Читаем без скачивания Небо в подарок (СИ) - Люба Штаний

- Лишуг, - выдал он растерянно.

Видно, и вправду торопиться, раз вместо имени местное здрасть озвучил. А его задерживаю! Ну и кто я после этого?! Каюк Ёпть, ничего не скажешь.

- Ладно, ты беги. Дальше я сама справлюсь, - не стала заострять внимание на ошибке, - Ты только не пропадай. Заходи потом.

- С бутербродами? - подколол парень.

- Именно, - кивнула серьёзно, но не удержалась и расплылась в улыбке.

- А... - он подошёл и осторожно отвел со лба волосы за ухо. Надо бы причесаться и зеркало сотворить, а то могу себе представить, что на голове твориться! - Каюк, если я без еды приду, впустишь?

- А то!

- И обожать будешь? - тихо, коснувшись губами уха спросил. У меня даже мурашки от щекотки по рукам пробежали

Но тут снова зашипело-забулькало, да так громко! От неожиданности и контраста я даже подпрыгнула, врезалась в подбородок склонившегося надо мной парня и виновато сморщилась.

- Извини.

- Ничего, - потирая ушибленный подбородок, небрежно отмахнулся настоящий герой. - Видно, дело совсем плохо и мне стоит поторопиться. Я позже зайду.

Он быстро пошёл к выходу. Уйдёт ведь, а я вместо спасибо такому чудному мужику в лицо заехала! Нет уж! Нагнав уже в дверях, окликнула и крепко обняла обернувшегося спасителя.

- Спасибо тебе большое! И обожать я тебя буду! Даже без бутербродов, честное слово! Хотя с бутербродами больше!

Ну и вытолкала разомлевшего парня в коридор, чтоб опять не засвистело, не забулькало. А то ещё испорчу всё в своей обычной манере. Дверь послушно закрылась, стоило коснуться ладошкой панели и...

Я оторвалась!!! О Боже, как же я оторвалась! С полчаса тупо меняла цвет стен и спектр освещения. Потом занялась планировкой и перегородками. Потом снова цветами. В пустом помещении это смотрелось так... Непередаваемо! Эмоций тьма! Так бы круглые сутки развлекалась, да осеклась, поймав на том, что всё чаще зеваю.

Самое удивительное я обнаружила случайно. Оказывается, Капля могла куда больше, чем мне сказали. Она не только имитировала любые запахи, но и выдала мне мерцающее звёздами небо, когда я на радостях вспомнила его. Не плоскую картинку, а совсем как настоящее.

Ахнув от удивления, я упала на пол и долго-долго валялась на спине, наслаждаясь сказочным зрелищем. Но встать пришлось, когда осознала: ещё немного и вырублюсь прямо на полу, и даже без блохастого коврика.

Почесав тыковку, споро переместила всю сантехнику в дальнюю часть помещения, отгородив её стенкой. Оставшееся пространство в итоге поделила пополам. Одна половина - нечто вроде гостиной, правда, необставленной, но зато бешено-бордовой.

Это я с цветами экспериментировала и слегка намудрила. Сочетание оттенков и узора из размытых пятен тошнотворное получилось, потому я его и не стёрла сразу. Дивилась, какое гадостное впечатление можно создать исключительно неправильным подбором тонов и форм. А сейчас просто чувствовала дикую усталость и решила начхать на дизайн. Утром исправлю и сделаю всё как надо, а пока мне и спальни хватит. Хотя если тут всё уже и так не слава Богу...

Зловеще хихикая, я заполнила гостиную всякой гадостью. Ага. Имитация двух жутко-искривлённых дерева с разлапистыми ветвями. Вместо листьев - паутина и бурые ошмётки непонятно чего, свисающие с сучьев.

Потолок багрово-алый и словно постоянно перетекающий из одного тона в другой. На полу слой почерневших, будто гнилые зубы, листьев. На стенах крючья, ржавые цепи и огромный топор над входной дверью. Бо-о-о-ольшой такой... Метра три в длину! Ну и так, всякого-разного в том же ключе!

Похихикав ещё над идиотизмом и напускной зловещестью созданного пейзажа, я создала маленькую дверцу в спальню. Если с той стороны она выглядела как сгрудившиеся наросты лишайника цвета охры, то с этой - бирюзовая и с такими же тёмными прожилками как на натуральной бирюзе. Ярковато, зато позитивно.

Вторая комнатка получилась куда меньше первой, но тоже просторная. Метров двадцать, наверное. Осветлив стены и потолок до нежно-голубого, придумала пушистый белый ковёр в центре и выдохлась. Хватило только представить небольшую кровать.

Предвкушая блаженный сон, тут я расстаралась. Каркас сделала кованым из чёрных, затейливо перевитых в изголовье прутьев. Бельё персикового цвета, аж две подушки и пушистое одеяло. Тут тепло, но мне нравиться спать, обнимая груду, в которую это самое одеяло сбивалось. Вернее, мне это нравилось ещё до аварии, но очень хочется проверить как оно сейчас?

