здесь имели опыт.
Но «Кибуц» и этим не ограничился. Решили обучаться военному делу как следует. Сначала Луку, имевшего начальное военное образование, послали в Германию усовершенствоваться — брать частные уроки у бывших кайзеровских офицеров. Вернувшись, он сам преподавал членам «Кибуца». Но и это сочли недостаточным. Решили обратиться за помощью к СССР. В 1926 году Шохат — глава «Кибуца» и два его помощника посетили Советский Союз. Встретили их хорошо. Шохат вел переговоры с ГПУ на самом высоком уровне. Обсуждалась помощь для строительства еврейского коммунистического государства на Земле Израильской. Но скоро «коса нашла на камень». Большинство тогдашних наших левых все же имели еврейское сердце, которое уберегло их от рокового шага. Шохат, его жена Маня и большинство членов «Кибуца» хотели строить коммунизм, но одновременно и еврейское национальное государство. Они остались «нашими», как и большинство других левых — не членов «Кибуца», вроде Ицхака Саде. Но для некоторых коммунизм оказался важнее сионизма. Лука вдруг исчез. Потом выяснилось: вступил в компартию. И занял там видное положение. Слухи ходили о нем некрасивые: вроде подстрекал арабов бороться против сионистов и англичан и даже обучал арабов военному делу. Возможно, это были только слухи. Пока их проверить не удалось. Потом его как коммуниста арестовывали англичане (см. главу 11). Потом… Но горький конец этой истории мы уже знаем. И Лука был не единственным.
Сближение с СССР оказалось вредным для «Кибуца» и в другом плане. Бен-Гурион, тогда уже общепризнанный лидер израильских социал-демократов, господствовавших на Земле Израильской, счел «Кибуц» опасной организацией и начал против него борьбу. Нужно отдать должное Бен-Гуриону: он всегда настороженно относился к сближению с коммунистами. Конечно, маленький «Кибуц» недолго смог бы противостоять всемогущей тогда федерации профсоюзов — Гистадруту, во главе которого стоял Бен-Гурион. Но ходили слухи, что «Кибуц» решил в ответ на травлю просто ликвидировать Бен-Гуриона! В принципе, это было вполне возможно, ведь там были люди, поднаторевшие в подобных делах еще в царской России. К счастью, до крайностей дело не дошло: опять выручило еврейское сердце! Когда начались грозные события 1929 года, «Кибуц» передал сотни единиц своего оружия «Хагане» и прекратил свое существование — оказалось, что массовость необходима.
Лирическое отступление
Во второй половине 20-х — начале 30-х годов из СССР к нам приезжало больше людей, чем уезжало туда. В то время в России существовала организация — «Политический Красный Крест». Во главе ее стояла Екатерина Пешкова, первая жена Горького. «Тетя Катя», как звали ее политзаключенные, облегчением судьбы которых она занималась. Не только евреев, а вообще всех. «Тетя Катя» старалась облегчить условия их заключения и добиться для тех, кто хотел этого, замены заключения высылкой из Советского Союза. Сионистов это, понятно, вполне устраивало. Была «тетя Катя» человеком исключительным, а положение ее, благодаря Горькому, — уникальным. Сколько наших покинуло СССР благодаря ей? Цифры называют разные — от нескольких сотен до трех тысяч. Большинство считают, что около двух тысяч. В основном сионистская молодежь. Были и такие, что специально старались угодить в тюрьму, надеясь на «тетю Катю». Но даже ей далеко не всегда удавалось добиться разрешения на выезд. Впрочем, другого способа выехать тогда не было. Среди тех, кто был спасён был и шестой Любавический ребе Иосиф Ицхок Шнеерсон.
Удивительная эта организация, «Политический Красный Крест», возникла в 1918 году и существовала на пожертвования западных филантропов. Бессменным заместителем «тети Кати», ее правой рукой, был еврей Винавер. (Не путать с кадетским лидером Максимом Винавером.) «Политический Красный Крест» действовал при Дзержинском, Менжинском, Ягоде. Но деятельность его под нажимом властей постепенно сокращалась. В 1937 году Ежов закрыл эту организацию и арестовал большинство ее сотрудников, в том числе и Винавера. Они сгинули в ГУЛАГе. «Тетю Катю» не тронули. Надеюсь, что когда-нибудь о них напишут книгу.
Следует отметить, что среди тех, кто приехал к нам через Политический Красный Крест, были и люди очень левых социально-экономических взглядов, ещё не разочаровавшиеся в социалистических идеалах. Но еврейское сердце продиктовало им выбор страны проживания.
Глава 24
«Хагана» в 20-е годы
А теперь поговорим о «Хагане» — организации, решившей сделать из евреев Земли Израильской вооруженный народ. Несмотря на «неудачу с ульем», закупки оружия продолжались, теперь уже в основном через Бейрут. Появились и пулеметы. Количество ружей исчислялось сотнями, пистолетов было больше тысячи. Проводилось и обучение людей. С деньгами было очень трудно. Получение из тощих сионистских фондов нескольких сотен фунтов каждый раз становилось праздником. А уж когда разразился у нас экономический кризис 1926–1928 годов, то есть накануне грозных событий, о таких праздниках и мечтать перестали.
Так или иначе, «Хагана» росла, и в немалой степени на энтузиазме. В крупных городах — Тель-Авиве, Хайфе, Иерусалиме — «Хагана» насчитывала человек по 300–350. В маленьких городках, конечно, меньше. А в местах скопления традиционных евреев — в старых кварталах Иерусалима и святых городах — Тверии, Цфате, Хевроне — «Хаганы» не было вообще.
Жалованье бойцам не платили. В общем, все выглядело очень скромно, так что скепсис Жаботинского в этой связи был вполне понятен. Да и относительно долгое затишье отвлекало внимание от нужд обороны. Но пришел грозный час, когда евреи возблагодарили Бога, что есть у них хоть кто-то, способный их защитить. Так «камень, который отвергли строители, стал краеугольным» (псалом Давида).
С 1925 года в «Хагану» стали брать женщин. Помимо медицинской помощи у женщин была еще одна специфическая «специальность» — переносить под юбками малоразмерное оружие, такое, как пистолеты и гранаты. Кстати, это делали не только еврейки, но и арабки — понятно, что для своих. А традиции Востока и приличия затрудняют обыск женщин мужчинами. У англичан же женщин-солдат не было.
Лирическое отступление
В середине 20-х годов содержание антисионистских высказываний меняется. О полной утопичности уже не говорили — критики сионизма теперь признавали, что кое-какие успехи у евреев в Земле Израильской есть. В частности, производил впечатление быстрый рост Тель-Авива — «Будущего Нью-Йорка Страны Израиля»[19], «города рожденного из из мечты и песка». Но пессимисты указывали, что успехи эти недолговечны. Ибо колониализм — система ненадежная. Англичане (и французы) должны будут довольно скоро уйти из ближневосточного региона, что, кстати, и подразумевал статус подмандатных территорий. А тогда арабы просто вырежут тех евреев, которые не успеют убежать.
Не надо думать, что наши недоброжелатели считали именно и только евреев не способными к самозащите. Действительно, распад Британской империи создал тяжелую ситуацию для ряда меньшинств,
