кто видел, глазам не верили. Кузя звал домашних в мою комнату и начинал есть, когда все были в сборе. Смотрел, как реагируют мама, папа, я. Любил уговоры и похвалу во время еды.
Лето мы проводили в Рузе. Если папа уезжал на день в Москву, Кузя садился во дворе и ждал его. Не ел, не пил до вечера. Соседи удивлялись этой пушистой черной собаке с добрыми глазами.
Пятнадцать лет Кузя дарил радость и тепло нашей семье.
Шли годы. Кузя состарился и заболел. Все советовали отдать его в лечебницу, но никто из нас не мог этого сделать. Врачи, уколы, бессонные ночи, у Кузи сильно болели сосуды мозга. Он умер летом за год до мамы.
Тяжело было всем, особенно мне. Моя знакомая астролог Анна сказала: «Ты потеряла не собаку, а друга». Именно так…
ХАЛИД
В начале двухтысячных во дворе появилась палатка, торгующая хлебом, в ней работал азербайджанец Халид. Мама, гуляя с Кузей, заходила в палатку за хлебом. Увидев продавца первый раз, поразилась сходством Халида с ее братом Шурой. Разговорились. Оказалось, что Халид с семьей снимают квартиру напротив нас. Мама пригласила их в гости. Она как-то сразу его приняла, ей все в нем напоминало брата: тот же добрый взгляд, те же усы.
Халид, не выдержав конкуренции, уехал к себе на родину, оставив нам свой телефон. Мы по праздникам перезванивались. В мае 2006 года он вернулся в Москву, жил у друга, его семья осталась в Баку. Конечно, пришел к нам в гости. Увидев маму, заметил, насколько она сдала. Как всегда бывало в июле, он свозил нас на могилку родных и на месяц уехал по делам в Азербайджан. Вернулся только в двадцатых числах сентября. Позвонил нам, и папа ему рассказал о том, что случилось. Халид сразу же приехал, мы весь вечер сидели и говорили, говорили о маме. Ему не верилось, что ее нет. И тогда я сказала: «Халид, приезжай жить к нам. Не надо денег, просто живи с нами». Папа поддержал меня. Халид пообещал переехать через сорок дней, а пока сказал, что будет к нам приходить.
И вот Халид переехал к нам, стал жить в маминой комнате. Хотя он много работал на своей машине, мы все равно чувствовали присутствие близкого человека.
После маминой смерти нам по хозяйству помогала соседка, но потом она переехала. Тогда Халид пригласил свою жену Асаду помогать по дому, и вместе с ней приехал их сын Кизим. Мы все вместе жили у нас в квартире.
С Асадой мы ровесницы. Кизиму тогда было тринадцать лет. Папа его устроил в школу, где училась я, в 523-ю. Отводил туда и забирал оттуда. Кизим – тихий, спокойный мальчик, учителя его полюбили. Я с Кизимом делала уроки, так как он плохо понимал русский язык. Здорово чувствовать себя нужной! Мы вместе гуляли, ходили в магазин, в «Макдоналдс». Мы не могли спуститься в подземный переход и переходили проспект поверху, постовые помогали нам.
Асада занималась домом, готовила обед. Когда ко мне приходили ученики, всегда угощала их кофе и сладостями. А один раз я устроила для учеников новогодний вечер, и Асада приготовила самые вкусные национальные блюда. На папин день рождения приходили его бывшие сотрудники с работы, и она их встречала, как хлебосольная хозяйка дома.
Кизим окончил седьмой класс. Мирек, дочка Асады, родила, и матери пришлось уехать помогать с внуком. Халид остался с нами. Готовить и убирать согласилась соседка Роза из дома напротив. Халид работал, пока у приезжих с Кавказа не начались проблемы. Денег не было, и ему ничего не оставалось, как уехать. И до сих пор мы с Халидом и Асадой общаемся в скайпе. Папа мечтал поехать в Баку, но не сложилось.
СВЕТА
Света и ее муж Максим появились в нашей жизни, наверное, неслучайно. Это был январь 2012 года. В декабре 2011 года Халид уехал в Баку уже насовсем, и нам с папой стало жутко вдвоем. Кого-то искать по объявлению я боялась и не хотела. Ко мне приходили девочки-волонтеры из Даниловского монастыря, и я попросила одну из них, Аню, дать объявление в их газету. Мне казалось, что верующие люди надежнее. Пришли несколько человек: учительница филологии с дочкой, очень приятная женщина, девушка-аспирантка, еще кто-то, но почему-то их не принимало мое сердце. И вот однажды вечером появилась девушка с длинными темными волосами, маленькая, очень хрупкая. Рассказала, что она врач и у нее есть молодой человек. Не смущает ли нас это? Мы с папой сразу ей сказали: «Не медлите, переезжайте к нам». Через недельку они приехали.
Спустя два года, когда Света с Максимом уже поженились, мы познакомились с их родителями. Особенно я привязалась к Светиным маме и папе. Мы с папой поняли, что эти люди – семья, на которую мы можем положиться, и предложили Свете и ее мужу всегда жить с нами. Света посоветовалась с родителями и через некоторое время дала согласие. Знаю, что бы ни случилось, они всегда будут со мной. Их сынок Ваня родился, когда мой папа еще был жив. Сейчас Ване почти два года. И вот так я осталась не одна, а с порядочными людьми.
УЧЕНИКИ
С детства я мечтала стать учителем, но моя семья и я сама в это не верили. Только астролог Аннушка сказала, что с помощью компьютера я найду и работу, и друзей, выйду в реальную жизнь.
За полгода до смерти мамы я нашла в Сети сайт объявлений для инвалидов. Без особой надежды, но все-таки дала там объявление о репетиторстве, что даю уроки немецкого языка, хотя особенно не надеялась. Но вот появилась первая ученица, аспирантка-химик, Алена. После первого урока мама и папа спросили ее, как она меня понимает. Алена ответила, что проблем нет и она хочет продолжать занятия.
После Нового года пришла Лена, женщина средних лет, учительница английского языка. Ей нужен был немецкий. Она помогла мне завести блог в «Живом журнале». Так я узнала, что такое соцсеть. Мы дали в сообщество репетиторов объявление, и люди стали приходить. Кто-то ненадолго, кто-то оставался.
После 2 августа 2006 года я как-то потерялась. Не хотелось совсем ничего. Даже общения. Стала просто писать в блоги.
Появились и люди, которые просто хотели общаться, и те, кто хотел заниматься у меня.
Но соцсети – палка о двух концах. Был период, когда в блоги. на меня пытались устроить травлю. Некоторые писали, что я инвалид
