Именно так ведет себя заслуженный летчик-испытатель Щербаков, который не имеет даже приблизительного понятия об авиации, который не только не слышал про Венделя и Ме-209, но и бросился в «Военно-историческом журнале» отрицать его существование.
Ученые товарищи из «Военно-исторического журнала» могли бы заслуженному испытателю подсказать: не позорься, авиация — не твоя тема. Но они почему-то этого делать не стали. И над нами смеется весь мир. «Военно-исторический журнал» поступает в библиотеки всех цивилизованных стран. И там люди впадают в истерику: если русские доверяют современное оружие воинствующим невеждам, то надо быть готовым ко всяким неожиданностям.
2
На открытия гражданина Щербакова тучные стада моих критиков ответили бурным излиянием восторга. Редакцию «Военно-исторического журнала» не завалили опровержениями и протестами. Наоборот. Собралась орава официальных ниспровергателей, которые подхватили откровения испытателя Щербакова и понесли их в массы в качестве аргумента, напрочь сокрушающего «Ледокол».
Историю с Ме-209 в качестве убойного антиледокольного аргумента публично использовали: генерал армии М. Гареев, генерал-полковник Ю. Горьков, генерал-майор Ю. Солнышков, Ю. Мухин, Г. Барановский, Г. Иваницкий, А. Ланщиков.
И еще целая научная рать: не было такого самолета! Следовательно, «Ледокол» сокрушен!
Напомню названным серьезным историкам и столь же серьезным полководцам, что Ме-209 в свое время был детально изучен советскими авиационными конструкторами. На нем летали наши славные летчики-испытатели, среди них С.П. Супрун. То были другие люди. Они знали авиацию, они ее любили.
Как же совершенно секретный германский самолет мог быть изучен нашими конструкторами и летчиками? Да очень просто. Сталин, повторяю, уделял особое внимание скорости самолетов. Поэтому взял да и приказал закупить в Германии 36 новейших самолетов 12 типов. Не мог великий вождь мирового пролетариата пройти мимо машины, которая летает быстрее всех в мире.
А наивный Гитлер, как известно, безгранично (до определенного момента) доверял Сталину. Гитлер взял да и продал свои самые лучшие самолеты. В их числе и Ме-209. И продавал он их не для боевого использования Красной Армией, а для детального изучения. Проще говоря, Гитлер продавал не самолеты, а секреты.
И торговал Гитлер авиационными секретами в 1940 году, когда Германию уже засосала трясина Второй мировой войны. Из той трясины Гитлеру уже не было выхода. Влип.
До какой же степени надо было верить Сталину… До какой же степени надо было нуждаться в стратегическом сырье, чтобы в ходе войны в обмен на нефть и хлеб продавать свои военные и технологические тайны!
Говорят, что Гитлер русских людьми не считал, не верил, что они могут что-то перенять или скопировать. Потому не боялся.
Все правильно. Но не следовало исключать и другой возможности. Товарищ Сталин мог гитлеровскими секретами поделиться с Черчиллем и Рузвельтом, что он, кстати, и сделал.
Формально оставаясь союзником Гитлера, Сталин тайно сколачивал антигитлеровскую коалицию. На советских испытательных полигонах и аэродромах тщательное изучение новейшей германской боевой техники вели не только советские, но и британские специалисты, которым Сталин открыл доступ ко всем секретам, которые купил у Гитлера. Этим шагом Гений всех времен и народов не только возместил свои расходы на приобретение германских самолетов и танков, но еще и приблизил конец Гитлера. Раскрывая германские технологические тайны перед противниками Германии, Сталин повышал их способность к сопротивлению.
Но выхода у Гитлера не было. Приходилось идти даже на торговлю морскими, авиационными и другими тайнами.
Испытания новейших германских самолетов, в том числе Ме-209, проводились под Москвой в Летно-исследовательском институте, который в настоящее время носит имя выдающегося летчика-испытателя Громова. Интересно, слышал ли гражданин Щербаков когда-нибудь о Громове и Летно-исследовательском институте? Или тоже бросится яростно опровергать их существование?
3
За последние годы в нашей стране совершен действительно гигантский рывок в изучении военной истории. Правда, есть еще и отдельные недостатки…
Изучение истории ведут энтузиасты. Государство — в стороне.
