он наклонился к моему лицу, отчего я даже ощутила потоки воздуха, который он шумно выдыхал. Ну прям как бык, который хочет напасть на обидчика. И, похоже, обидчиком он считал меня.
— Что, думали, на пару с нянькой я вас найти не смогу? А что так денег мало запросили? — стоило ему шевельнуть рукой, как я тут же дёрнулась, съежившись, а он вытащил из кармана потрёпанный листок и замахал им передо мной.
— Я не понимаю о чём вы, — заблеяла я, пытаясь вникнуть в то, что он говорил.
— Ах, не понимаешь… — его губы скривились в злой усмешке, отчего лицо стало слишком страшным. А потом его прорвало. Причём с каждым произнесённым словом громкость его голоса увеличивалась. В конце концов мужчина перешёл на крик. — Так я тебе подскажу. Твоя подельница украла ребёнка и потребовала выкуп у древнего магического рода, после чего благополучно скрылась от магического поиска и на протяжении месяца ей удавалось водить нас за нос! Но потом мы смогли прорваться, догнать её, и тут, к нашему удивлению, обнаружили, что ребёнок находится в других руках. Тогда она созналась, что ей заплатили за похищение, и сына она оставила заказчику. Пришлось полностью вытряхивать ей мозг, чтобы выяснить подробности. И вот я здесь! Всё ещё не понимаешь?!
— Хватит на меня кричать! — заорала ему в ответ. — Ой, простите, я не хотела… Хотя нет, хотела! Вы ведёте себя просто ужасно и своими криками пугаете ребёнка, — тут я посмотрела на улыбающегося Кида и поняла, что аргумент так себе. — Ну помощницу точно запугали.
Оли и правда вид имела бледный и напуганный. При этом она всё косила взглядом на дверь, словно хотела сбежать, да боялась пошевелиться.
— И всё равно я вас не понимаю, — тихо произнесла я, посмотрев на мужчину. — Ребёнка мне оставили в кондитерской вот у того столика. Никого я не крала и не собираюсь. Вас я вообще впервые вижу. Дальше Гаруна никуда и не выбиралась. Ещё могу добавить, что я сама пыталась найти его родственников, и если вы сможете доказать, что являетесь отцом, то с удовольствием вам его отдам.
Мои слова заставили Кида плакать. Я попыталась его успокоить, но у меня ничего не получилось, а после и вовсе вырвали ребёнка из рук. И вот чудеса. Стоило малышу оказаться на руках этого мужчины, как он тут же перестал плакать. Зато принялся агукать, словно пытался пересказать случившееся. А тип с умным видом стоял и слушал.
— Майя, это, конечно, не моё дело, — тихо зашептала Оли, — но ты посмотри, как они похожи. Губы, нос, глаза. Ну а волосы могут со временем потемнеть.
Присмотревшись, поняла, что помощница права. Стоило ему перестать гневаться и орать, как черты лица преобразились, и теперь было видно, о чём говорила девушка.
Только вот сдаваться я просто так не собиралась.
— Если это ваш ребёнок, тогда скажите, как его зовут.
— Даже интересно, что вам это даст? Вы же не можете знать, правду я вам скажу или нет.
— Ну, я посмотрю на реакцию ребёнка…
Эх, и правда — зачем мне знать, как его зовут? Отдам ребёнка, и жизнь вернётся в былое русло. К маме съезжу, творца Хансо проведаю.
— Его зовут Кидрейн Зейсеки, — с гордостью ответил он. — А меня — Герард Зейсеки.
Вот ведь! Похоже, и правда отец. Пришлось посмотреть правде в глаза. Слишком уж ребёнок спокоен и быстро ушёл на ручки к другому. В то время как с ним только Оли нормально справлялась. Да и теперь понятно, почему он сразу стал отзываться на Кида.
— Что ж, раз вы нашлись, то можете забрать сейчас сына и попрощаться с нами. Думаю, так будет лучше всего, — я постаралась протиснуться между витриной и мужчиной, который и не думал двигаться.
Вместо этого он задумчиво посмотрел на меня и покачал головой.
— Пока я не удостоверюсь что ты ни при чём, даже и речи не может быть о том, чтобы мы ушли. Рисковать ещё раз ребёнком я не хочу.
— А как мне доказать? — я даже растерялась от такого.
— Придётся мне самому провести расследование. И если окажется, что ты хоть немного виновата, то судьба твоя будет незавидной. Поэтому лучше сразу признайся.
Ага, конечно. Даже если бы была виновата, то после такого точно молчала бы до последнего.
— Запретить находиться в городе я вам не могу, так что, если хотите, оставайтесь. А сейчас извините, но нам нужно работать… — я с намёком посмотрела на него, потом на дверь.
В ответ он странно ухмыльнулся и, развернувшись, ушёл.
Стоило только двери закрыться за ним, как тут же зашевелилась Оли. Было видно, что ей жутко интересно, что это сейчас такое было, но спросить она не осмеливалась. Поэтому она принялась наводить порядок в зале.
Я же прошла к двери и в который раз за эту неделю повесила табличку «закрыто». Не хотелось, чтобы кто-то помешал нам. Ещё нужно было выяснить, что такое разболтала Оли, чтобы всё продать.
— Так, теперь давай по порядку: что ты рассказала покупателям? — спросила я Оли, присоединяясь к уборке.
От вопроса она вздрогнула, ещё сильнее вцепившись в метлу, которой она сейчас выметала мусор из-под столов. Чуть-чуть помолчала, а потом всё же созналась.
— Я же подробностей не знала, а тут покупатели, и все нет-нет да и спросят про тебя. Я сначала молчала, а они просто уходили, даже ничего не купив. Не все, но многие. Ещё и амулет этот сломался. Я честно его даже не трогала, — голос у помощницы задрожал, словно ещё немного, и польются реки слёз.
— Успокойся. Он не сломался, а просто разрядился быстрее чем нужно. Я привезла новый, так что этот смогу съездить зарядить. И всё будет в порядке.
— Фу-ух, а я уж испугалась. Думала, опять останусь без работы.
— Давай теперь всё же вернемся к вопросу, — поторопила я её.
— Ах да. Ну они всё ходили и спрашивали, где ты, видела ли я твоего брата… Ну и я сказала, чтобы задержать их, что в семье у вас сложная ситуация и некоторое время малыш поживёт с тобой. А они! Они потом почему-то стали спрашивать про труп в лесу и не уехала ли ты на похороны. И каждый следующий посетитель всё
