждый день сидела рядом, но выглядела поглощенной занудными лекциями и ни с кем не разговаривала. Из-за этой холодной сдержанности она казалась такой же далекой, как Малили.
Совершенно потерянный и заинтригованный, юноша обратился к преподавателю.
— Она прямо из джунглей, — сказал тот и пристально посмотрел на Кета, словно пытаясь понять причину его расспросов. — Возможно, плохо понимает цивилизованную жизнь Каи. Насколько я понимаю, адмирал хочет расширить контакты с аборигенами и пригласил ее сюда. Так что попробуй подружиться с нею, если хочешь.
— С ней трудно подружиться.
— Лелейо все необщительны. Редко говорят много, часто лгут. Если хочешь пристроиться у Ворнов, то советую попытаться раскусить ее. — Преподаватель изучающе и хитро глядел на собеседника.
Хотя Кет отнюдь не был уверен, что собирается пристраиваться у Ворнов, на следующий день он подкараулил ее на выходе.
— Можно… — его остановил ужас перед чуждой красотой девушки, но та неожиданно улыбнулась. — Можно, я пройдусь с тобой?
— Пожалуйста, — голос звучал тихо и мелодично. — Я хочу познакомиться с тобой, Кет Кирон.
Радость почти ошеломила его, и он набрался храбрости спросить, не хочет ли Нера зайти в бар и выпить мелонаду.
— Я предпочитаю пищу с Малили, — на кайском она говорила довольно бегло. — Тебе она, может быть, тоже понравилась бы больше. Пойдем ко мне? Я живу не в университетском городке.
— Мне… мне нельзя. — (В Академии были строгие правила и охраняемые ворота, остатки прежней дисциплины Спасательной Команды) — Без пропуска нельзя.
— Я приехала с письмом от адмирала Ворна и думаю, что затруднений не возникнет.
Затруднений не возникло. Дежурный офицер ослепленно улыбнулся девушке, изучил взглядом Кета и пропустил обоих. По дороге она стала спрашивать о первом Навархе и создании Кратерного озера. Рассказ о Черных веках ужаснул ее.
— Люди убивали друг друга? — Ее зеленоватые глаза расширились. — Но почему?
— Был нарушен Закон Корабля, — объяснил Кет. — Тогда еще не существовало Спасательной Команды и приходилось преодолевать трудности жизни на неосвоенной планете. Люди голодали, а соперничающие вожди стравливали их в войнах. Они сражались за воду, за право добывать полезные ископаемые, а иногда — просто ради добычи или собственного превосходства.
— Но люди не могут убивать друг друга. — Нера с явным недоверием покачала головой. — Я думаю, ваша история просто неточно описывает события глубокой древности. Люди не убивают людей.
— Боюсь, что убивают.
Чтобы убедить ее, юноша рассказал о разбросанных скелетах, которые сам обнаружил на разбомбленных уровнях Мансфорта.
— Ты ходил в такие жуткие места?! Совсем один, будучи еще ребенком?! — Она явно была поражена. — Ни один лелейо не решился бы этого сделать. Но мы и не убиваем.
Девушка повернулась к нему лицом, задумчиво хмурясь. На какое-то ужасное мгновение Кет испугался: не связала ли она его с теми, кто некогда уничтожил Мансфорт. Затем сообразил, что она просто очень удивлена.
— Мы совершенно не понимаем вашей жизни, ваших законов, ваших войн. Я для этого и приехала на Каи. Мы долго надеялись, что ваши странности не будут иметь для нас никакого значения, но потом вы напугали нас. Вы стали строить на Малили Стены Смерти и убивать все, что находится в их пределах.
«Да, с Челни ей никогда не найти общего языка», — подумал Кет.
— Я рад, что это была ты, — он смутился от неуклюжести собственных слов. — Я рад, что прилетела именно ты.
— Я с раннего детства хотела увидеть вашу планету. — Ее золотисто-зеленые глаза смотрели вдаль. — Однажды с Зоны прилетели в огромной машине двое Каи Ну. Машина сломалась, и они умирали. Мы помогли им вернуться в Стены Смерти.
— В периметр Зоны, ты хочешь сказать?
— В Стены Смерти. — В ее голосе послышалось холодное презрение. — Ваш лучевой щит уничтожает все маленькие живые существа в воздухе, а ваши автоматические лазеры, нацеленные в небо, готовы сжечь все, что покрупнее. Я думаю, вы слишком много убиваете.
11. Лелейо
Аборигены Малили. Выглядят как люди, но обладают иммунитетом к кровяной гнили и способны существовать без машин.
Квартира Неры поразила Кета. Она располагалось в районе Западного Края, в дорогом верхнем уровне. Целая стена в гостиной представляла собой огромное термальное окно с видом на зеркальные воды озера. Под пурпурным дневным небом озеро казалось черным, только серебряная дорожка от Малили тянулась по волнам.
— Дом! — Она на секунду остановилась у окна, глядя на родную планету, высоко стоящую в небе. — Я так хочу вернуться.
В комнате, как ни странно, не было ни стола, ни стульев, вдоль стен — полки с книгами. Украшением служили различные кайские вещи и произведения искусства.
— Здесь можно столько всего собрать — а домой я ничего не могу увезти! И еще столько надо узнать! — В комическом отчаянии она хлопнула себя по лбу. — У меня от этого голова ноет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
