– Они сказали, можно… Дали мне три минуты, – запнувшись, застенчиво произнес своим баритоном Джош Ли Хэмилтон.
– О чем ты? – Лилли напряглась, посмотрев на своего друга. – Три минуты на что?
Джош встал на колени перед палаткой и уставился в землю, силясь обуздать свои чувства.
– Три минуты, чтобы попрощаться.
– Попрощаться?
– Ага.
– Что ты имеешь в виду? Что значит – попрощаться? Что случилось?
Джош тяжело вздохнул:
– Было голосование… Они решили, что лучше всего будет, чтобы я собрал свои вещи и убрался из группы.
– Что?!
– Думаю, это лучше, чем если бы меня повесили на самом высоком дереве.
– Но ты ведь не… То есть это была случайность!
– Ага, само собой, – сказал Джош, не поднимая глаз. – Бедный парень случайно кучу раз наткнулся на мои кулаки.
– Но в тех обстоятельствах… Все ведь знают, каким человеком…
– Лилли…
– Нет, это неправильно. Это просто… неправильно.
– Все кончено, Лилли.
Она взглянула на него:
– Они хотя бы позволят тебе взять кое-что из припасов? Или машину?
– У меня есть мотоцикл. Я справлюсь, все будет хорошо…
– Нет… Нет… Это просто… нелепо.
– Лилли, послушай меня!
Здоровяк наполовину залез в палатку. Боб из уважения отвернулся. Джош пригнулся, протянул руку и нежно прикоснулся к израненному лицу Лилли. Губы его были сжаты, глаза блестели, морщины вокруг рта углубились – было понятно, что гиганта захлестнули чувства.
– Так все и будет. Это к лучшему. Со мной все будет в порядке. А вы с Бобом держитесь!
На глаза Лилли навернулись слезы.
– Тогда я пойду с тобой.
– Лилли…
– Здесь меня ничто не держит.
Джош покачал головой:
– Прости, куколка… У меня только один билет.
– Я иду с тобой.
– Лилли, мне очень жаль, но это невозможно. Здесь безопаснее. С группой.
– Да, здесь и правда стабильно, – холодно сказала она. – Прямо вечный праздник любви.
– Но лучше здесь, чем не пойми где.
Лилли посмотрела не него опустошенным взглядом, и по ее помятому лицу покатились слезы.
– Ты не сможешь остановить меня, Джош. Решение за мной. Я иду с тобой – и точка. А если ты попытаешься остановить меня, я пойду за тобой, выслежу тебя, отыщу. Я иду с тобой, и ты не можешь мне помешать. Ты не можешь меня остановить. Понятно? Поэтому просто… смирись с этим.
Она застегнула все пуговицы на своем пальто, сунула ноги в ботинки и начала собирать вещи. Джош смятенно наблюдал за ней. Лилли двигалась осторожно, то и дело чувствуя уколы боли.
Боб переглянулся с Джошем, и что-то невысказанное, но очень значительное промелькнуло между ними, пока Лилли запихивала свою разбросанную одежду в брезентовую сумку. Закончив, она направилась к выходу из палатки.
Джош на секунду задержался внутри и снова посмотрел на Боба.
В конце концов Боб пожал плечами и с усталой улыбкой произнес:
– Женщины.
Пятнадцать минут спустя Джош уже набил кофры своего темного городского мотоцикла «Сузуки» жестянками с ветчиной и тунцом, сигнальными шашками, одеялами и непромокаемыми спичками, также положив туда веревку, свернутую палатку, фонарик, маленькую походную плитку, складную удочку, дешевый карманный пистолет 38-го калибра, несколько бумажных тарелок и кое-какие специи, которые он стащил из общей зоны. День был ветреный, небо затянули темно-серые облака.
Из-за суровости погоды сборы Джоша казались еще тревожнее. Он проверил, насколько крепко держатся на мотоцикле сумки с багажом, и взглянул через плечо на Лилли, которая стояла в десяти футах от него у кромки дороги и утрамбовывала свой переполненный рюкзак. Морщась от резкой боли в ребрах, она пыталась потуже затянуть его ремни.
С другой стороны площадки за ними наблюдали несколько самопровозглашенных лидеров общины. Трое мужчин и одна женщина среднего возраста стоически смотрели прямо перед собой. Джош хотел крикнуть им что-нибудь убийственно саркастичное, но прикусил язык. Вместо этого он повернулся к Лилли и спросил:
– Ты готова?
Лилли не успела ответить, как с восточного конца площадки послышался голос:
– Погодите, ребята!
Вдоль изгороди к ним медленно приближался Боб Стуки, тащивший на спине огромный брезентовый вещмешок. Раздавалось бряцанье бутылок – несомненно, из личного запаса «лекарств» Боба, – а на лице медика читалось одновременно ожидание и смущение. Он с опаской подошел к Джошу и Лилли.
