Читаем без скачивания Феерия для другого раза II (Норманс) - Луи-Фердинанд Селин

Вот в чем беда… осколки стекла! разбились на такие мелкие кусочки, что кажется, все ступеньки покрыты слоем сверкающей снежной крупки… ладони, мадам! колени! подошли бы санки! скатиться!.. спаслись бы тогда, чистый бобслей! вот! позабавились и бууумс! поднялись на пять-шесть ступенек!.. контрудар!.. и вдруг это снова загудело снаружи!.. опять атакуют… ах, а мы все еще на лестнице!.. я не понимаю!.. что это? рев неистовства?… рокочущая ненависть… на секунду теряю сознание… супермощные удары… а вы говорите – уф, затишье! а потом бааамс! и вы в другом мире! Воспринимаете все как предупреждение, просто… подумаешь, там будет другая лестница!.. здесь распахнутая дверь, выбитые стекла… вид на мельницу! и мокрый воробышек, нечто в ящике, все еще там! ах, и вовсе его не перевернуло!.. все еще сидит на мостике! парит! горит! нет! он не горит! пламя танцует вокруг него! летят искры! и все! его не сожгут! его защищает шарм, мерзавца!.. какой шарм? я мелю чепуху… нет в нас никакого шарма! вот вам доказательство – с превеликими трудами поднялись на четыре ступени!.. а потом снова скатились… и снова прижались к стене! как раз время воззвать к Жюлю! Этому чертову гондольному горбуну, гром его разрази! он притягивает катастрофы… он! ах, он сталкивает бомбы! без палок… с палками! жестами! пальцами! делает все, что хочет!

Если бы Оттавио был рядом, он бы полез за ним! я так думаю… он бы его снес на руках, Жюля-громовержца! и пришел бы конец чарам! и минам! и молниям! и эскадрильям!

Я раздумываю, взвешиваю… несмотря на шум в ушах… шум накатывает, взрывается, как эхо снарядных взрывов!.. взрывов!.. с улицы! я думаю об Оттавио… он бы спас ситуацию… он бы его нашел, безногого! притащил бы его под мышкой!.. а я бы сказал ему пару теплых… если б он мне его притащил!.. по лестнице!.. Жюля с его жаждой!.. и его проклятую гондолу! и его култышки!.. я б его заставил поговорить со мной… жестами! я б его покатал на лифте! я бы его заставил поездить вверх-вниз на заднице!.. разбить решетку!.. впрочем, решетки-то практически уже и нет… ее чуть-чуть дернешь, и рухнет…

– Ты видела, Лили? ты его видела?

Она его видела так же отчетливо, как и я! она его прекрасно видела… на мостике… нахал! провокатор! свинья! он еще и сигналит! бешеный семафор! ну и? ну и? Я думаю о Безоне… черт! я дальше не полезу!.. зацепился… схватился… довольно! хватит!

– Ты видела его рожок? Она ничего не видела!

Вот вам женщины! аморальные!.. чертов безногий обрубок! зажигательный горнист-блядун! она, видите ли, не видела!

– Ты его обожаешь? ну!

Я кричу ей… прямо в лицо! чтоб она услышала…

– Шлюха!

Она хохочет… пусть посмеется!.. она считает меня смешным!.. я вижу двойника! точно, я вижу! Жюля! а, черт! троих Жюлей! все в воздухе! буум! я пытаюсь передать звуки… Вам тоже кажется, что я смешон?… на четвереньках, ползу, задом наперед!.. и плююх! на спину! к счастью, я защищаю эту проказницу Лили!.. я прикрываю собой ее голову… я не хочу, чтоб осколок попал ей в голову… хватит, что я мучаюсь! дорогая подушечка! у меня голова кружится, да! точно!.. но все-таки… я видел? я слышал, как он меня обозвал! сучонок! и столько еще людей слышало!

– Трудись, падаль!

Ах, крикнуть бы посильнее!.. он меня не слышит… пора на пенсию… он скатился на два этажа…

– Ты ревнуешь! – кричит она мне… она, Лили!

Вот так, прямо в моих объятиях… в ухо! и смеется! смеется! никакого Жюля! нас догнали два человека!.. мы катимся сверху… замешкавшиеся соседи с верхних этажей… а на улице бушует метеоритный дождь!.. удар! Бух! толчок!.. выбили дверь!.. дверь лифта на площадке… и бац! ъ пропасть! буум! несчастные!.. второй удар!.. следующий скатился в провал!.. лифт превратился в воронку… отставить головокружения!.. я хватаю Лили!.. другой рукой за перила!..

– Назад, милая! назад!

Бытовой альпинизм!.. я бы сказал, везувиевизм! да уж, Везувий!*[67]

– Настоящий Луна-парк!*[68] Американские горки!

Для нее это развлечение!.. она молодая, сильная и смелая!.. а у меня… мои годы!.. я себя чувствую по-дурацки, на ступеньках, что ходуном ходят… меня отбрасывает, трясет!.. приподнимает!.. тем более, с моим обостренным чувством ответственности за Лили, за всех!.. будь это в театре, вот была бы сенсация! какие эмоции! понарошку! но тут, пардоньте, уже не шуточки!.. ступени… решетки… смотрите!.. а остальные прыгнули в пропасть!

