Между тем Чэнс нервничал не меньше своей возлюбленной. Он почти не смотрел на дорогу, голова у него была занята мыслями о Марси.
Дома он первым делом кинулся к мигающему автоответчику.
За время его отсутствия было оставлено два сообщения: от Скотта Блейка из Сан-Франциско и от Энн Меткалф, бессменного секретаря отца.
Поколебавшись, Чэнс решил начать со Скотта.
– Привет, это Чэнс. Что-нибудь стряслось?
– Нет, все в порядке, даже лучше – мы явно опережаем график, поэтому я и звоню. Нужно, чтобы ты принял работу и подписал кое-какие бумаги. Когда сможешь приехать?
– Я сверюсь со своим ежедневником и перезвоню тебе утром, хорошо?
Чэнс быстро свернул разговор и начал было набирать номер Энн Меткалф, но передумал: сегодня День благодарения и Энн, как и другие сотрудники, наверняка получила возможность отдохнуть.
Она не сказала ничего определенного. Если бы дело было срочное, Энн непременно сообщила бы, так что отец подождет до завтра.
Чэнс просмотрел кое-какие документы, приготовил себе пару бутербродов, заварил травяной чай и отправился в спальню.
Там он сел на кровать и включил телевизор, машинально провел руками по помятым простыням – двенадцать часов назад он занимался любовью с Марси на этой самой кровати.
Никто и никогда не будил в нем такое жгучее, такое всепоглощающее желание.
Чэнс надкусил бутерброд и задумчиво потянулся к телефону – он вдруг почему-то понял, зачем звонила Энн Меткалф.
– Добрый вечер, Энн, это Чэнс, – уверенно произнес он, когда на другом конце провода сняли трубку. – Наверное, вы хотели передать мне указания его величества? – Чэнсу не удалось сдержать сарказм. – Как я понимаю, у нас очередные «семейные» посиделки. Наверняка приедет фотограф из «Пипл», чтобы запечатлеть счастливую семью у очага. На прошлогодней фотографии, если мне не изменяет память, мы имели удовольствие лицезреть миссис Дуглас Фоулер номер пять.
– Ох, Чэнс. – На другом конце провода тяжело вздохнули. – Отец хочет, чтобы семья собралась вместе на Рождество.
– Знаешь, Энн, – резко отозвался Чэнс, – не знаю, что там придумал папа, но мне кажется, он вполне обойдется без меня. Там и так будет предостаточно дядюшек и тетушек, кузенов и кузин и прочих жаждущих отхватить кусок от «денежного пирога». Меня это не интересует, да и отец вряд ли заметит мое отсутствие.
– Кстати, о деньгах. Твой отец просил меня узнать, почему ты вернул чек, который он послал тебе на прошлой неделе?
– Я уже сказал: плевать я хотел на его деньги, мне своих хватает.
– Но это был подарок ко дню рождения…
– Это был клочок бумаги, подписанный папиным бухгалтером и отправленный по почте, а не подарок, – отчеканил Чэнс. – Извините, Энн, я не хотел вам грубить, просто я дико устал.
– Твой отец планирует устроить семейное торжество шестого декабря, то есть на следующей неделе. Ты должен прибыть в час дня, праздничный ужин в четыре, дети откроют подарки в шесть, взрослые – в девять.
– Подарки за три недели до Рождества?!
– Твой отец и Джоан уезжают на все праздники. Они планируют встретить Рождество и Новый год на Таити. Ты сможешь прийти на ужин?
– Я постараюсь.
Чэнс бросил трубку и принялся доедать бутерброды.
Кажется, он был чересчур резок с Энн. Она хорошая женщина и не имеет никакого отношения к причудам отца. Надо будет купить ей подарок, цветы и послать вместе с открыткой и извинениями.
Как и предполагала Марси, день после праздника завершился полным безумием. В магазинчике толпился народ, сметая кипарисы и другие вечнозеленые растения к Рождеству.
Марси едва успела снять украшения, развешенные ко Дню благодарения, и заменить их рождественскими гирляндами. Она также заполнила приглашения на ежегодную вечеринку, которую устраивала для своих сотрудников и друзей.
Она так погрузилась в дела, что не заметила, как к ее столу подошел Глен.
– Мы все убрали, ребята уже разошлись по домам, – сообщил он. – Если тебе больше ничего не нужно, то я, пожалуй, тоже пойду.
– Спасибо за помощь, Глен, можешь идти, до завтра. – Марси улыбнулась.
Она заперла дверь и принялась, как обычно, наводить порядок на прилавке.
От Чэнса не было ни слуху ни духу. Странно, они вроде бы договаривались о свидании. По крайней мере когда он отвозил ее домой вчера и напрашивался на ночь, а она отказала, сославшись на усталость, он пригласил ее на ужин на сегодня.
Марси с тоской выглянула на улицу. Ничего не оставалось, как подключить сигнализацию и отправиться домой.
Она отчаянно пыталась справиться с охватившим ее разочарованием. Неужели она позволит какому-то Чэнсу Фоулеру испортить ей жизнь?
Марси тряхнула головой и решила подумать о чем-нибудь другом. Например, о вечеринке, которую она наметила на четырнадцатое декабря.
Нужно будет вложить приглашения в конверты, наклеить марки и разослать. Удрученно вздохнув, Марси взялась за писанину.
Возня с приглашениями отняла довольно много времени, и, закончив, Марси облегченно выпрямилась – наконец-то! То ли дело украшать…
Она придирчиво обвела взглядом комнату: да, здесь придется потрудиться! Украсить дом – дело непростое, надо набраться терпения, да и подкупить кое-что из украшений не мешает – Рождество на носу.
Марси пошла в кладовку, достала коробку с игрушками и вернулась в гостиную. Разложив свои сокровища, она начала их рассматривать. Маловато, конечно, – дом должен сверкать и манить, он должен быть уютным и согревать… Непростая задача для одинокой женщины. Ее мысли прервал телефонный звонок. Разумеется, Чэнс, она это почувствовала сразу.
– Надеюсь, не оторвал тебя от какого-нибудь важного занятия?
Марси по тону почувствовала, что он улыбается. Уголки губ у нее сами собой поползли вверх.
– Да нет, всего лишь разбираю украшения, которым предстоит почетная обязанность сделать мой дом красивым на Рождество.
– Я хотел зайти за тобой после работы, но задержался на одной официальной встрече, она продлилась дольше, чем я рассчитывал. Ты не против встретиться? Могли бы пойти куда-нибудь поужинать или?..
Марси бросила быстрый взгляд на беспорядок в комнате – все ее существо рвалось туда, к Чэнсу… Все же она попыталась сдаться не сразу.
– Я бы с удовольствием, но у меня куча дел. Может, в другой раз?
– Марси, ты, конечно, устала. Как вообще прошел день?
– На работе была занята под завязку – перед праздником народ активизировался. – Она мельком глянула на кучу конвертов, готовых к отправке. – Да еще взяла кое-какую работу домой – так, мелочь, но довольно кропотливая.
– Вот это женщина, ни минуты покоя. – В голосе Чэнса сквозило неподдельное удивление. Впрочем, явно не без иронии. – Я думал, у хозяйки должен быть достойный заместитель, который, хотя бы в канун праздника, мог бы взять часть работы на себя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
