Единственное, что я из всего этого бормотания поняла, — Фиру удастся вернуть меня назад, в мой мир, ну или хотя бы в дом алхимика. Главное — я уберусь отсюда!
Таракашка самодовольно заключил:
— Готово! — и даже передними лапками прищёлкнул: — Прошу вас, юная леди, прямиком в ваше зимнее утро. Траекторию рассчитал так, чтобы приземлилась в мягкий сугроб.
Выдохнула, мысленно перекрестившись от всего кошмара, что приключился со мной за последние сутки, и шагнула в телепорт. Когда свет мягко и ласково начал окутывать меня, я была счастлива, предвкушая скорое возвращение туда, где если и не совсем безопасно, то хотя бы понятно.
И каково же было разочарование, когда вышла я из портала ровно в той же комнате, откуда так пыталась выбраться. Угрюмо уставилась на апартаменты Ария, а таракашка с отвисшей челюстью — на меня.
— Что это было? — только и смогла сказать я.
— Не знаю, — ошарашенный голос Фира был еще одним подтверждением: все идет абсолютно не по плану.
— Давай еще раз.
Я шагнула в портал, но на выходе меня ожидала все та же картина: Фир посреди комнаты. На этот раз таракан озадаченно потирал передними лапами усы.
— Похоже, этот мир не хочет отпускать тебя. Ты, часом, не давала никому обещания на крови, не клялась в великой мести? — начал членистоногий подозрительно. — Обычно мир не отпускает, если здесь у тебя осталось какое-то очень важное дело…
Начала перебирать все события, случившиеся со мной за короткий промежуток времени, словно бусины на четках. Брак отпал сразу — иначе Фир бы первым об этом упомянул. Что же тогда?
В голове всплыли слова умирающего архимага: «Возьми силу и отомсти за меня». Даже его голос в ушах померещился.
Я помотала головой, прогоняя наваждение.
— Знаешь, кажется, есть у меня здесь такое дело, — устало произнесла я, опускаясь прямо на пол рядом с тараканом на колени…
Фир, узнав, что именно мне перед смертью сказал архимаг, аж запрыгал, тем самым выражая крайнюю степень возбуждения. Даже жесткие надкрылья слегка растопырил, словно собирался взлететь.
— Я знал, я так и знал, что этот придворный интриган просто так не отдал бы всю свою силу никому, даже на смертном одре. И нате вам! Что теперь делать? Одно дело отомстить — может, ты и смогла бы. Вы, женщины, до пакостей большие мастерицы, но все упирается в вопрос: кому устраивать вендетту-то?
Я понуро склонила голову, понимая, что так просто отсюда выбраться не удастся. Взгляд упал на руку. На указательном пальце белела тонкая ниточка шрама — память о том, как я училась кататься на велосипеде. Как результат: сверзлась и рассекла себе фалангу до кости. После того как наложили швы, я боялась подходить к двухколесному монстру, но папа, приобняв меня за плечи, сказал: «Я верю в тебя. Ты — моя дочь, и ты не отступишь. Ты сможешь добиться всего. Я это знаю. Стоит только победить страх и начать действовать». В тот же вечер я уже каталась на «взрослом» двухколесном велосипеде, а то, что руль держала руками, на одной из которых красовался бинт… у всех бывают падения и неудачи. Только сильные через них перешагивают и идут дальше, добиваются цели, а слабые жалеют себя и баюкают, пестуют боль.
— Ты прав, пока неизвестно, кому мстить. Поэтому надо сначала найти убийцу.
Фир лишь обреченно вздохнул, задрав усы вверх и мученическим взглядом воззрившись на потолочный канделябр. Не иначе просил у него терпения и сочувствия.
Спустя минуту молчания таракашка выдал:
— Хорошо, я тебе помогу, но с условием: без глупостей. И постарайся сделать так, чтобы, когда Кассандриола займет твое место рядом с Арием, дракон подмены не заметил. Иначе скандал будет такой, что ни придворному алхимику, ни нам с тобой не сносить ни головы, ни усов.
Я согласно кивнула.
— Давай тогда я сейчас перенастрою портал, энергия в нем пока еще не до конца иссякла, и быстро перемещусь к господину Глиберусу, введу его в курс дела и узнаю, как себя чувствует настоящая Кесси.
Меня давно мучила мысль, которую я сейчас и озвучила:
— Скажи, как так получилось, что меня из моего мира ты вытащил безо всяких рамок, одним шевелением усов, а сейчас трясешься над крупицами энергии этого телепорта?
Таракашка фыркнул, словно я спросила несусветную чушь, но все же соизволил пояснить:
— Когда перемещал тебя с Земли, у меня была уже заготовка формулы и запас энергии для ее активации. Господин Глиберус специально меня выбрал для этой миссии. Я — самый мощный его накопитель, — не без гордости заявил Фир. — Но если нет энергии, то будь целый воз формул, алгоритмов и заклинаний — даже свечку магически зажечь не получится. Так что надо поторопиться, пока остатки энергии не рассеялись.
Таракашка деловито принялся шнырять рядом с рамкой.
Уяснив вопрос с магическими способностями Фира, я больше не обращала на него внимания. В моем мозгу шестеренки вовсю заработали в другом направлении. Есть такая дурацкая черта моей натуры: если вижу цель, то начинаю ее добиваться, отринув все остальное. Захотела как-то, еще в десятом классе, золотое колечко. Причем до «не могу» захотела. У мамы с папой на мою блажь средств не было — братишка младший из девятого выпускался, денег было в обрез. Поэтому я целый месяц летних каникул провела, работая официанткой в летней шашлычке, вместо того чтобы отдыхать с подругами на пляже, но своего добилась. Первого сентября красовалось на моем среднем пальце заветное колечко.
Вот и сейчас, задавшись целью «найти», уже прикидывала, что нужно сделать в первую очередь.
— Тогда, раз уж ты наведаешься к придворному алхимику, узнай, кто именно входил в состав вчерашней драконьей делегации. И если удастся найти свидетелей — кто из этих ящериц отлучался из янтарного зала?
Таракашка ошалело покрутил усами от моей прыти:
— С «не сможем отыскать», я, пожалуй, погорячился. Мозги у тебя все же есть, а про свидетеля — и список, и про «отлучился» вернее всего узнать у церемониймейстера. Это как-никак его прямая должностная обязанность — знать прибывших гостей по именам. Но учти, список будет не из трех имен.
Это я знала и без членистоногой дуэньи. Но у меня, в отличие от ребят из РУВД, был стимул посерьезнее выговора за нераскрытое дело: застрять в мире, где тебя в случае раскрытия личины могут запросто убить, как-то не хотелось.
Фир, озадаченный новым поручением по самые усы, суетливо засеменил к порталу, свечение от которого начало уже по краям истаивать.
— Подними меня на уровень центра рамы, — командирский тон таракашки не терпел возражений.
Я подчинилась, подставив ладонь, на которую усатый ловко взбежал, и подняла его чуть выше метра от пола. Таракан сделал несколько шагов назад, словно беря разбег на руке, а потом, пошевелив усами, резко прыгнул в воронку света, которая начала стремительно закручиваться по центру контура портала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
