Как я вообще дал уговорить себя вступить в наемную роту? Ну, положим, я еще в нее не вступил, но направлялись туда мы именно за этим. А какие варианты? – шепнул внутренний голос. И тут же, сам, ответил – никаких. В Агиле оставаться нельзя ни в коем случае. Уже сейчас там все стоит на ушах – стражники переворачивают вверх дном весь город… А как же! Ведь убили одного из них! На моей памяти, такое случилось только один раз. И даже самые стойкие и прожженные всеми ветрами судьбы люди отворачивались от того, что осталось от того убийцы, которого все равно нашли. Такая судьба ожидала бы и нас. А сейчас… Если стража еще не выяснила о нас все, то это вопрос не более часа–двух. Вскоре начнут трясти и преступный мир. Может даже доберутся и до самого Коня. Хотя, вряд ли. Скорее всего, сами стражники передадут нужным людям наше описание и Конь, узнав нашу троицу, тут же все сам и выложит. Кто мы, где живем, чем занимаемся и даже какого цвета мой ночной колпак. И, конечно же, пообещает всяческое содействие. К середине ночи нас будут искать уже не только стражники, но и все жители трущоб, весь преступный мир. Даже награду объявят… Так что, выход один – прочь от города! Только куда? В имперские Сток или Дегир? Ставлю саат против ногаты, что наше описание окажется там раньше, чем мы успеем преодолеть хоть треть пути до тех городов. Спрятаться в Гномьих горах? Это приговор. Остается только отправиться в земли Десяти Баронств. Хоть они также входят в Империю, но, поскольку это пограничные с эльфами земли, имперские законы там мало весят. В прямом смысле. Царь и бог на своей земле – барон. Нет, он платит, конечно, налоги Императору и несет другие повинности, но то ведь Императору! Думаю, если бы мы отправились в Баронства, то расстались бы со всем, стоящим хоть сребреник, имуществом на первой же заставе. А еще есть очень большой шанс, что весть о награде за наши головы дойдет и до тех краев. И ждет нас тогда дорога дальняя, связанными и в какой‑нибудь клетке. И закончится эта дорога во все тех же подземельях Агила. Нет, если и уходить (а других вариантов все же нет), то только в роту. И слава Дарену, что такая возможность подвернулась…
Очередной поворот дороги, и впереди показались стройные ряды палаток. Вот и лагерь наемников. Мы остановились. Точнее – остановились мы с Червем и Черным. Лосик и Крин успели сделать еще несколько шагов, прежде чем заметили, что мы отстали. Тогда они тоже остановились и, понимающе переглядываясь, принялись нас поджидать. А мы стояли и смотрели на место, которому предстоит стать нашим укрытием. Честно говоря, такое зрелище, как лагерь наемников, я видел впервые. Нет, не подумайте, что я вообще солдат не видел. Еще в детстве мы с мамой ходили смотреть на остановившийся у стен города легион. Тогда весь город шумел о том, что эльфы таки прорвали линию фортов на Западном Заречье и только объединенными усилиями всех Десяти Баронств удалось удержать этих тварей от разрушительного похода на север. Поговаривали тогда, что Империи пришлось даже обращаться за помощью к магам Мерцающего острова! Вот тот легион и направлялся тогда на замену погибшим в пограничных фортах. Ну и еще, раз в год через Агил проходили отдельные сводные когорты – на замену погибшим и отслужившим свой срок легионерам. Но те надолго не задерживались.
В отличии от увиденного мной в детстве лагеря легионеров, лагерь наемников производил не такое сильное впечатление. А может быть дело в том, что я просто повзрослел? Помню, в лагере легиона, расположившемся на большом лугу, неподалеку от пригорода, стояли ровными рядами большие белые палатки, по образовавшимся между ними улочкам расхаживали часовые… Здесь же, на первый взгляд, было обычное сборище разномастных палаток и шатров, большинство из которых пестрели заплатами. Я даже заметил два простых навеса – видимо, кто‑то решил не утруждать себя установкой палатки в жаркую погоду и просто вбил в землю два колья, на которых растянул полотнище. Или у обитателей этих навесов просто не было палатки? Солдаты, которых, кстати, было не особо много, тут и там сидели в теньке. Кто‑то что‑то ел, кто‑то пил из фляжки (судя по тому, как один поморщился после очередного глотка – там вряд ли была вода)… В общем, не военный лагерь, а какой‑то табор. А потом, когда мы подошли поближе, я заметил кое–какие мелочи. Во–первых, палатки стоят не как попало, а в шахматном порядке. Зачем так сделали – не знаю. Все‑таки военное дело до сих пор не входило в число моих интересов. Во–вторых, я обратил внимание, что замеченные мной наемники прохлаждаются в теньке группками, строго по три человека. Нет, в некоторых группах людей было и больше, но, если «лишние» в них одеты как попало, то трое обязательно, не смотря на жару, были в доспехах и при оружии. И, кстати, ни один из тех, которые в доспехах не пил. Очень похоже на сидящую по периметру лагеря охрану. Подошли еще ближе – стали слышны звуки лагеря. Среди смеха и гомона разговоров особо выделялась доносящиеся откуда‑то, с противоположной стороны, команды, сильно разбавленные руганью.
— Обождите здесь. – мы, ловя на себе любопытствующие взгляды, поплутали немного между палатками и остановились у большого шатра, в который нырнули Лосик и Крин.
Вокруг ничего, кроме стенок других палаток и шатров, не видно. Только неподалеку сидит очередная троица и что‑то бурно обсуждает, да откуда‑то справа поднимается столб дыма и доносится запах жарящегося мяса.
— Не дождется меня Лара… – почему‑то сказал я. Нахлынула жуткая ностальгия по дому. Не по той комнате, которую мы снимали, а по самому Агилу. Дарен, да я готов даже вернуться в трущобы, но остаться в городе, в котором провел всю свою жизнь! Куда меня несет? Я же и был‑то за городом последний раз только в детстве, когда по чужим огородам пропитание искал! Но путь назад закрыт так же надежно, как раньше для меня был закрыт огражденный замковой стеной Внутренний Город.
— Новую найдешь. – пожал плечами Червь. – Баб что ли мало?
Пока я раздумывал что бы ответить, подошел Черный и, без слов, просто положил руку мне на плечо. Глядя в глаза. И было в этом взгляде все – и прощение за тот удар, который я сгоряча нанес другу, и извинения за то, что мне пришлось покинуть мой дом. Я улыбнулся ему. Потом Червю. В конце концов, подумал я, если друзья рядом, то дом – везде.
— Эльзиарово отродье! – от рева, неожиданно раздавшегося из шатра, в котором скрылись Крин с Лосиком, мы чуть не попадали с ног. – Какого эльфа…
Поток ругани перемежался с бессвязным ревом, и чего в том оре больше – рева или ругани – я затруднюсь ответить. Послышался звонкий хлопок оплеухи. Еще один. Что‑то разбилось… Из шатра вылетел красный, как рак, Крин. Вылетел в прямом смысле – спиной вперед. Чуть не завалив, при этом, весь шатер. Он растянулся у наших ног – я еле успел отскочить в сторону – но, мгновенно, снова вскочил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
