Подрывная работа Коминтерна въ Японiи ведется съ большой настойчивостью. Она ставитъ себѣ задачей не только революцiонизировать народныя массы, но и внѣдрить агентовъ Коминтерна въ наиболѣе важныя для страны учрежденiя. Прилагаются всѣ силы, чтобы образовать коммунистическiя ячейки въ военной средѣ. Напримѣръ, недавно было обнаружено, что одно изъ развѣтвленiй японскаго коммунистическаго аппарата — бюро военнаго снабженiя компартiи пыталось проникнуть и поставить подъ свой контроль авiацiонную школу въ Фукутоза.
Приводя данныя изъ упомянутаго мною выше японскаго радiо-сообщенiя отъ января 1933 года г-нъ Лидинъ пишетъ:
"Въ армiю и флотъ были брошены кадры большевицкихъ агитаторовъ. Тамъ, гдѣ не помогало убѣжденiе, цѣль достигалась при помощи женскихъ чаръ. "Коммунистки игрой на чувственности завлекали въ свои сѣти солдатъ и офицеровъ". Коммунистическая пропаганда и агитацiя охватывали и торговый флотъ. Однако, въ офицiальномъ сообщенiи ни звука на вопросъ, много ли клюнуло на большевицкую приманку въ армiи и флотѣ".
"Обращаетъ вниманiе наличiе достаточныхъ средствъ въ распоряженiи японской компартiи. Финансовый аппаратъ сколотилъ фондъ до 200.000 iенъ. По разнымъ каналамъ текли iены въ кассу хозяйственно-финансоваго бюро. Былъ задуманъ и рядъ экспропрiацiй. Однако, первый хорошо продуманный и разработанный планъ экспропрiацiи отдѣленiя банка "Кавасаки Дайхаку" въ Омори провалился. Экспропрiаторы — члены боевой террористической коммунистической дружины оказались за рѣшеткой".
"Повидимому въ 1932 году подготовлялся какой то большой террористическiй актъ. Сообщенiе нѣсколько туманно говоритъ объ этомъ. "Былъ пресѣченъ въ зародышѣ проектировавшiйся радикальный актъ на время спецiальныхъ военныхъ большихъ маневровъ въ округѣ Консай"[68].
Только оцѣнивъ вполнѣ опасность, которую представляетъ для Японiи большевизмъ, можно понять, что на ряду съ борьбой за экспансiю въ Тихiй океанъ она должна вести столь же энергичную борьбу съ большевизмомъ. Только тогда можно понять, что и захватъ Японiей Сѣверной Манчжурiи былъ прежде всего вынужденъ правительствомъ Сталина, устроившемъ изъ Китайско-Восточной желѣзной дороги базу для большевизацiи Китая и Японiи. Только вытѣснивъ большевиковъ изъ Сѣверной Манчжурiи, Японiя получила возможность столь нужнаго ей умиротворенiя Южной Манчжурiи.
Та же смертельная опасность, которую представляетъ для Имперiи Микадо распространенiе большевизма на Востокѣ Азiи, должна была заставить японскiй генеральный штабъ опять временно отклониться отъ своей главной операцiонной линiи, направленной на югъ черезъ Пекинъ. Какъ я и утверждалъ въ моей лекцiи полтора года тому назадъ[69], прежде чѣмъ продолжать свое дальнѣйшее политическое наступленiе на Югъ, Японiя должна провести вспомогательную политическую операцiю, заключающуюся въ овладѣнiи Внутренней Монголiей съ цѣлью пересѣчь большевицкую главную коммуникацiонную линiю изъ Внѣшней Монголiи во внутреннiй Китай, проходящую по тракту Кяхта — Урга — Калганъ. Мое предположенiе оправдалось. Захвативъ Жехолъ, японцы остановились передъ Китайской стѣной, направивъ рядъ отрядовъ для овладѣнiя сосѣдними съ Жехломъ провинцiями Внутренней Монголiи (Чакаръ, Суюанъ). Какъ только эти отряды заняли Калганъ, японцы сейчасъ же построили недалеко отъ этого города (въ Хатаминѣ) авiабазу. Пока на этой базѣ находится отрядъ въ 24 самолета[70], задачей котораго является контроль надъ караванно-автомобильнымъ трактомъ Урга — Калганъ, который, какъ я говорилъ, являлся до сихъ поръ главнымъ путемъ, которымъ пользовались большевики для снабженiя китайскихъ большевиковъ оружiемъ и проч.
Сейчасъ японцы пытаются политической мѣрой закрѣпить произведенный уже ими стратегическiй перерывъ главной большевицкой операцiонной линiи, направленной на Китай. Въ мартѣ мѣсяцѣ произошло провозглашенiе Правителя Манчжу-Го Пу-И — Императоромъ новаго государства Ман-Мон-Го, то есть соединенныхъ Манчжурiи и Внутренней Монголiи.
Несомнѣнно, что эта политическая мѣра наноситъ чувствительный ударъ Коминтерну.