– Пока вы не уехали в закат, я хочу спросить.
Джош внимательно посмотрел на него:
– Что такое, Боб?
– Просто ответьте мне, – сказал он. – У вас есть врачебная подготовка?
Лилли приблизилась к нему, непонимающе нахмурив брови:
– Боб, что тебе нужно?
– Вопрос простой. Хоть у кого-то из вас, глупцов, есть реальные познания в медицине?
Джош и Лилли переглянулись.
– Мне о таком неизвестно, Боб, – вздохнул здоровяк.
– Тогда позвольте мне спросить еще кое-что. Кто, черт возьми, будет следить, чтобы ее глаз не загноился? – Он махнул рукой в сторону фингала Лилли. – Или проверять, как срастаются ребра, если уж на то пошло?
Джош посмотрел на медика:
– Что ты пытаешься сказать, Боб?
Тот большим пальцем показал на припаркованные в ряд машины, стоявшие позади него на подъездной дорожке.
– Раз уж вы отправляетесь куда-то в голубые дали, не лучше ли взять с собой сертифицированного госпитального санитара морской пехоты США?
Они сложили вещи в огромную машину Боба. Старый пикап «Додж Рэм» был настоящим монстром с модифицированным трейлером, установленным на удлиненном багажнике. Весь автомобиль покрывали пятна ржавчины. Окна трейлера были узкими, длинными и такими мутными, что казались замазанными мылом. Рюкзак Лилли и кофры Джоша забросили внутрь через дверь в задней части фургона и разместили среди стопок грязной одежды и полупустых бутылок дешевого виски. В трейлере была пара шатких коек, большой переносной холодильник, три потрепанные аптечки, изодранный чемодан, две канистры с топливом, старый кожаный докторский саквояж, который выглядел так, словно был куплен в ломбарде, и всяческие садовые инструменты, прислоненные к перегородке в передней части: лопаты, мотыга, несколько топоров и грязные вилы. Сводчатый потолок был достаточно высок, чтобы под ним мог, ссутулившись, встать взрослый человек.
Разместив сумки, Джош заметил разбросанные детали разобранного дробовика 12-го калибра, но патронов видно не было. Боб носил с собой короткоствольный револьвер 38-го калибра, который, вероятно, не мог поразить и неподвижную цель с десяти шагов при полном отсутствии ветра – и то при условии, что Боб был трезвым, а это случалось довольно редко. Джош понимал, что, если они хотели получить хотя бы шанс на спасение, им нужно было достать огнестрельное оружие и патроны.
Он хлопнул дверцей и почувствовал на себе чей-то взгляд с другого конца площадки.
– Эй, Лил!
Голос показался знакомым, и, обернувшись, Джош увидел Меган Лафферти, девицу с рыжевато-каштановыми волосами и неуемным либидо, которая стояла у гравийной обочины на расстоянии пары машин от них. Она держалась за руки с тем парнем, который вечно курил травку, – как там его звали? Его густые светлые волосы падали ему на лоб; он был одет в потрепанный свитер. Стив? Шон? Джош не помнил. Он помнил лишь то, как девица прыгала из постели в постель всю дорогу от самого Пичтри-Сити.
Теперь два этих раздолбая стояли и смотрели на них с серьезностью стариков.
– Привет, Мег, – мягко сказала Лилли с ноткой скепсиса, обойдя грузовик и остановившись рядом с Джошем.
В неловком молчании раздавался лишь стук, с которым Боб проверял что-то под капотом машины.
Меган и парень с опаской подошли к ним. Обратившись к Лилли, Меган, казалось, обдумывала каждое слово:
– Подруга, я слышала, ты отправляешься искать лучшей жизни.
Стоявший рядом с Меган парень тихонько усмехнулся:
– Главное – найти что по кайфу.
Джош сердито глянул на него:
– Чем мы можем вам помочь, ребята?
Меган, не отрываясь, смотрела на Лилли.
– Лил, я просто хотела сказать… ну… Надеюсь ты это… не злишься на меня и все такое.
– Почему я должна на тебя злиться?
Меган опустила глаза.
– Из-за того, что я позавчера сказала. Я не подумала… Я просто хотела… Не знаю. Просто хотела извиниться.
Джош повернулся к Лилли и в тот краткий миг тишины, пока она не ответила, разглядел всю сущность Лилли Коул. Ее израненное лицо смягчилось. В глазах отразилось прощение.
– Тебе не за что извиняться, Мег, – сказала Лилли подруге. – Мы все просто пытаемся не расклеиться к чертям.
– А он тебя знатно измордовал, – сказала Меган, показав на синяки на лице Лилли.
– Лилли, пора ехать, – вступил Джош. – Скоро стемнеет.
Парень прошептал Меган:
– Ну, ты их спросишь или как?
– О чем спросишь, Меган? – поинтересовалась Лилли.
