живут весьма не долго. Это меня не устраивало, но всё же мой отец угрозами заставил меня поступить на обучение. Я прошёл один этап посвящения, поэтому прядь моих волос изменила цвет, ведь это признак магической силы. И я кое-что умею, мелкие магические фокусы. Но для вступления в жизнь мага мне необходимо было пройти ещё два этапа посвящения. Однако я не собирался прожить не очень долгий остаток моих дней в четырёх стенах среди распутных девиц. И я убежал.
— Убежал?! — поразился я. — А как же твоя семья?
— Они поплатились жизнью за мой поступок, — хмуро ответил Санбек.
— Ты знал, что в случае твоего побега их казнят и всё равно бежал? — всё больше поражался я.
— А как ты хотел? — огрызнулся парень. — Они сами виноваты! Отправили меня против воли учиться на мага! Роскошной жизни им захотелось! И ради этой жизни они собирались пожертвовать мной! Никто не имеет права меня обвинять, слышишь? Никто!
Насупила тишина. Никто не хотел продолжать неприятный разговор. Притихшие дети испуганно хлопали глазами.
— Ладно, — вздохнул наконец старик, — засиделись мы у тебя, Лимана, пора и честь знать. Дела у меня на оружейном складе. Надо довести до ума одну мою разработку. А ты, Санбек, не медля представь Хизара Баруту, иначе проблем не оберёмся.
— Хорошо, — недовольно пробурчал юноша и встал. Он, не оборачиваясь на меня, вышел из жилища. Я поспешил за ним, терзаемый смешанными чувствами. С одной стороны мне было жалко всех этих людей, с другой, я никак не мог понять, почему освободившись от гнёта, они избрали себе нового повелителя из числа бандитов и душегубов. Пришло время поглядеть на этого Барута, хотя я заранее чувствовал, что не буду в восторге от этого знакомства. Тем не менее я поспешил за Санбеком.
Мы шли долго. Сперва по коридору, который чуть приподнимался вверх, потом мы свернули в одно из ответвлений, и я почти сразу почувствовал, что пол идёт под маленьким уклоном. Мы спускались всё глубже в подземелье. По мере того, как мы преодолевали путь в Грот Собраний, нам всё чаще попадались ниши в земляных стенах. Их обитатели выглядывали, чтобы посмотреть на путников. Со многими Санбек приветливо здоровался. Как я заметил, жители Убежища в большинстве своём были бедняками и даже нищими. Почти никто из них не носил хатыль. Одеяния представляли из себя рубище, сшитое из грубого и дешёвого полотна. Подобные ткани изготавливаются из растения, называемого колип. Его жёсткие стебли вымачивают в моче до мягкого состояния, далее растирают полученную массу и разбирают её на волокна, получая нити. Нити эти крепкие, но жёсткие, поэтому и ткань выходит грубой. Одежда нищих и рабов. Колип растёт в больших количествах в Степи, особенно у подножий холмов. Его собрать труда не составляет, поэтому ткани их него очень дёшевы.
Продолжая путь, я заметил, что туннель начал расширяться.
— Уже подходим, — шепнул мне Санбек.
Впереди показались две человеческие фигуры. Приблизившись к ним, я понял, что это мужчины-воины. Они стояли неподвижно, словно стражи у входа в жилище великого хана. К моему удивлению они были весьма неплохо одеты. Даже кольчуга у них имелась, что являлось среди ахаров неслыханной роскошью. Обычно наши воины облачены в кожаные доспехи. Кольчуги могли себе позволить лишь самые богатые воины, приближённые к великим ханам и членам их семей.
Санбек боязливо поклонился стражникам.
— Кого ты ведёшь в Грот Собраний, Санбек? — строго спросил один из воинов.
— Это новенький, — пропищал парень, — его имя Хизар.
— Смотри, не прогневай Барута, — ухмыльнулся второй стражник, — а то выпарю тебя розгами, коли хан прикажет.
Санбек молча поклонился стражникам и поспешил побыстрее продолжить путь. Он так торопился, что споткнулся и упал. Я протянул к нему руки, чтобы помочь встать. Воины загоготали. Я почувствовал, что проводник мой весь трясётся.
— Проклятые вояки, — буркнул Санбек.
— Ты их так боишься? — спросил я.
— Их все боятся, — ответил парень, — это воины Барута, готовые выполнять любые его приказы лишь бы не лишаться благосклонности хана. Им ничего не стоит зарубить собственных братьев, если того потребует наш предводитель.
— И часто он такое требует? — поинтересовался я, которому передалось волнение спутника.
— Расправы учиняют часто. Малейшее неповиновение может обернуться для жителя катакомб пытками и смертью. Так что ты лучше помалкивай и не вздумай спорить с Барутом. Ладно, пойдём быстрее.
Мы ускорили шаг. По пути нам попались ещё стражники. Все они вели себя надменно и нагло взирали на меня и Санбека, будто были безгранично уверены в своём превосходстве. Меня это злило, тем более, что в прошлой моей жизни ко мне обращались почтительно, сын главы клана как ни как. Теперь же я ощущал себя не более чем вошью, которая рискует в любой момент быть раздавленной.
Наконец мы добрались до обширного кратера, который, как я узнал, носил название Грота Собраний. Это была большая полость под землёй с уходившими на поверхность дымоотводами. В центре, как положено, очаг из камней. Вдоль стен здесь лежали не просто шкуры, а кровати на невысоких ножках, сработанные из дерева. Вот уж роскошь! Деревья в Степи не растут. Древесину привозят из западных стран иноземные торговцы. Чтобы купить такую кровать, необходимо было заплатить целый мешок золота. Как я понял, Барут, что стал здешним вельможей, в прошлом был разбойником. Это объясняло, откуда у него столько богатства. Награбил и избежал провосудия. Скрывшись в Рябой Степи, куда ханские воины и не сунутся. Теперь же этот царёк униженных и угнетённых построил целое государство под землёй. Государство рабов.
Мы с Санбеком стояли, освещённые факелами. В одной из стен Грота было отверстие, по заведённому здесь обычаю занавешенное тканью. Мы ждали появления властителя подземелий. Санбек явно занервничал, когда о нас пошёл доложить воин свирепого вида, охранявший вход в Грот. Наконец ткань-занавес колыхнулась и отодвинулась. В помещение вошёл мужчина лет шестидесяти. Его внешность тут же привлекла моё внимание, и я в отличие от Санбека, уставившегося в пол, принялся разглядывать вошедшего. Первое, что меня поразило, это то, что он был облачён в ярко-красный хатыль. Подобные носят лишь великие ханы. Откуда он его взял? Ограбил богатый ханский караван? Я вперил взгляд в лицо Батура. Подбородок его был обезображен отметинами, похожими на шрамы от ожогов. Вследствие этой особенности бороды у мужчины не было, зато седые усы были настолько длинными, что спускались до груди. Волосы, так же седые. Были заплетены в тугую косу. Смуглое лицо щеголяло белыми бровями над раскосыми узкими глазами. Он, несомненно, являлся ахаром.
— Кого ты привёл ко мне, Санбек? —