Обезопасивъ, такимъ способомъ, свои дальнѣйшiя дѣйствiя въ Китаѣ, Японiя сдѣлаетъ слѣдующiй шагъ на своей главной операцiонной линiи, направленной на югъ. Теперь будетъ поставленъ вопросъ о возстановленiи въ Пекинѣ Императорской власти Пу-И. Прекращенiе гражданской войны и порядокъ, который приноситъ съ собою въ области Китая Японiя, создали уже сочувствiе народныхъ массъ Сѣвернаго Китая реставрацiи императорской власти Манчжурской династiи. Не подлежитъ сомнѣнiю, что этотъ новый политическiй шагъ явится новымъ больнымъ ударомъ по китайскому большевизму. Несомнѣнно также и то, что возстановленiе императорской власти Пу-И надъ Сѣвернымъ Китаемъ представитъ собою большой шагъ впередъ и въ политикѣ Японiи по образованiю союза народовъ желтой расы подъ ея гегемонiей.
Отсюда мы видимъ, какъ сложенъ тотъ политико-стратегическiй узелъ, который завязанъ на Востокѣ Азiи. Пораженiе Японiи приведетъ къ торжеству большевизма во всей Азiи и превращенiю СССР въ громадную красную Евразiю; побѣда же японцевъ приведетъ къ созданiю сильнаго союза народовъ желтой расы.
Америка боится второго. Полагая, что большевизмъ есть чисто русскiй продуктъ, ея правительство, повидимому, предполагаетъ использовать СССР въ роли мавра, котораго, послѣ того, какъ онъ исполнитъ свое дѣло, можно заставить уйти.
Я не буду задерживать Ваше вниманiе объясненiемъ того, насколько близорука подобная точка зрѣнiя. Большинству изъ Васъ это слишкомъ ясно. Но въ заключенiе своего длиннаго доклада я постараюсь отвѣтить на другой, живо затрагивающiй всѣхъ насъ, вопросъ: А какую же линiю политическаго поведенiя должна была бы избрать себѣ Нацiональная Россiя для того, чтобы, въ создавшейся безнадежной стратегической обстановкѣ, сохранить за собой свои дальневосточныя владѣнiя?
Отвѣтъ для меня лично совершенно ясенъ:
Необходимо отказаться отъ какого либо участiя во враждебныхъ Японiи коалицiяхъ, пытающихся запереть ея экспансiю на югъ. Въ этомъ отношенiи Нацiональная Россiя должна послѣдовать примѣрамъ политики дружбы съ Японiей, Великобританiи и С. А. С. Ш. во время нашей войны съ Японiей въ 1904–1905 г.г. Оба эти государства предполагали, что экспансiя Японiи въ сѣверномъ направленiи уменьшитъ ея давленiе въ южномъ. Въ создавшейся же сейчасъ обстановкѣ закупоренные на югѣ Японiя и Китай гораздо болѣе опасны для Россiи, нежели тѣ же государства, имѣющiе свободными для своего разселенiя, наиболѣе отвѣчающiя условiямъ народной жизни, пути на югъ.
Говоря болѣе общими словами, сохраненiе Дальняго Востока Нацiональной Россiей можетъ быть достигнуто только путемъ дружественнаго мира съ Японеiй.
Что же дѣлаетъ правительство Сталина?
Пользуясь Китайско-Восточной желѣзной дорогой, какъ базой для большевизацiи восточной Азiи, оно спровоцировало Японiю на вытѣсненiе Россiи изъ Сѣверной Манчжурiи. Этотъ тяжкiй ударъ, нанесенный Японiей, не оставилъ дальнѣйшей, губительной для Россiи, политики Сталина. Подъ маской Коминтерна онъ продолжаетъ поддерживать большевиковъ Китая и употребляетъ всѣ усилiя для того, чтобы вызвать пролетарскую революцiю въ самой Японiи. Для того, чтобы сохранить за собой возможность продолжать эту подрывную работу Коминтерна въ Японiи и Китаѣ, Сталинъ пытается опереться на враждебныя Японiи государства. Стремясь втравить послѣднiя въ войну съ Японiей, правительство СССР старается мистифицировать ихъ призракомъ своей силы. Съ этой цѣлью большевицкiе вожди продолжаютъ угрожать Японiи въ своихъ рѣчахъ и перевозятъ въ Приморье свои гиганты-бомбоносцы. Отдавая себѣ отчетъ въ томъ, что это является лучшимъ способомъ провокацiи Японiи на превентивное нападенiе, они расчитываютъ, что подобное выступленiе послѣдней вызоветъ столь желательную для нихъ войну между Японiей и С. А. С. Штатами.
Не нужно забывать, что еще въ ноябрѣ 1920 года Ленинъ, въ своей знаменитой рѣчи о концессiяхъ, говорилъ, что было бы полезно подарить Камчатку С.А.С.Ш. и этимъ "втравить" ихъ въ конфликтъ съ Японiей. Со свойственнымъ ему цинизмомъ, онъ даже откровенно формулировалъ цѣль подобной политики: "Когда разбойники (?!) дерутся между собою честнымъ (?!) людямъ только выгодно".
Нельзя отрицать, что политика Сталина съ большевицкой точки зрѣнiя вполнѣ логична. Это — ставка на мiровую пролетарскую революцiю. Но видѣть въ этой политикѣ какое то, хотя бы и случайное, тожество съ той политикой, которую должно было бы вести на Дальнемъ Востокѣ всякое нацiональное правительство Россiи, предствляетъ собою одно изъ самыхъ вредныхъ для нацiональной же Россiи заблужденiй.
