недоумение, потом озадаченность, затем подозрение (с прищуром). После лицо мужчины разгладилось. Ещё мгновение, и он уже широко улыбается.
— А тебе бы хотелось? — всё так же с улыбкой спросил он, протягивая руку и хватая выбившийся из пучка локон. Я тут же затрясла головой, не в силах даже слово произнести. — Ну нет, значит нет, — сказал он и спокойно отошёл в сторону. А потом и вовсе ушёл в гостиную, оставляя меня одну в прихожей: — Так и будешь там стоять?
Я поспешила в комнату. Но не потому, что он позвал, а чтобы показать, что его я не боюсь.
Всё-таки они похожи, особенно когда улыбаются. Отец с сыном сидели на ковре друг напротив друга, собирали башенку из кубиков, после чего хихикающий Кид рушил её, а Герард складывал кубики заново. И так у них всё гармонично смотрелось, что я даже умудрилась почувствовать себя лишней в своём же доме.
Пришлось даже головой тряхнуть, чтобы вытеснить бредовые мысли. Я этот домик долго искала, уже привыкла к хозяйке и расставаться с ним не собираюсь. Поэтому прошла и села в единственное кресло. Приняла, как мне кажется, самую расслабленную позу, после чего решила вернуться к вопросу о проживании.
— Мистер… э-э-э… Герард. А когда вы собираетесь покинуть мой дом? — за всеми этими переживаниями совсем вылетела из головы его фамилия.
— Пока не знаю, нам тут нравится. Да, Кидрейн? — в ответ малыш заагукал и пополз по мне. Пришлось сажать к себе.
— Ну и где вы спать собираетесь? — прищурившись, я посмотрела на него. За спальню буду бороться до конца, пусть не думает.
— Знаешь, эта комната идеально нам подходит, — он обвёл взглядом гостиную. Видимо, понял, о чём я думаю, поэтому не стал даже претендовать на мою кровать.
И тут до меня дошло, что говорил он не только о себе, но и о сыне.
— Вы что, собираетесь ребёнка на пол укладывать? — ужаснулась я, как-то забывая, что у меня он тоже не всегда в кровати спал.
— Переживаешь? — бросил он взгляд в нашу сторону. — Не стоит. Мы найдём где спать. Лучше скажи, где у тебя запасы дров лежат?
Его слова меня рассмешили, но смех вышел какой-то нервный.
— Благодаря вашему сыну уже нигде не лежат.
— И? Где новые взять? — в его голосе проскочили требовательные нотки, отчего я тут же выдала:
— В лесу! Берёте топор и идёте в лес рубить дрова.
При этом я забыла уточнить, что в Чарисе есть гильдия дровосеков, у которой дрова и покупаются. А также не стала говорить, что эти самые дровосеки не очень дружелюбно относятся к людям, которые «лазают по их лесу и спиливают не те деревья, уничтожая хорошие молодые стволы».
— Хорошо, тогда с этим мы завтра разберёмся, — Герард поднялся с ковра и, подойдя ко мне совсем близко, отчего в моей неуёмной голове вновь заскакали всякие жуткие мысли, забрал ребенка к себе на руки. Замер на мгновение, а потом обратился3: — К тебе всегда так поздно гости ходят?
— П-простите? — вновь он нарушал моё личное пространство. От этого я начинала нервничать. Да и эти внезапные вопросы выводили из равновесия.
— Говорю, иди открывай. Гости к тебе пришли, — он наконец отошёл от меня, и тут же послышался требовательный стук в дверь.
Ну почему я никак не научусь закрывать калитку на засов? Раз, и никто не зайдёт. Я привычно ворчала себе под нос, пока шла к двери, где находился ну очень требовательный гость, не прекращающий стучать всё это время.
За порогом стояла хозяйка дома с крайне недовольным выражением на лице. Понятно, Ильда уже успела прибежать и выдать все новости.
Даже не поздоровавшись, она прошла внутрь, дошла до гостиной, где и застала Герарда с Кидом, после чего посмотрела на меня так, что мурашки табуном проскакали сверху вниз, а за ними и сердце ускакало в правую пятку.
— Ну и кто это? — ткнула она пальцем в сторону Герарда, при этом не отрывая взгляда от меня и даже не моргая.
— Брат.
— А что он тут делает? — продолжала она наседать. Я уже открыла рот, чтобы ответить, но меня опередили.
— Я тут поживу некоторое время, — начал он, но хозяйка и ему не дала договорить.
— Так, милочка, я тебя впустила пожить, цену поставила за одного человека. Ладно, я смирилась что ты притащила в дом этого… — тут она запнулась, но потом, взяв побольше воздуха в грудь, продолжила: — Но теперь припёрся отец. Вот пусть его забирает и убираются из дома. Или же тогда платите за каждого. По пятнадцать грохов.
— Но… Я столько за весь дом плачу! — тут уж я не сдержалась и возмутилась.
Теперь понятно, зачем она сюда пришла. Сорок пять грохов за две комнаты и кухню слишком много. Да за эти деньги я могла снять домик возле своей кондитерской, в хорошем районе и побольше размером.
— Либо так, либо пусть убираются сейчас же. А я прослежу.
Миссис Дворжак скрестила руки на груди и прислонилась к стене, всем своим видом показывая, что ни за что не сдвинется с места.
И хоть я и сама считала, что Герарду тут не место, но выгонять в ночь его с ребёнком мне показалось неправильным. Поэтому я начала судорожно вспоминать, сколько мы с Оли заработали за последнее время и есть ли у меня в шкатулке нужная сумма.
Эх, если я сейчас отдам ей такую сумму, то мне самой придётся месяц слухи про себя выдумывать и разносить по городу, чтобы посетители почаще заходили и было хотя бы на что поесть.
Я уж было хотела пойти за отложенными деньгами, когда зашевелился Герард. Он вышел из гостиной, подошёл ко мне и отдал ребёнка.
— Майя, идите с Кидрейном в комнату. Нам с этой милой мисс нужно поговорить.
От такого явного подхалимажа миссис Дворжак вся аж расцвела и безропотно дала себя увести в гостиную. Ну а мы с Кидом пошли в спальню. И как бы мне ни было любопытно, я решила из комнаты не выбираться. Ага!
Через пять минут я уже мерила комнату шагами. От кровати до окна четыре шага. От шкафа до двери три шага.