Но возникает вопрос: а зачем она вообще нужна, военная история?
А затем, что без нее военным человеком быть невозможно.
Военная история — фундамент и основа всех военных наук. Вот вам правило без исключений: генерал, который не знает военной истории, не способен вести современную войну.
Пример: Жуков угробил в Берлине две гвардейские танковые армии: 1-ю и 2-ю. Но об этом в наших военных училищах и академиях не вспоминали. Военную историю в Советском Союзе изучали на героических примерах: ура! вперед! А о том, что бросать крупные танковые части и соединения на штурм городов — преступление, не вспоминали. Зачем прошлое ворошить? В результате такого обучения некий министр обороны России героически двинул танки в Грозный точно так, как Жуков их двинул в Берлин.
Результат точно такой же.
И вот вопрос: кто в данный момент отвечает за нашу родную военно-историческую науку?
Ответ: министр обороны и начальник Генерального штаба.
С министра обороны какой спрос?
Министр обороны России — человек со стороны.
При таком раскладе первый заместитель министра обороны — начальник Генерального штаба генерал армии Ю.Н. Балуевский должен был взять бразды в свои мозолистые руки. Должен был оценить обстановку, принять соответствующее решение и отдать приказ.
А ведь ситуация предельно проста: мы единственная в мире страна, в которой история Второй мировой войны на государственном уровне не изучается. За 60 лет упорных трудов Военно-историческое управление Генерального штаба, Институт военной истории Министерства обороны, множество кафедр в военных академиях и училищах не удосужились даже пересчитать дивизии, которые были в Красной Армии на 22 июня 1941 года.
Если так, то решение напрашивается простое: запретить любые выступления официальных лиц по вопросам, связанным с историей Второй мировой войны, запретить «Красной звезде» и другим военным газетам и журналам публиковать материалы о войне.
Когда будет наведен элементарный порядок в военно-исторической науке, когда будут собраны, обработаны и проверены основополагающие сведения о войне, тогда запрет можно будет снять. Иначе министр обороны, его прямые и непосредственные начальники и его подчиненные выглядят глупейшим образом в глазах всего мира.
Что же делает начальник Генерального штаба генерал армии Балуевский?
Он делает прямо противоположное тому, чего требует обстановка. Он поощряет грандиозные сборища веселых генералов, адмиралов и академиков от военной истории.
Генерал армии Балуевский и сам не прочь публично блеснуть познаниями в области военной науки. А результат — как у Жукова в Берлине. Вот небольшой кусочек из огромной статьи Балуевского в «Красной звезде» от 7 мая 2005 года. Генерал описывает грандиозную Висло-Одерскую операцию Красной Армии в январе 1945 года: «Невозможно описать всего, что произошло между Вислой и Одером в первые месяцы 1945 года. Европа не знала ничего подобного со времен гибели Римской империи».
Висло-Одерская операция — вершина военного искусства и предмет особой гордости нашего военного руководства. Генерал Балуевский выражает не свое мнение. Он цитирует германского генерала и подчеркивает: вот видите, как гитлеровский генерал оценивает стратегическое мастерство высшего командного состава Красной Армии!
Цитате этой выпала долгая счастливая жизнь. Не проходит года, чтобы в официальных военных трудах десятки раз не прозвенело: «…со времен гибели Римской империи»… Такие заявления наполняют гордостью сердца участников грандиозных конференций и симпозиумов.
Но было бы совсем хорошо, если бы наши стратеги сами читали книги, сами готовили доклады и выбирали цитаты для них, а не полагались на то, что подсовывают безалаберные референты. Уверен, что в этом случае ни один из ответственных военных руководителей цитату германского генерала про Висло-Одерскую операцию повторять бы не стал.
В каждой сфере нашей деятельности давно утвердилась обойма казенной мудрости, которую следует изрекать в торжественных случаях с высоких трибун. Но если бы наши генералы были обучены вникать в суть, обращать внимание на мелочи, то комплект цитат, которыми они жонглируют перед почтеннейшей публикой, давно был бы обновлен.
В этом случае из служебного запаса наших стратегов одним из первых, уверен в этом, был бы навсегда вычеркнут пассаж о том, что Европа не знала ничего подобного со времен падения… Впрочем, и десятки других подобных цитат тоже давно и прочно были бы забыты.
