Девушка выслеживала дикого мутобыка. Грациозная в своем обтягивающем оранжевом охотничьем костюме, она ползла вверх по заснеженному склону. Позади карабкался Зелик, все такой же толстый и некрасивый, пыхтящий от страсти.
Кет окликнул их, но они вроде бы не услышали.
— Пожалуйста, — обратился он к провожатому. — Дайте мне поговорить с ними.
Проекция низкого неба с горячим красным Драконом мигнула и исчезла с каменного купола. Бесконечные пустынные земли тоже пропали. На небольшом снежном островке вокруг одинокого валуна Челни преследовала мифическую дичь, а Зоор — Челни.
— Кет Кирон! — Она уставилась на него, уронив ружье, затем нахмурилась. — Ты опоздал, — ее подбородок упрямо выдвинулся. — Я любила тебя в «Зеленом Пике». Я могла бы сделать тебя главой флота, но сейчас ты мне больше не нужен. Не то чтоб я слишком дорожу коммодором…
Презрительно пожав плечами, девушка оглянулась на Зелика. Тот, моргая от внезапного света, выбрался из скал и заковылял к ней. Его голубой костюм был застегнут слишком плотно, на подмышках проступали влажные пятна. На тяжело вздымающейся груди сверкало множество медалей.
— Слюнявый свинтус. — Она скривилась. — Но он глава флота.
— Кирон, ты с ума сошел? — Толстый коммодор воззрился на него с явной враждебностью. — Убирайся и раздобудь себе какую-нибудь одежду.
— Лучше так и сделай, Кет. — Челни недружелюбно прищурилась. — Здесь ты лишний. Охотник из тебя никакой, и адмирал сказал, что не желает тебя видеть. И ты спугнул быка, за которым я шла, — ее тон стал обвиняющим.
— Челни, я хотел…
— Добыча ждать не будет.
Она нетерпеливо кивнула в сторону зверя и, вскинув свое ружье, сделала неопределенный знак кузену. Свет померк. Снова в полутьме сиял Дракон и тропинка уходила в безбрежные пустоши. Девушка продолжила охоту, а Зоор двинулся следом, пожирая ее глазами.
Гуманоид вывел путешественников через огромные бронзовые ворота на скопированную площадь.
— Вы увидели своих счастливых друзей, — пропел он чистым голосом. — Им требуется особое внимание, потому что они были перенесены сюда со своей родной планеты. Каждому предоставлены наиболее подходящие внешние условия, и каждый имеет возможность заниматься тем, чем хочет. Эта здоровая и целеустремленная деятельность — причина их счастливого состояния…
— Счастливого! — Кет не смог скрыть горького презрения — Накачанные эйфоридом и играющие в дурацкие игры.
— Человеческое счастье по своей природе нерационально, — голос машины оставался таким же радостным и добрым, как ее гладкое черное лицо. — Ваша эволюция производила отбор скорее по силе, чем по разумности, вследствие этого люди находят удовольствие в актах агрессии. Будучи когда-то необходимым для выживания, со временем этот фактор стал представлять опасность для человечества. Тогда изобрели нас — гуманоидов. Мы обязаны спасти вашу расу, оставляя ей при этом возможность быть счастливой, и предлагаем взамен менее летальные конфликтные ситуации.
Гуманоид приветливо повернулся к Бронгу и Ило Аули.
— Поначалу нам казалось, что вы, лелейо, находитесь в еще большей опасности, поскольку существуют труднопреодолимые препятствия нашей службе на Малили. Однако мы обнаружили, что удачная мутация избавила вас от излишней агрессивности, и вы значительно дружелюбнее людей. А так как ваши высокоразвитые биотехнологии, в отличие от механических технологий Каи Ну, не представляют опасности для нашего обоюдного выживания, то вам никогда не потребуется наша забота.
Кет нахмурился, вновь собираясь указать на страшную цену подобной заботы, но передумал. Быть может, старые, не в меру агрессивные человеческие планеты действительно нуждались в контроле со стороны гуманоидов и это спасло их от самоуничтожения. Лейолейо не считает логику гуманоидов столь уж логичной, но воевать с ней не станут, потому как создает на Малили потрясающую альтернативу — гармоничное сосуществование. Эти мысли осенили юношу внезапно, и, восхищенный этим внезапным пониманием, он повернулся к Ило Аули, готовый возвращаться.
Церемония у священного дерева фейо уже закончилась, его кровь дала всем новую жизнь и причастила к мировому братству. Отец и дед Кета последовали за остальными, но сам юноша остался ждать Неру Ньин у ставшего родным дерева.
Люди и гуманоиды покидали Зону. Торий для Каи уже не требовался, и шахты были заброшены. Колонисты отправлялись на родину. Больше никогда не будет взрывов, убивающих все для расширения периметра.
Нера прилетела на драконьей мыши, и Кет наблюдал за ее приближением, стоя на краю обрыва, который уже не казался таким опасным. Крылья мыши белели на фоне лимонно-зеленого неба. Не дыша от восторга, юноша смотрел, как та делает вираж над несущей льдины рекой и разворачивается против ветра, приземляясь и вцепляясь огромными черными когтями в камень. А всадница, золотая и радостная, соскочила и махнула рукой, ожидая его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
