Джек вышел в холл и увидел сестру:
— Ленор! Ты-то мне и нужна. Послушай, этот бездельник выиграл у меня двадцать пять гиней, а у меня всего пять. Ты не расплатишься за меня?
Просьбу сопровождало трогательно-невинное выражение лица, перед которым Ленор никогда не могла устоять. Она и сейчас не могла, но, боже, как же ей хотелось сообщить невыносимому брату, чтобы он сам расплачивался с долгами. По крайней мере с Эверсли. Не видя другого выхода, Ленор прошла оставшиеся ступеньки и ступила в холл.
— Да, конечно.
И безмятежно протянула руку, здороваясь с партнером Джека.
Джейсон принял ее руку, отметив, что пальчики испуганно дернулись в его ладони, как пойманная птица.
— Доброе утро, мисс Лестер. Надеюсь, вы хорошо отдохнули?
— Отлично, спасибо, — солгала Ленор, забирая у него руку.
— Мне надо отлучиться и взглянуть на собак, Хиггс говорил о какой-то инфекции. Не дай бог, что-то серьезное, отца удар хватит. Эверсли, жду тебя на конюшне, — бросил Джек, быстро кивнул и вышел.
Обреченно проводив его взглядом, Ленор пробормотала:
— Не соблаговолите последовать за мной, ваша светлость?
Джейсон кивнул и вместе с девушкой пошел по коридору мимо бильярдной в маленький кабинет, частично скрывающийся под лестницей. Единственное окно выходило на лужайку за домом, одна стена была сплошь уставлена полками с канцелярскими книгами. Джейсон смотрел, как Ленор усаживается за старый письменный стол с аккуратными стопками счетов и деловых бумаг и вынимает ключ из маленького кармашка на талии.
— Это ваша вотчина?
Она подняла на него глаза:
— Да. Отсюда я управляю усадьбой.
Джейсон прислонился к оконному косяку и выгнул бровь.
— Я часто думал, как же справляются Джек и Гарри. Похоже, они редко испытывают желание похозяйничать на своих землях.
Ленор чуть улыбнулась:
— Мы с ними давно достигли взаимопонимания, они развлекаются, мне же нравится заниматься усадьбой.
— Вряд ли это просто. Все равно кто-то должен быть главным?
Поправив раскрытую бухгалтерскую книгу на бюваре, Ленор подняла бровь.
— Я никуда не отлучаюсь, всем известно, что именно я управляю Лестер-Холл. — Она глянула из-под очков на длинную худую фигуру, небрежный абрис на фоне окна. Эверсли главенствовал в ее кабинете, наполняя аурой мужской энергии, однако сейчас выглядел довольно расслабленным и спокойным, Ленор не смогла сдержать любопытства.
— Ваша светлость, а вы сами управляете своими поместьями?
Он высокомерно вскинул бровь:
— Конечно, мисс Лестер. Это моя обязанность, я не стал бы, да и не желаю ее отвергать.
— В таком случае что вы думаете о наших «хлебных законах»?[4] — Ленор оперлась ладонями о стол и подалась вперед. Ее глаза яростно сверкали.
Джейсон пару секунд изучал ее лицо и затем ответил:
— Они не работают, мисс Лестер.
Джейсон никогда бы не поверил в то, что последовало дальше, как такое возможно. Ленор, будучи по натуре отличной ищейкой, сразу поняла, что он как никто понимает последствия спорных законов.
Утолив жажду знаний, она, наконец, со вздохом откинулась на спинку стула.
— Значит, вы думаете, что их отменят?
— В конечном счете да, — согласился Джейсон, скрестив руки на груди. — Но не сразу, через какое-то время.
Ленор кивнула, мысленно рассортировывая полученную информацию. Ей улыбнулась редкая удача поговорить с джентльменом, который, возможно, желает обсуждать с ней подобные вопросы. Отец давно потерял связь с внешним миром, а братья нисколько не интересовались политикой. В ее избранном кругу едва бы набралось несколько человек со своими крупными поместьями, испытавших на себе негативный эффект этих реакционных законов.
Внезапно вспомнив, что привело ее в кабинет, Ленор отбросила в сторону размышления и снова села. Вытащила ящик, покопалась в нем и отыскала другой ключ, в пару первому, который до сих пор сжимала в руке. Потом подошла к секции книжного шкафа с встроенным небольшим буфетом. Открыв одним ключом дверцу, она обнажила серый металлический сейф. Отомкнув вторым ключом незамысловатый замок, вытащила небольшой мешочек. Раздернуть шнурки и высыпать на ладонь золотые гинеи было минутным делом. Она принялась отсчитывать монеты, но большая рука накрыла ее руку.
— Нет. Оставьте.
— О нет. — Ленор решительно затрясла головой, отлично понимая, как отреагирует на подобное благодеяние мужская гордость. — Джек мне этого никогда не простит.
Она подняла глаза и прямо посмотрела на Эверсли. Заметив, что его лицо окаменело, надменно вскинула бровь.
Герцог с минуту изучал выражение ее лица.
— Я не приму от вас денег, но обещаю, скажу Джеку, что долг полностью погашен.
Ленор упрямо покачала головой и сжала губы.
Джейсон встретил ее пристальный взгляд, прищурился и лишь сильнее сжал ее руку, иронично улыбнулся.
— Есть иной способ. — Его улыбка стала еще шире. — Я не стану принимать деньги в счет долга, но готов считать дело улаженным, если вы ответите мне на один вопрос, мисс Лестер.
Ленор нахмурилась:
— Какой вопрос?
— Ах, нет. — Джейсон отступил и прислонился плечом к книжным полкам, рассеянно наблюдая за ней. — Я скажу, только если вы согласитесь на мои условия.
Ленор сузила глаза. Глянув на монеты в своей ладони, засомневалась, имеет ли смысл заключать какую бы то ни было сделку с повесой. Но что особенного он, в конце концов, может спросить? Двадцать пять гиней — сумма небольшая, во всяком случае, по ее расчетам, но, если удастся сэкономить, можно присовокупить ее к деньгам, которые она откладывала, чтобы помогать нуждающимся арендаторам.
— Ну хорошо. — Она бросила монеты в мешочек и вернула в сейф. Закрыла тяжелую дверцу, заперла буфет, одновременно напоминая себе, что именно она за все отвечает, и повернулась лицом к Эверсли. — Что вы хотите узнать, ваша светлость?
Джейсон улыбнулся:
— Почему вы так упорно держите свет под спудом?
Ленор озадачено моргнула.
— Прошу прощения?
Взгляд Эверсли тут же напомнил ей о его репутации.
— Я спрашиваю, почему вы так усердно стараетесь скрыть свои достоинства от тех, кто лучше всего их оценит.
Стискивая руки от волнения, Ленор высокомерно задрала нос.
Не имею понятия, о чем вы говорите, ваша светлость.
— Посмотрим, смогу ли я объяснить. — Джейсон оттолкнулся от стены и выпрямился. На глазах у испуганной Ленор он в два шага покрыл разделявшее их расстояние и уперся ладонями в стену по обе стороны от ее лица.
Чувствуя, как книжные полки врезаются ей в спину, Ленор многозначительно кашлянула.
