там и не крики даже были, а хрипение и мычание.
Но как только мы прошли мимо догорающего костра, из другого тоннеля вышли женщина и мужик. Оба мутировавшие до безобразия. Особенно мужик. Похоже, из-за этого его и не взяли на охоту.
— Я с мужиком разберусь, а ты эту со щупальцем бей, — скомандовал я и шагнул к противнику.
— Да ну на хер… — пробурчал Рорик и попятился назад.
В этот момент мутант мужского пола заорал так, что его даже снаружи должны были услышать. Да так пронзительно, будто он и не мужик вовсе. Зато нападать он не спешил, как и Рорик. А вот его женщина оказалась более мужественной. Она набросилась на меня, доставая ржавый нож из-за пояса.
Я проткнул её копьём в области ключицы, хотя целился в шею. Но женщину это не остановило и, прихрамывая, она шла на меня. Копьё затрещало и переломилось. Нужно было вытащить. Хотя толку от такого копья… Женщина схватила меня щупальцем за руку. Я отпустил обломок копья и попытался вырваться, но хватка оказалась невероятно сильной.
Со всех сторон послышались звуки, издаваемые дикарями. Их сопровождал скрежет металла о камень и визжащие крики Рорика.
— Да заткнись ты! — рявкнула Ната и подбежала ко мне.
Двумя ударами она надрубила щупальце и мутантша меня отпустила, дико завизжав.
— Бежим! — крикнула Ната.
— Секунду, — ответил я, хватая охапку соломы.
Я бросил её в костёр. Затем взял ещё одну и кинул её рядом.
Солома вспыхнула, но до остальной её массы ещё не доставала. Поняв мою задумку, Ната сделала то же самое.
Дорожка из пламени добралась до кучи сухой травы и шкур, служившими дикарям не то ковром, не то кроватью.
Дыма стало много. Он не успевал выходить в отверстие на потолке.
В это время почти со всех тоннелей в зал начали забегать дикари, но тут же останавливались, испугавшись разгорающегося огня.
Мы же едва успели добежать до тоннеля, ведущего на выход. Где-то впереди бежал Рорик. А позади несколько мутантов как-то прорвались через огонь.
По запаху горелых волос стало ясно, что их злость поборола страх и инстинкт самосохранения.
— Там же пыльная буря… — стараясь не сбить дыхание, сказала Ната.
— А тут людоеды. Далеко до твоего дома? — спросил я.
— Да прилично…
— Нужно что-то придумать с дыханием. Уверена, что буря не прошла?
— За пару часов? Такого ещё не было.
— Тогда нам жопа… Куда этот кретин убежал? Он же сдохнет там сейчас…
Как только я вспомнил про Рорика, как он выбежал к нам из-за поворота и с очумевшими глазами пронёсся мимо.
Мы с Натой переглянулись. Точнее, я посмотрел на неё, а она пыталась сориентироваться в полумраке. Видела она не так хорошо, как я или эти мутанты. А пламя позади не сильно помогало.
Зато Рорик как-то смог пробежать и ни в кого не врезаться.
Через несколько секунд стало ясно, от чего он убегает. Нам навстречу неслись два мутанта, а за ними ещё двое кого-то тащили.
Я выхватил мачете Наты и рванул навстречу мутантам. Один из них был безоружным, второй с таким же самодельным копьём, которое я только что сломал.
Фальшивым выпадом я спровоцировал взмах копья, а затем рванул на мутанта, свалив его на землю. Безоружный мутант тем временем отбежал назад и звал подмогу.
Я держал уродца своим весом и бил рукоятью мачете ему по роже. Тот поплыл после нескольких ударов, после чего я поднялся и рубанул его по горлу.
Но ко мне уже бежал безоружный, успевший вооружиться какой-то дубинкой. С ним бежали ещё двое, тоже с оружием. А за ними ещё два. Они бросили своего раненого товарища или же добычу и решили сначала разобраться со мной. Интересно, кто его ранил?
Сейчас бы мне не помешало превращение в бешеного Халка, но пойло Рорика, похоже, блокирует эту возможность на некоторое время, как и другой шмурдяк.
Ната схватила оружие, но плохо видела, что творится вокруг и держалась за моей спиной.
Один я с пятёркой не справлюсь. А бежать некуда!
Вот только Рорик об этом не знал.
Он снова пробежал мимо нас, только теперь он ещё и размахивал горящей шкурой и бешено орал.
Дикари при его виде растерялись и прижались к стенам, а когда Рорик пробежал мимо них, они рванули в пещеру. Мы же побежали вперёд.
У выхода лежало мёртвое тело дикаря, а возле него два шлема.
До меня только сейчас дошло, что они выходили на охоту во время бури. А значит, эти приспособления помогают им дышать.
— Хватайте шлемы, — орал Рорик, держа догорающий кусок шкуры, намотанный на дубинку.
Я в этот момент уже натягивал один из них на голову.
— Сейчас помогу, — сказала Ната.
Девушка взяла у меня мачете, который мне мешал.
Шлем снизу был обшит чем-то мягким и плотным, вроде поролона. Внутри оказалось довольно просторно, я даже головой мог вертеть, а скафандр при этом оставался неподвижным.
Так же снизу нашёлся ремень, которым регулировалась толщина шеи. Видимо, поролон должен вплотную прилегать к коже.
Ната помогла мне отрегулировать ремень, дышать стало немного тяжелее. Для вдоха приходилось прилагать больше усилий, а при выдохе стёкла скафандра слегка потели. Хотя через них и без конденсата сложно смотреть. Стёкла маленькие и грязные, а при повороте головы и вовсе ничего не видно. Поворачиваться приходилось всем корпусом.
Вес тоже доставлял массу неудобств. Я едва не упал вперёд, пока не приловчился в нём шагать. К тому же под ноги смотреть было невозможно. Так что шагать приходилось высоко, чтоб не споткнуться о камень.
Думаю, выглядели мы в этот момент крайне комично. Три неандертальца-космонавта маршируют по пещере в доисторических скафандрах. А один из них ещё и с факелом.
Но несмотря на всю глупость ситуации и неудобства от странных приспособлений, мы смогли выйти на улицу во время пыльной бури и при этом спокойно дышать.
Кислорода, конечно, не хватало. Да и часть пыли всё равно попадал в лёгкие. Но это раз в пять, а то и десять эффективней той тряпки, в которой я пытался выйти из пещеры впервые.
Буря, как по мне, только усилилась за это время. Ветер был настолько сильным, что поднял в воздух не только пыль и листья, а ещё и мелкие ветки с камушками. Если такой попадёт в стекло — то конец этому дыхательному прибору. Хотя можно будет закрыть дырку рукой. Всё равно здесь ничего не видно.
В условиях хреновой видимости, а точнее, полного её отсутствия, нам пришлось взяться за руки,
