под кустами и добыли пять таких мешочков. Ягоды разделили поровну. Голод они не утолили, только раззадорили, но утолили жажду, освежили и придали сил.
— Может, тут еще корешки какие есть? — смущенно сказал Риб.
Я улыбнулась ему и заверила, что не пропущу ничего съедобного ни в коем случае.
По дороге удалось набрать еще немного ягод, три мясистых корня и несколько орехов. Карманы мои были набиты разными растениями, и Риб сказал, что я пахну аптекой. И это был комплимент с его стороны.
Все чаще стали попадаться деревья, которые любили сырость и на стволах которых, я знала, часто растут грибы. Я рассказала об этом остальным, и вскоре нам удалось найти воду. Это был студеный, чистый сероватый ручей, сохранявший привкус леса. Мы жадно припали к нему и долго пили. А потом облазили все вокруг и нашли множество грибов. Нас охватила такая радость, что Симмиус даже решил развести скудный костерок в овраге и пожарить добычу. Мы жадно если сытные и вкусные грибы и не думали в этот момент ни о чем. Знали бы мы, что умопомрачительный аромат жареных грибов сделает добычей нас.
Сумерки обрушились неожиданно — до ночи было еще далеко. Изменилась погода, или сам лес сделал это, мы не знали. Наш костерок вспыхнул особенно ярко, а рядом вдруг раздалось рычащее пение. Симмиус сразу вскочил. Кадди выхватила нож.
И вдруг земля содрогнулась. Я упала. Но едва Симмиус бросился ко мне, как земля разверзлась, и из провала показались длинные лапы с лопатами-когтями. Они ринулись ко мне, но резко остановились и вдруг схватили Симмиуса. Лапы потянули его в зияющий и казавшийся бездонным провал. Меч выпал из рук Симмиуса. А из провала вылезла огромная тварь с зубастой пастью и множеством слепых глаз. Это был земляной вепрь.
Первой среагировала Кадди. Несколько ножей один за другим вонзились в зверя. Но они вонзались в его толстую шкуру и застревали там, нимало не повредив. Последний нож попал точно в глаз, но существо лишь издало короткий рык. Симмиус изо всех сил вцепился в корни деревьев. Вепрь дернул его, и корни не устояли. Симмиус заскользил в пропасть. Риб бросился к нему и удержал. В моей голове быстро промчалось все, что когда-то рассказывала мне мама о растениях. Я поняла, что вепрь не тронул меня не просто так. Какое-то из растений в моих карманах отпугнуло его. Земляная тварь наверняка имела хорошее обоняние. Но какое?
Я вскочила, выхватила травы и стала бросать их в тварь одно за другим. И когда после одного из бросков хватка вепря ослабла, я поняла, что нашла нужное растение. Выгребла все, моментально разорвала в клочья и метнула в самые ноздри земляного вепря. Зверь жутко сморщился и засопел, лапы его на несколько мгновений разжались. Этих мгновений хватило Кадди, чтобы подхватить упавший меч и бросить Симмиусу.
— Симииус! — крикнула она, бесстрашно шагнув к пропасти.
Он схватил меч и, когда земляной вепрь снова схватил его и дернул в пропасть, вонзил острие прямо в морду зверя. Тот издал рык, дернулся и замер. Но так и не разжал лап, и нам пришлось вызволять Симмиуса.
Потом мы сидели у провала и в скудном свете костра смотрели на мертвое чудовище. И даже сейчас оно вызывало ужас. Но Кадди собрала с его тела все свои ножи.
— Он может быть не один, — пробормотал Риб.
Никто и не подумал бы подозревать его в трусости. И он был прав. Мы не знали, сколько их таится под этой землей, и спешно покинули ручей, затоптав костер. Нужно было как можно быстрее добраться до Серой стены.
Сделать это оказалось непросто. Сумерки стали еще гуще, а тропы словно исчезли. Но Симмиус ориентировался даже в темноте, и вскоре мы вошли в серый лес. Совсем недалеко оставалось от стены, когда мы заметили свет множества факелов и до нас долетели голоса.
— Смотри лучше! — ворчал один.
— И не жмись к стене, зайти в лес! — науськивал другой.
Это были младшие жрецы и стража. И они явно кого-то искали. Мы все, не сговариваясь, припали к земле и стали отступать назад. Лучше уж земляной вепрь.
Мы углубились уже достаточно далеко, когда я заметила крошечные огоньки. Светлячки, как называла их моя мама. Но отец делал вид, что не видит их. Светлячки, как гирлянда, расползлись по деревьям и словно образовали освещенный путь.
— Смотрите, они куда-то приглашают нас, — прошептала я.
Все как-то странно оглянулись на меня. Даже Симмиус.
— Кто приглашает? — очень уж ласково поинтересовалась Кадди.
— Светлячки, — растерянно отозвалась я, уже все понимая.
Отец не делал вид, что не видит их. Он их не видел. Как не видели сейчас мои спутники.
— Какие они? — спросил Симмиус, останавливаясь.
— Ты серьезно, Сим? — возмутилась Кадди. — Может, нам еще сны начать пересказывать?
Они были похожи на крошечные переливающиеся драгоценные камни. Но располагались слишком высоко, чтобы я могла разглядеть их. В тот день, когда мои родители поссорились в Зеленом лесу, мы с мамой видели таких же. Симмиус улыбнулся мне и чуть прикоснулся к моему плечу.
— Мы идем? — нетерпеливо спросила Кадди.
Да, нам нужно было идти. Симмиус был лучшим проводником. Он чувствовал направление и тропы также, как моя мама чувствовала растения. Словно они сами рассказывали ему обо всем. И мы пошли за Симмиусом. Я оглянулась и увидела, как светлячки медленно гаснут вдали.
В Зеленом лесу погибла моя мама. Отец никогда не рассказывал, как именно это произошло. Ее похоронили в закрытом гробу, на территории нашей усадьбы. И мы с отцом обязательно ставили вазон с ее любимыми синими цветами рядом с ее могилой. До того, как переехали на Болота.
Теперь в Зеленом лесу была я. Мы шли так, чтобы не приближаться ни к Серой стене, ни к центру Зеленого леса. Симмиус ориентировался и в темноте, окутавшей лес, но остальные то и дело спотыкались о многочисленные корни. Особенно я и Риб. Симмиус внезапно остановился и стал прислушиваться.
— Нужно найти укрытие, — сказал он.
И на протест Кадди добавил, что надвигается гроза. Было темно, но ничего пока не предвещало ее. На возвышенности Симмиус нашел два сросшихся дерева, которые соединились не сразу, а в середине стволов, и образовали нечто вроде навеса.
Едва мы забрались туда, как лес осветила короткая вспышка, а через несколько мгновений вдали загрохотало. Листва зашелестела, заскрипели стволы деревьев и повеяло прохладой. Где-то вдали сверкала молния. Молнии нередко попадали в Серую стену. Это выглядело так, словно за плотной тканью на мгновение вспыхивал
