Гарри было непросто определиться со своим к ней отношением. Он затруднялся отделить интерес к яркой и необычной рыжеволосой женщине от восхищения ее профессионализмом и уважения к человеческим качествам. Он и теперь затруднялся сделать это. Если бы все было проще, то он давно бы сделал ее своей.
В первую очередь, Джина Лейтон абсолютно не походила на Анну, она являлась противоположностью его злосчастной жены. Джина была четкой, правильной, настоящей. Ни кокетства, ни хитростей, ни женских уловок, ни злодейских каверз.
Но ее, умную, интеллигентную, красивую, Гарри все же не был готов представить в роли своей постоянной спутницы. И из этой неуверенности происходили все его неудачи.
Ему был желателен легкий роман, постепенное вхождение в отношения, непринужденное их развитие. Но он упустил то время, когда все еще могло случиться. А теперь сердце Джипы изнывало от любви к другому человеку.
Так рассуждал Гарри, глядя на утренний сад. Теперь ему оставалось лишь посадить свою ночную гостью в такси.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Утром Джина появилась в своем вчерашнем костюмчике, бодрая и легкая.
Гарри, который и не собирался ложиться с тем, чтобы доспать, встретил ее готовым кофе и простым завтраком.
— Не стоило беспокоиться, — дружелюбно проговорила девушка.
— Какое беспокойство! Готовить на одного или на двоих, какая, в сущности, разница?
— Я непривычно себя чувствую, когда кто-то меня обслуживает, — призналась Джина, — а именно это ты и делаешь со вчерашнего вечера.
— Для меня это в радость, а потом, ведь ты моя гостья, — отозвался он.
Джина села за стол. Они молча позавтракали.
— Спасибо, было очень вкусно, — сказала она, тронув губы салфеткой. — У тебя замечательный и уютный дом, Гарри. Я благодарна тебе за все. Если хочешь, займемся устройством щенков в приют.
— Куда ты так спешишь, Джина? У нас еще есть кофе. Посидим, — с улыбкой попросил он ее.
— Тебе этой ночью так и не удалось поспать? — сочувственно спросила гостья.
— Никто, кроме меня самого, в этом не виноват, — сдержанно откликнулся Гарри. — Я подумываю о том, чтобы прогулять сегодня работу, — поделился он с нею своими планами.
— Полагаю, сын босса может себе это позволить, — проговорила Джина, насторожившись.
— Тем более, что у меня есть уважительная причина, — добавил он. — Забота о братьях наших меньших.
— Насколько я помню, ты ни дня не пропускал работу, — заметила девушка.
— Не было достойного повода, — пошутил Гарри. — Уверен, отец не сочтет это за дезертирство, ведь даже к твоему поступку он отнесся с пониманием, — поддел он свою гостью.
Джина ничего не сказала, лишь иронически улыбнулась, изумленно приподняв красивые брови.
— Не стоит тебе камуфлировать такие замечательные веснушки, с ними ты совершенно другой человек.
— Какой же?
— Ты кажешься более эмоциональной, открытой, трогательной, — охотно ответил на ее вопрос Гарри.
— А ведь именно с этим реноме я и борюсь.
— Зачем?
— Моя работа не предусматривает этих качеств.
— Работа — это еще не вся жизнь.
— Да, Гарри, я в курсе, — строго парировала Джина. — Ты не проведывал щенят? Как они там?
— Щенята в порядке, — ответил он. — Я сменил им подстилку.
— Когда пристроим подкидышей, тебе нужно поспать, — заботливо посоветовала Джина, которую обеспокоил не вполне обычный внешний вид Гарри, который выглядел каким-то растерянным.
— Сине-фиолетовые…
— Что? — переспросила она.
— Твои глаза… Они сине-фиолетовые в этот час дня. Утренние лучи, отражаясь от стены дома, расцвечивают их в тон фиалки. У тебя необыкновенные глаза, Джина.
— Да? Мне приятно, что ты так считаешь. Спасибо, Гарри, — смущенно поблагодарила она.
— Благодари за это своих родителей. Я здесь ни при чем, — отшутился он.
— И все-таки не от каждого услышишь такие замечательные слова.
— Я всегда славился своими комплиментами. При этом никогда не делаю их беспочвенно.
Меня действительно завораживает твой взгляд. Он пронзителен и неотразим. Это настоящее смертельное оружие.
— До сих пор жертв не было, — возразила Джина.
— Тебе просто о них неизвестно, — настоял на своем Гарри. — Какие у тебя планы на день?
— Когда отдадим щенков в приют, хотелось бы поскорее вернуться домой. У меня еще не все вещи упакованы. А почему ты спрашиваешь? — осведомилась она.
— Мне бы очень хотелось, чтобы ты разделила со мной ланч. Я собираюсь поджарить грудинку.
— Ты? — удивилась Джина.
— А почему нет?
— Ты сам себе готовишь?
— Мне это нравится, — признался Гарри.
— Удивительно, что узнаешь о человеке после целого года знакомства. Никогда бы не подумала, что Гарри Бридон умеет и любит стряпать.
— Ты многого обо мне не знаешь, Джина, — таинственно произнес тот и широко улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой.
Джина невольно улыбнулась ему в ответ и смущенно опустила взгляд, вертя в руках чашку подстывшего кофе.
— Я, к твоему сведению, вовсе и не спешу сбыть с рук наше недавнее приобретение, — ошарашил ее своим признанием Гарри.
— Ты не собираешься передавать щенков в приют?
— Нет, я считаю, что в таких делах спешка не на пользу. Пусть подрастут, окрепнут. Уверен, для таких красавцев хозяева скоро найдутся. Я считаю, все заслуживают шанса, — назидательно проговорил он.
— Неожиданно, — констатировала она.
— Думала, я бессердечный лоботряс?
— Не думала. Но не каждый человек ни с того ни с сего возьмет на себя заботу о четверых подкидышах.
— Я планирую получить профессиональную консультацию, приобрести все необходимое для взращивания четвероногих и не стану отказываться от действенной добровольной поддержки и помощи советом.
— Это похвально. В другой ситуации я бы с радостью оказала тебе, эту самую действенную помощь, однако, к сожалению, теперь это невозможно… Но раз ты все так решил, я могу идти…
— Джина! — остановил ее Гарри.
— Что?
— Тот мужчина… ему известно о твоих к нему чувствах? — взволнованно спросил он.
Джина присела обратно за обеденный стол, но, подумав, вновь резко встала.
— Гарри, прости, у меня действительно нет времени.
— Иными словами, это не моего ума дело? — Гарри тоже поднялся.
— Просто все эти бессмысленные разговоры нас ни к чему не приведут, — мирно ответила она.
— Значит, моя жареная грудинка тебя не привлекает? — поостыв, шутливо спросил он. — А тебе доводилось пробовать борщ?