Ещё одну из стен превратила в иллюзию огромного, от пола до потолка, распахнутого окна с видом, так сказать. За окном шумело море. Волны мягко перекатывались, а по ним растекалась лунная дорожка. По задумке, через несколько часов придуманный пейзаж станет утренним, а после дневным и вечерним. Это если получится. Задумка задумкой, а уверенности мне пока не хватает.

Пахнуло солёной водой и ночным ветром. Словно по волшебству, по комнате пронёсся свежий ветерок и. Капля и такое может? Не веря самой себе, я подошла к стене и недоверчиво протянула руку. Нет. Всё же стена. Но зато какая!

Мысленно поблагодарив чудесный корабль и техников, которые такое диво придумали, огляделась. Убрала свет, оставив только мерцающее небо над головой. Зевнула.

Вещей у меня не было, так что шкафы-тумбочки пока ни к чему, а вот ночнушкой не помешало бы разжиться. И расчёской и полотенцем со всеми прочими гигиеническими прибамбасами... Вспомнила гриб с одеждой и...

Тонкая сорочка, расчёска и огромное снежно-белое махровое полотнише материализовались прямо у ног и без всякого гриба. А вот с зубной пастой, мылом и шампунем не вышло. Жаль, но и то - хлеб.

Подобрав вещи, я направилась в ванную. Вдоволь наплескавшись под душем, вытерлась насухо и решилась на последний рывок. Пока расчёсывала мокрые волосы, покрасила стены в золотисто-песочный цвет. Добавила огромное, метра три на полтора, зеркало и сдулась...

Несмотря на все приятности последних пары часов, большая часть часов предыдущих прошла под знаком безумия, и вкупе с ударным донорством этого было уже немало, а уж когда я увидела своё отражение, и вовсе дурно стало.

Некоторая бледность в последние годы мне свойственна, конечно, но сейчас кожа аж голубизну отдавала. Даже венки просвечивали на висках. Глаза, правда, оттого только больше и ярче казались, но тёмных кругов под ними это не отменяло. А ноги...

Я стояла перед зеркалом без ничего, и потому имела возможность обозреть себя во всей красе. Хоть и вылечили меня, а ножки, всё равно, тощие, и бёдра тоже. Талия вот, правда как была, так и осталась тоненькой, но это как-то мало радовало. Грудь вот подросла за годы в инвалидном кресле. Накачала я её что ли... Интересно, почему я этого раньше не замечала?

Но если не обманываться, видок тот ещё. Не удивительно, что Ддвар через слово твердил хрупкая. В чём только душа держится? Ай, плевать. Хуже уже, всё равно, некуда, а спать хочется.

Быстро натянув на подсохшее тело сорочку, я ещё раз прошлась полотенцем по волосам и тряхнула головой. Волосы рассыпались по плечам непрезентабельными сосульками. Да уж, красавица, блин...

Уже около кровати вспомнила о бутылке и остатках бутербродов, забытых в гостиной. Отчаянно зевая, босиком прошлёпала до двери, но, открыв её замерла на пороге. Едва не заорала, если честно. Вот это я даю... Сама забыла чего тут наворотила с дурных глаз. Тфу ты...

Часть 6. Клеветническая

Блюдо нашлось за узловатым бурым корнем. Листья негромко похрустывали под босыми ногами, паутина лезла в глаза, а кровавый потолок непрестанно менял оттенки, перетекая из одного в другой. Отвратно и жутко, хоть и помню прекрасно, как всё это придумывала. Ещё хихикала, как психопатка какая.

И всё же на пути к запасам еды никакие мною же нарисованные кошмарики были не страшны. Подобрав с пола бутылку и блюдо, двинулась было назад, когда прямо под ногой что-то громко зашипело.

От неожиданности, я подпрыгнула, споткнулась об какую-то фигню в ворохе чёрной листвы и упала на коленки. Больно, аж искры из глаз! Бутерброды конечно канули в лету. Вернее на пол.

Уцелел лишь один единственный кусок рыбки, который я поймала на автомате. А вот кружка не только разбилась, но и распахала мне ладонь около большого пальца. Это я попыталась встать и упёрлась свободной рукой в пол, а там осколки. Под ворохом листьев-то не видно ни шиша!

Зашипев от боли и досады, я скривилась, поднимая руку. Кровь хоть и не хлестала, но и не капала - текла тонким ручейком. На автомате сунув рану в рот, пискнула, поранив язык. Что же невезуха-то?! Просто одно к одному! Незаметный на первый взгляд осколок застрял в ране. Теперь ещё и язык порезала! Ёпть!

Освобождая левую руку, перехватила рыбу зубами. Ну, не бросать же еду на пол, ей Богу?! Осколок впился глубоко, и пришлось основательно помаяться, прежде чем извлекла его из раны. Пальцы соскальзывали с измазанного кровью стекла и никак не могли удержать его. Наконец, когда всё же справилась и смахнула здоровой рукой выступившие на глазах слёзы, шмыгнула носом.