Там мы узнаем все, что объявили жрецы.
Если мы поторопимся, то успеем до того, как верховный жрец объявит о новых жертвах. Когда король разберется во всем, то виновные жрецы будут наказаны.
А нас отдадут Нежити. Мы знали об этом, хоть и не говорили. Но нам все равно не спастись. Тот, кто получил серый билет, становится собственностью Нежити. А все знали, что она никогда не отдает то, что ей принадлежит. Мы могли бы скрыться от людей на Топких болотах — правда, ценой жизни других юношей и девушек — но скрыться от Нежити было невозможно. И я невольно посмотрела в сторону Серой стены. Возможно, мы даже не успеем добраться до дворца, как Нежить растерзает нас. Однако мы должны были попытаться рассказать королю правду.
Но сначала нам нужно было как можно скорее пересечь Зеленый лес. И выйти из него живыми.
Что я знала про Зеленый лес. Все и ничего. Я знала практически наизусть все легенды о том, каким был лес в старые времена. Это был древний и могучий лес. Обширная территория, намного больше нашего королевства, и он простирался на нейтральные земли и на земли соседних королевств. Но когда был заключен союз с Нежитью, Серая стена прошла через него. Никто не знал, каким был теперь Зеленый лес там, за стеной. И был ли он вообще — большинство жителей Крамтона были уверены, что нет. Есть только наше королевство и стена, простирающаяся на все остальные земли. Так многие утешали себя, чтобы не отчаяться от серости.
Но мама пела мне другие песни. Она пела про Зеленый лес за стеной, полный жизни и песен птиц. В котором по-прежнему живут таинственные народы. То ли лесные феи, то ли эльфы. Никто не мог точно сказать. То их описывали как высоких и рыжеволосых, то зеленых, как весенний мох, а то и вовсе белоснежных. В тот день, когда король Крамтона подписал кровью союз с Нежитью, таинственные народности ушли навсегда в другую часть леса. Вместе с ними ушли удивительные животные Зеленого леса и улетели птицы, которые пели странные песни. Тот, кто слышал их песни, мгновенно засыпал. Моя веселая мама иногда накидывала на себя цветастое покрывало и изображала лесную фею. А порой пела мне странные песни, убеждая, что я тотчас же усну. И часто так и происходило. Но иногда я не засыпала, только делала вид. Мама целовала меня и уходила, и тогда приходили служанки, и я долго слушала их шепот. Они говорили о том, что странные народности предали королевство Крамтон во время Великой войны и навеки прокляты королем. А когда я стала постарше и начала занятия с учителем, то узнала, что таинственные народности — просто-напросто дриввы.
Только мой отец ничего не рассказывал про Зеленый лес. Насколько моя мама любила лес, настолько он его ненавидел. Я помню единственную их ссору за все время, когда мама взяла меня погулять в Зеленом лесу. Она знала его тропы, потому что выросла совсем рядом, в поместье Мидс. Там, возле поместья, лес все еще оставался безопасным.
Поместье Мидс до заключения союза с Нежитью было благодатной землей, утопающей в яркой зелени. Когда пришла стена, Зеленый лес потускнел. Но Мидс все еще оставался одним из лучших поместий в королевстве. И его подарил своему любимому придворному старый король. После смерти старого короля придворный с женой обосновался в Мидсе. Они были счастливы друг с другом, но детей у них так и не родилось. И когда им было уже много лет, к воротам поместья подкинули новорожденную девочку с золотистыми волосами. Придворный с женой удочерили ее и вырастили в любви и заботе. Это и была моя мама.
Время шло, и лес мрачнел. Серость все больше покрывала его со всех краев, стягиваясь к середине. Хотя середина леса все еще зеленела, редко кто решался туда ходить. Тот, кто отправился за грибами или ягодами, не возвращался. А единственный человек, которому удалось вернуться, потеряв при этом трех товарищей, рассказывал про огромное и свирепое чудовище, живущее в ямах. Он назвал его земляным вепрем. Многие решили, что это лесные дриввы превратились в чудовищ после того, как были прокляты.
Но все это было в зеленой сердцевине леса. А мы шли по краю, недалеко от Серой стены. С одной стороны, это было безопаснее для нас, с другой — нет. Зверей мы здесь не встретим, они все давно ушли вглубь леса. Зато можем натолкнуться на кого-нибудь из младших жрецов. И сама стена угнетала. Иногда казалось, что Нежить выступит из нее и вцепится в нас, в свою законную добычу. Но даже не это сейчас было самым опасным. Самым опасным было то, что у нас не было ни грамма еды и ни капли воды. И здесь, возле Серой стены, мы никогда не найдем их. Все понимали это. Поэтому никто не спорил, когда Симмиус свернул в сторону центра леса. Существовала легенда, что через самую сердцевину Зеленого леса можно пройти весь лес меньше, чем за день. Если лес примет путника. Но это была просто легенда, да мы и не собирались слишком углубляться. Нам нужно было лишь найти еду. И до ночи успеть вернуться к Серой стене.
Иногда мне казалось, что за нами кто-то следит. Но никого не было видно. Лес менялся. Чем глубже мы заходили в него, тем чаще попадались вкрапления зелени. Я не следила за тропой, всецело доверяя Симмиусу, а смотрела по сторонам в поисках съедобных растений.
— Стойте! — попросила я и нырнула в сторону, к кудрявым кустам без единого листочка.
Я не ошиблась. Это были амтаусы. Ягоды их росли не на ветках, а под землей. Я впилась пальцами в землю и попыталась рыть. Но почва оказалась слишком твердой и только сдирала мою кожу. Это неудивительно, ведь никто никогда не добывал здесь ягод. И я даже не знала, растут ли они здесь, или мы еще слишком близко к Серой горе. Но я продолжала попытки. Симмиус пришел мне на помощь.
Лезвие меча вонзилось в землю и стало ковырять ее. Мы с Симмиусом убирали взрыхленную землю. И вот показались они — совсем серая оболочка, размером с кулак. Ягоды вызревали в таких своеобразных мешочках. Я достала его, разорвала и вздохнула с облегчением: ягоды были здесь. Не зелено-пепельные, как должны были быть, а совсем серые. Их было мало в мешочке, и они кислили. Но это была еда. Мы с Симмиусом перекопали всю землю
