И взгляд такой, и интонация… Те самые, что не терпят возражений, пригвождают к месту и вынуждают будто бы сжаться под своим действием.
Сглатываю и киваю.
Парень уходит, а я начинаю злиться на саму себя. У меня же были! Были возражения!
Вот только они куда-то делись, стоило ему так на меня посмотреть.
Глава 7. Лера
Мы с Саввой не разговариваем ни тогда, когда подходим к байку, ни тогда, когда занимаем на нём места согласно купленным билетам, ни тогда, когда едем к моему дому.
Лишь когда я бросаю ворчливое «спасибо», вернув парню шлем у своего дома, он окликает меня:
– Лер…
Надо же! Впервые назвал меня по имени!
Я резко разворачиваюсь обратно, вижу, как он ставит байк на подножку, и говорю то, что всю дорогу крутилось на языке:
– Я не знаю, чем я тебе так не угодила, да и не хочу знать, но моих родителей оскорблять не позволю! Они оба заслужили то, что имеют. Честным трудом. Работая на работе, как миллионы других людей. Они так же проводят за работой по десять часов в день, так же стараются, так же устают! Я бы долго могла перечислять все их заслуги, то, что они сделали и делают для того, чтобы жить так, как мы живём, но не буду. Просто знай, что у всего, что ты видишь, есть свои нюансы. И их нужно знать, чтобы браться за такое непростое дело, как судить!
Савва молча выслушивает мою браваду, впившись в моё лицо любопытным взглядом, и когда я замолкаю, продолжает молча пялиться. Я вздыхаю, чувствуя себя до невозможности глупо, и уже хочу махнуть на него рукой и уйти, но парень останавливает меня своим замечанием:
– Глаза у тебя другие. Денисовы.
– При чём здесь…
– Ладно, – перебивает он меня, глядя куда-то в сторону. – Заключим перемирие. Я не трогаю тебя, ты – меня, и всё будут счастливы. Пойдёт?
– Ты… ты такой…
– Я и не обязан тебе нравиться, Рыжая, – вновь смотрит он на меня, убрав подножку. – Всё нормально – можешь считать меня кем угодно. Только Риту с Денисом не мучай. Они и так слишком долго тебя искали.
Савва заводит двигатель, салютует мне двумя пальцами и произносит напоследок:
– Свидимся. При случае.
Я снова наблюдаю за его отдаляющейся спиной, держа в памяти кривую улыбку на красивых губах, которую успела поймать. Гад гадом, а всё же красив! И прав. Нравиться мне он не обязан, но… Нравится. В смысле, занимательный он очень! Интригует своим несносным поведением, заставляет задумываться о причинах, размышлять над тем, как убедить его в том, что он не прав на счёт меня и моих родителей.
Но скорее всего, это гиблое дело.
Вздыхаю и разворачиваюсь к подъездной дорожке к дому, с обеих сторон которой располагаются строгие кусты.
Но успеваю сделать лишь пару шагов, потому что за спиной раздаётся сердитый голос Гордея:
– Ладова, тормози!
Я разворачиваюсь к парню и удивлённо вскидываю одну бровь, наблюдая, как он разъярённой бурей надвигается на меня.
К слову, знакомьтесь, Гордей Прибрежных, напыщенный индюк, редкий подлец и бывший парень Зефирки. И это не просто навешанные ярлыки – это выводы, сделанные из его премерзкого поведения. И биографии, конечно.
– Кто этот парень?! Это тот, что подвозил тебя вчера? Тот же, верно?! – трясёт он меня за плечи, пока я нахожусь в некотором шоке.
– Во-первых, отцепись от меня! – возмущаюсь я, вырываясь из его рук. – А, во-вторых, тебе какое дело, кто он?
– Ладова… – угрожающе рычит парень, но притронуться ко мне больше не рискует. – Скажи мне его имя, и то, где я могу его найти!
– С чего вдруг, Прибрежных? – усмехаюсь я.
– Он… Этот… Этот урод чуть не загнал в могилу Антона! – взрывается Гордей.
Глаза горят безумством, рот перекошен от гнева, руки сжаты в кулаки.
На своей памяти я вижу его впервые таким искренним. И это пугает. В смысле, тем, что он говорит о Савве. Это ведь не может быть правдой, верно? Или…
– Успокойся, Гор, и расскажи мне с чего ты это взял, – примирительно прошу я.
Гордей продолжает пытать меня разъяренным взглядом ещё пару секунд, а затем мрачно ведёт шеей и направляется к моему крыльцу, чтобы тяжело опуститься на его ступени.
Я иду следом и присаживаюсь рядом.
– Этот придурок, в смысле, Антон, – глухо рассказывает Гор. – Познакомился на днях с какими-то левыми парнями, и те затащили его вчера в Гранж – ночной клуб средней паршивости в городе. И всё у него было нормально, развлекался себе с ними, а потом… Потом на него наехал какой-то парень. Избил его. И не думай, что это была равноценная стычка двух пьяных придурков. Антона удерживали двое других, пока третий избивал его до потери сознания.
– С ума сойти… – выдыхаю я обескураженно. – Но… С чего ты взял…
– Антон его узнал, ясно? – разворачивается Гор ко мне, вновь пылая гневом. – Видел его у твоего дома днём. Парень на байке! Так ты мне скажешь, как его найти?
До потери сознания… Костяшки. Я видела, что у Саввы разбиты костяшки пальцев. Неужели?..
– И что ты ему сделаешь? – осторожно интересуюсь я.
– Ладова, ты серьёзно решила связаться с таким парнем? У вас у обоих с Лизой поехала кукуха по жестоким придуркам?
– Брось, Климова ты так зовёшь только потому, что он отбил у тебя подружку, – нервно усмехаюсь я. – Что касается… Я не знаю, где он живёт, – нагло вру я, потому что не хочу, чтобы Прибрежных заявился в бар Дениса и Риты. Да, именно по этой причине я вру. – Мы и виделись с ним всего пару раз. Я и не рассчитывала, что у наших отношений есть будущее, так что… Прости, Гор, ничем не могу тебе помочь.
Я поднимаюсь на ноги, чтобы зайти в дом. Мысли в голове лихорадочно мечутся от одной к другой, и опять по кругу. А
