не готова я была к такому! Расставалась я с ними звездой, а сейчас я кто? Личная помощница тирана. За эти три года я не достигла ровным счетом ничего, а они шли вверх по карьерной лестнице, удачно выходили замуж… То есть стали теми, кем и должны были – успешными, богатыми, такими, какой мечтала стать я, но не смогла.
– Не хочу встречу! – Полный отчаяния возглас вырвался непроизвольно и вызвал у ректора улыбку.
– Не беспокойтесь, Мира, я вас не брошу и буду сопровождать.
Сердце упало в желудок и там сжалось. Все еще хуже, чем я могла предположить. Только нового начальника в качестве сопровождающего мне не хватает! Ведь слухи пойдут! Придется оправдания искать. Он намного старше меня, но в то же время пугающе сексуален. И вообще, мне страшно. Очень-очень.
Все это Арион, видимо, прочел на моем лице, потому что улыбка его стала хищной, и я себя почувствовала маленькой мышкой рядом с удавом.
«Шушель бы побрал это проклятое невезение!» – подумала я и осеклась, вспомнив, что твареныш вполне может прибежать на мои призывы.
– Ну я пойду? – Я подорвалась со стула и покосилась в сторону выхода, планируя сбежать как можно быстрее, но ректор грозно рыкнул:
– А ну стой! Куда собралась? – И схватил меня за руку.
Я пискнула, но послушно уселась на место.
– А как же «думать»? – уточнила я, но Арион фон Расс снова наполнил мой опустевший бокал и скомандовал:
– Пей и любуйся закатом. Смотри, какой красивый! А на то, чтобы подумать, у тебя вся ночь впереди. Или почти вся… – двусмысленно добавил он, но я предпочла намек не заметить и послушно отхлебнула резкий пенящийся напиток. Сотни пузырьков растворились на языке, и нервное напряжение отступило.
Закат за окном и правда был очень красивым – лилово-розовым, необычным и ярким. Он просился на холст, жаль, что я не умела рисовать.
Я молчала, а в голове сами собой появлялись мысли и идеи. Оказывается, не забыла, чему нас учили, и то, что не удавалось применить свои знания на практике, не имело значения. В голове рождались образы, нужные фразы, тема встречи выпускников и антураж. Буквально через пять минут на моих губах появилась мечтательная улыбка – я твердо знала, что нужно делать и, самое главное, к кому с какой фразой обратиться, кто на какое предложение клюнет. Идея собрать одногруппников вместе уже не казалась нереальной и идиотской, и даже собственная судьба сейчас представилась в другом свете. Я нашла, как можно преподать свое новое положение, чтобы мои бывшие одногруппники начали завидовать, а не презрительно кривиться.
– Я же говорю, закат красивый! – по-своему отреагировал на мою улыбку ректор, а я не удержалась и в голос засмеялась. Не зря. Много бы отдала за то, чтобы еще хоть раз увидеть на его лице такое же ошарашенное выражение.
– Иногда я все же сомневаюсь в вашей нормальности, Мира… – пробурчал он, когда я отсмеялась.
– Простите. – Я прыснула в кулак. – Закат действительно хорош, просто я придумала, как организовать встречу, и уверена: у меня все получится. Если только не вмешается проклятое невезение, – буркнула я.
– Все будет хорошо. Такие проклятия, как правило, бывают очень узкими. Ваше, скорее всего, направлено именно на рабочие моменты. Может быть, на романтические отношения. Будь все иначе, с вами уже давно бы произошла какая-нибудь трагедия.
– Тогда у меня все получится.
– Не забудьте включить в свой план тот факт, что мы с вами будем изображать пару.
– Что? – Я поперхнулась шипучим вином.
– Ну а в каком качестве вы предлагаете мне ехать?
– В качестве дядюшки? – невинно уточнила я, но в ответ получила грозное рычание и полыхнувшие алым глаза.
– Не перегибайте палку, Мира!
Сбежать удалось через полчаса. Ректор не очень хотел меня отпускать, но я не жаждала с ним общаться. Просто не понимала, чего он от меня хочет и как на все реагировать. Зачем помогает? К чему все эти закаты и шампанское? Девочка я уже взрослая, опасному очарованию поддаваться не спешила и недоумевала, почему этот видный и успешный мужчина выбрал меня. Не потому ли, что сейчас лето, ремонт и вообще скучно в этой глуши, а тут, так сказать, развлечение, не отходя от рабочего места?
Ничьим развлечением я быть не хотела, а хотела просто снять проклятие и ради этого готова была на многое, но не на все. Например, не собиралась идти на поводу у ректора.
В комнате меня ждал сюрприз. Видимо, снова приходил шушель. Васика твареныш не нашел, зато изодрал мне все постельное белье, оставил две смердящие кучи и в мелкие клочки порвал пару документов. Я выдохнула, выругалась и принялась за уборку, попутно додумывая план действий на завтрашнее утро.
Уборка заняла минут сорок, и я уже планировала лечь спать, но не смогла. Завалилась на кровать с карандашом и блокнотом. Мысли, перенесенные на бумагу, обрели стройность, и когда начало светать, у меня уже имелся в наличии расписанный план мероприятия.
Поспать не получилось, зато к утру я была во всеоружии и начала бы связываться с бывшими одногруппниками прямо сейчас, если бы не требовалось еще раз все согласовать с начальником. Он должен был сделать самое важное – уведомить ректора моего университета и получить добро на встречу. Также на этом уровне стоило решить, где именно разместят выпускников. Нужно ли бронировать гостиницу или, быть может, ректор разрешит пожить в общаге. Хорошо бы в своих комнатах.
При мысли о возможности ненадолго вернуться в студенческие будни я заулыбалась. Было бы здорово! Свою неуклюжую подружку-соседку, рыжую хохотушку Като, я не видела с выпуска. А ведь как мы дружили! Но судьба развела, и я даже не знаю, где она сейчас и как устроилась. Интересно будет узнать. Катриона не очень хорошо училась и была немного неловкой, но, может быть, ей повезло и она нашла работу своей мечты?
На работу собиралась, как всегда, второпях, и тут моя невезучесть проявилась в полной мере – за пятнадцать минут я порвала колготки, измочила платье, потому что зачем-то сунулась в душевую комнату и открыла кран. Пришлось переодеваться. Из-за этих злоключений уложить волосы я не успела, как и покормить Васика.
Пришлось цветуечек брать с собой. Я неслась по коридорам с лохматыми, развевающимися волосами, сбивая стремянки и зажимая горшок с Васиком под мышкой, и все равно умудрилась явиться позже ректора, в девятом часу.
Сердце упало в желудок и там испуганно задрожало. Ни один начальник на моей памяти не относился к опоздавшим снисходительно, поэтому от Ариона фон Расса я ждала какой угодно реакции.
– П-простите… – проблеяла я, заглянув в дверь кабинета, и собралась ретироваться на свое место.
Но не получилось.
– Стоять! – рыкнул ректор, и я послушно замерла, испуганно хлопая глазами. – На миг я подумал, что Кассандра нагостилась