Ах, и Нормансы! Тут толстяк… его жена… наши соседи… они тоже пытаются… их заносит… они скатываются… снова поднимаются! переворачиваются! они еще не приспособились к толчкам, они поднимаются на четыре ступеньки! однако же у него чудовищный вес!.. 160 кило… он мне сам сказал об этом, он консультировался со мной, как похудеть… современные методики… не верится, что он смог бы… нет! 160 кило, это балласт!.. ладно, он не может спуститься… подымается!.. и скатывается! удар! другой! сила притяжения, что вы хотите… эпицентр бури!.. его жена, по природе хрупкая, крепко ухватилась за него! за шею! не держись она за мужа, ее бы утащило, унесло, переломило, как соломинку! вы не поверите: он ее сейчас чуть не раздавил!.. тряхнуло! оууумс!.. она растянулась!.. нет! нет!.. нет!.. осторожный слон, склонился над ней, вот вам и Норманс, я его так и вижу перед собой… все удары сыплются на него!..

– Андрэ, Андрэ! не бросай меня!..

Ей страшно!.. и за него тоже!.. они живут душа в душу!.. конечно, как же ее бросить! они единое целое, как мы с Арлетт… он только отличается телосложением! хотел бы я иметь плечи такой ширины, вес, полноту! он, точно, весит больше 160! я бы сказал, 180!.. может, и 200… он не признается, жрет за десятерых!.. за двадцатерых!.. он, как все, они все врут! да врет он, что не 200! а 160?… 166? за кого он меня принимает? я-то вижу, смотрю на него чуть не каждый день… он торговец… Ба-бах!.. на Центральном рынке! и что?… продает птицу!.. сам-то лопает не только птицу!.. вот жена его точно птичка!.. а сам он сжирает по два бараньих окорока в день! три окорока! вес! вы только подумайте! «торговец»! а что если он на нас налетит! все будет кончено, и с Лили, и со мной… жена его дрожит…

– Андрэ, не шевелись!.. Андрэ, не двигайся!

У нее совсем больной вид!

Да не он двигается, а дом! пусть даже у него все 200! что такое 200… он не может противостоять стихии!.. он поднимается, поворачивает назад! и попадает в бурю, как и мы… это стихия! он, конечно, гиппопотам! но даже 1000 кило – соломинка для стихии! он плохо переносит качку… он готов на все махнуть рукой!.. наплевать на страхи своей дурочки!..

– Андрэ, не шевелись!

Не то чтобы вовсе нельзя двигаться! просто переждать удар!

– Не шевелись, дорогой! не шевелись, дорогой!

Она уверена, что это он вызывает бурю!.. он сталкивает стены, и все тут!.. нужно ее разубедить! тощая глупышка!

– Это не ваш жирдяй! это другой человек, наверху! Жюль направляет удары! посмотрите на него!

Пусть она посмотрит, как он раскачивается в вышине!.. как он притягивает бесомолеты!.. он за все в ответе… и гррох! все здание накреняется!.. удар!.. сифонит… невероятно… ураган бушует вверху… порывы ветра проносятся сверху донизу!.. крышу, должно быть, снесло… Норманс откатывается! ах, вот он! совсем рядом! ее голосок! визг: «Андрэ!.. Андрэ!..» им страшно! тяжело!.. они вернулись!.. трясет все здание! благодарение Богу! самолет пролетел над нами… свист ветра! свист! слава бесомолету! он спас наши жизни… он перехватил Норманса! разрушений немного! только вот лестница, по которой мы спускаемся! каждый взрыв мины означает возможность… что вы останетесь лежать, придавленные мебелью, или свалитесь с высоты в три этажа, или будете раздавлены торговцем… а над нами, наверху… слышно, как мебель ездит по полу… на 3-м?… на 4-м?… трудно понять… в любом случае, это странный танец… вы слышите эти мощные всхлипы!.. не смешно, но лестничная площадка танцует… самолет, который пролетел… из Клиши? откуда он взялся?… с запада?… из Батиньоль? эта станция давно должна бы быть стерта в порошок после того, как они ее крошили! колотили! столько часов тромбовали!.. даже снизу, в Меркаде, поднимаются столбы огня выше туч! так высоко, что закрывают солнце!.. Они уже должны прекратить бомбить Батиньоль!.. почему же они возвращаются? они не весь груз сбросили? им мало воронок? и что все это чудовищно гремит, взрывается, ревет! не достаточно? отвратительная феерия… да пусть они все сталкиваются лбами, пусть расколошматятся все… всмятку!

Как только подумаю, что питал слабость к этому вонючему-подонку-развратнику-калеке-печному-мастеру! Где моя башка была?!

Я же вижу его там, наверху, и плоды трудов его!

Я излагаю только факты и собственные впечатления… вот как раз сейчас! и как раз там!.. удар гонга! гул множества гонгов! и здание приподнимается, складывается, кренится вперед!.. раз!.. два! ох, они возвращаются! те, что отбомбились!.. Что это!.. в воздухе не бомбардировщики… лающий звук пушек совсем близко… нет, напротив… не так уж и близко… Тертр… может, Барб?… я вам уже объяснял… Монмартр может рухнуть… изнутри он полый, напоминает колокол! и бумс! и бамс! такое впечатление, что голова почти оторвана от шеи… Я запихаю тебе в глотку бенгальские огни, Жюль! и заставлю тебя глотать разноцветные горящие искры!.. светящиеся цветы! Он потерял свои костыли! руками машет!.. он снова обращается к небесам!.. к Небесам! бум! взрыв! он крутится! разбойник! чтоб ты перевернулся! были бы и мы на колесиках, будь мы безногими калеками, мы бы тоже сохраняли равновесие! не нужно было бы цепляться за перила… скатились бы на целый этаж!.. два!.. три этажа!..