— Мы едем не на пикник? — тихо спросила она, останавливая лошадь. У нее не получилось. Лошадка как будто не чувствовала движений всадницы.
— На пикник. Просто по дороге посетим еще одно занимательное место. Тебе понравится, радость моя. Если ведьмин слуга пришелся по вкусу, то сама ведьма должна вызвать восторг.
— Остановитесь, — попросила девушка, но Эскель даже не обернулся. — Пожалуйста.
Лорд недовольно заставил лошадей остановиться и выразительно посмотрел на Рей. Она отвела взгляд, от беспомощности ей хотелось плакать, но пока она держалась.
— Пожалуйста, давайте поедем на пикник. Не надо к ведьме.
— Не бойся. Я предполагаю, кого увижу в этом лесу. Можно даже сказать, я уверен. Но даже если на месте Джефы будет другая, я обещаю, что ты вернешься в замок в целости. А сейчас успокойся. Плакать не нужно. Мы просто едем в деревню.
— Ведьма живет в обычной деревне? — удивилась Рей.
— Не совсем обычной. Мы обернемся раньше, чем князь вернется с охоты. Не переживай.
Рей кивнула и даже улыбнулась. Каким бы он ни был, этот лорд, он все-таки учел ее состояние и успокоил. До деревни они добрались без эксцессов. Ни диких зверей, ни новых посланников, даже дорога не петляла, а прямо вывела их к небольшому, скрытому в чаще леса поселению.
К удивлению девушки, инквизитора здесь знали. С крыльца первого же дома соскочил чумазый мальчуган лет семи и со всех ног бросился к мужчине, который только спешился. Не очень беспокоясь, поймают его на лету или нет, мальчишка прыгнул и повис, придерживаемый Эскелем.
— Рик, мы же договаривались, что при посторонних ты не будешь так делать, — ласково потрепав мальчика по золотистым лохмам, сказал инквизитор.
— Но посторонних ты никогда не приводил. — Ребенок обличительно ткнул Эскеля в грудь, пользуясь тем, что тот его держал.
— Твоя правда, но впредь будь аккуратен. — Он поставил его на землю и подтолкнул к дому. — Иди, у нас еще есть здесь дела.
— Опять приехали к ведьме?
— Все-то ты знаешь. А Джефа в деревне?
— Да, у старосты дочка слегла, так Джефа там уже третий день. От кровати Лейлы не отходит и никого не пускает. Говорит — заразно. Так что…
— Для нас не заразно, — заверил инквизитор. — Более того, может, смогу помочь.
— Помогите ей… Лейла не права была, когда зелье то варила, но она же не знала…
— А что за зелье? — заинтересовался Эскель.
— Ее Грем бросил, вот она и решила его зачаровать.
— А с наставницей не посоветовалась? Ясно. Спасибо, Рик. Я постараюсь помочь.
Улыбнувшись, мальчишка побежал к дому, но по пути передумал и припустил в лес. Споткнулся о камень и должен был разбить нос о землю, но перед самым столкновением просто завис над землей.
— Маг, — выдохнула Рей.
— В будущем, — согласился инквизитор.
— А остальные, что здесь живут? Они тоже?..
— Не все, — улыбнулся Эскель. — Но большинство одаренные. И должен предупредить, леди Рей, если об этом месте узнает посторонний, я вас обязательно найду.
— Даже если это произойдет не по моей вине?
Эскель не ответил, только улыбка его стала другая, более ироничная.
— Вы не ответили, так нечестно, — обиделась Рей.
Эскель собирался сказать какую-то колкость, судя по его лицу, но, увидев кого-то, передумал. Рей обернулась и едва не отшатнулась. Позади нее стояла ведьма. Очень сильная, это она чувствовала, даже не напрягаясь, но сила ее не была враждебной. Она мягко коснулась девушки и инквизитора, забирая усталость.
— Давно ты не приводил гостей, Элиан. Или она к нам жить? — Ведьма, выглядевшая чуть старше Рей, вопросительно посмотрела на инквизитора.
— Нет, Джефа. Эту леди я должен сопроводить на пикник, а к вам мы по дороге заехали.
— Что-то случилось?
— Пришлось уничтожить одного из посланников. Он почему-то сменил свои функции и вместо того, чтобы напугать, хотел и в самом деле покалечить.
— Источник? — Инквизитор кивнул. — Ой, дуреха Лейла. Знаешь, что удумала девочка-то твоя? Влюбилась в Грема, а тот, сам знаешь, первый парень на деревне, поиграл да и бросил. А эта дурочка безголовая, целительница светлая, ничего умнее не придумала, чем зелье приворотное варить. Целительница! Приворотное! Про воздаяние-то и забыла. Напоила, значит, Грема, а он не проникся, с другой к источнику гулять пошел. Так она вместо того, чтобы ко мне пойти, стража у Марьки одолжила. А та, такая же дуреха, и дала. Темная, что с нее взять. Закляли на пару, отправили. Задание-то волчок выполнил, как и приказано было, Грема без штанов оставил, так и примчался милок в одних подштанниках, а вот девка его новая, не нашенская, с ожогами домой воротилась. А сам волчок так и остался источник сторожить. Перемудрили девоньки, закляли на совесть, а слияние чистой светлой да темной силушки, сам знаешь, ничем хорошим не оборачивается. С ума сошел волчок. От нас бегал да людей пугал. Из соседней деревушки девушки жаловались. Ни погадать, ни воды зачерпнуть — ничего не позволяет. Так что спасибо тебе, Элиан, выручил.
— Да, правильно я к вам заехал. Займи леди на полчаса, я гляну, что там с Лейлой.
— Конечно. Леди, а идемте-ка к нам. Покажу вам настоящую ведьминскую избушку. Али боитесь?
Рей смеясь покачала головой.
— Говорите нормально, для меня ведьма и деревня не одно и то же.
— Ну, как пожелаете, леди. — Джефа поклонилась и повела ее на самый край деревни, где и полагалось жить страшной колдунье. — Только господам и лордам так привычнее. Думают, что смогут отличить.
— Глупости.
— Да, сестричка. Глупы они, люди. Даже самые умные из людей, пока сердце бьется, совершают ошибки, — вдруг сказала она, пропуская девушку первой через порог.
— Простите, но родственниками мы быть не можем, — нахмурилась Рей. Ведьма поняла слишком много, но как?
— Ой ли? Порожек-то ты перешла, — пояснила Джефа, заходя следом и запирая дверь.
— И?
— А в дом ведьмы без приглашения только ведьма войти и может, милая. Ведьма ты, радость моя, а Элиан и не видит.
— Вы ему скажете? — Рей напряглась, готовая применить свой дар.
Джефа вздрогнула, почувствовав силу собеседницы, и осела, мгновенно бледнея.
— Нет. Кто я такая, чтобы идти против кукольника. Да и жизнь твоя тогда будет не жизнью вовсе. Берегись Элиана, он тебе добра не сделает, если узнает. А он узнает. Не сейчас, так после. А то, что сейчас не видит, так видеть не хочет, чувства мешают, а как расстанетесь, как пройдет несколько деньков и очарование схлынет — берегись, сестренка. Не желаю я тебе участи сестры своей старшей, да сделать ничего не смогу. Кто ж против Элиана пойдет?
