– Получилось, – усмехнулась она. – Северный ветер известный шалун – никогда не откажется украсть невесту. И если сейчас просто уносит из дома и оставляет где-нибудь, то раньше приносил в свой дом в небесах. И ой что делал, что делал!
Моя без пяти минут новая родственница совершенно развратно подмигнула, а фрейлины за ее спиной захихикали.
– Но как-то раз он украл не кого-нибудь, а невесту первого Неблагого короля. Того самого… легендарного. Того, чье имя история таит, но чьим наследием мы пользуемся до сих пор. Ходят слухи, что его женой должна была стать принцесса фоморов. Первая попытка примирить народы…
– И что было? – затаив дыхание, спросила я.
– Ветер украл невесту… Король разозлился и бился с Северным… – напевно говорила Плетущая, разворачивая меня к себе и начиная колдовать над лицом. – Они сражались день и ночь. Сходились в Имболк, так как именно в этот праздник сильнее всего и Неблагой Король, и Северный ветер. Морозы стояли такие, что скалы трескались. Но победителя не было, ибо равны оказались их силы. И тогда понял безымянный ныне король, что правдой не победить ему. Нашел он замок ветра и пришел туда в летнюю пору, пока крепко спал Северный в ожидании своего времени. Одна оставалась в доме прекрасная фоморка, успевшая полюбить своего похитителя… скучала, тосковала. И вдруг увидела на пороге красивую девушку, попросившую у нее приюта. Как не приблизить к себе заблудившуюся фейри? Как не соблазниться диковинками, что она показывала? Фоморы в то время были диким племенем… любой ерунде удивлялись.
– А что за фейри-то? – не утерпела я, не в силах понять, что за новая героиня появилась на страницах рассказа. – Ну, та, что пришла!
– Не та, а тот.
– Король?! – дружно и громко ахнули все фрейлины.
Я обвела их изучающим взглядом и не удержалась от шалости:
– А вы что хотели? Мы же говорим о великом и почти всемогущем правителе! Если он хочет обратиться женщиной, то он это делает!
Хотя к первому из великих все равно много вопросов, конечно. Да и сомнительно, что высшие леди фейри не знают этой легенды…
– Права ты, Элла, – подмигнула мне Эйворна. – Неблагой король провел рядом со своей несбывшейся невестой несколько месяцев. И влюбился в нее еще больше. Темная страсть полыхала в душе, не давала мира разуму, заставляла забывать про все на свете. Даже про гейсы. Королю пришлось лгать ради своей любви…
Она замолчала, а фрейлины дружно загомонили, обсуждая, стоит ли какая-то там любовь возможного уродства и как бы поступили они сами, если бы в них влюбился такой мужчина.
А я… а мне казалось, что где-то я уже слышала о таких гейсах. И о том, что нельзя фейри врать, иначе усугубится физический изъян…
Меня осенило. Рывком, озарением. Я по-прежнему не помнила имени, я по-прежнему не знала, КТО именно пытался принести меня в жертву, приковав к Легендарному Ясеню. Но одно я вспомнила. Он мне лгал. В лицо.
– Что же дальше, леди Эйворна?
– Король сказал, что знает дивное вино. Выпьешь его – и получишь силы. И по счастливому стечению обстоятельств, одна маленькая бутылочка этого винца у него как раз с собой, и, разумеется, он с радостью подарит его своей прекрасной спасительнице. Хотя если верите мне, то знайте: девочки-фоморки, конечно, яркие, но варварки те еще! Ничего прекрасного в ней быть не могло по определению!
Я мимолетно успела удивиться тому, что королевская бабушка знала фоморов. А заодно прониклась уважением к прожитым годам и наверняка обретенной по этому поводу мудрости.
– Ну а финал этой истории предсказуем. Фоморка подала вино Северному ветру накануне очередной битвы в день Имболка. Но оно подтачивало силы, а не придавало их. Победил в той схватке первый из великих Неблагих королей. Убить не смог, все же стихийный дух – это не простой фейри, но развоплотил так, что Северный потерял и магию, и почти всю память. С тех пор летает, стучит в окна, ищет свою принцессу… и да, ворует тех, кто покажется похожей на нее…
Все дружно посмотрели в окно. Не знаю, кому как, а мне природного духа было очень жалко.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– А что с ней случилось? – спросила я. – Она так и осталась в том замке? Или король все же женился на ней?
– Нет, девочка моя, не женился. Узнав о том, что Северный проиграл, принцесса фоморов бросилась со скалы. Разбилась, рассыпалась, и отныне на том месте растет цветок с семью лепестками, которые могут исполнять желания сердца. Лишь сердца, нельзя попросить ничего относящегося к наживе или к разуму.
– А король?
– А что король? – хмыкнула леди Эйворна. – Отразилась на нем ложь и хитрость. Лицо стало уродливым, а дивным народом не может править некрасивый король. Потому на трон взошел новый правитель.
Вот уж не думала, что странное требование фейри к внешности королей имеет такую природу. Ведь действительно, если лорд уродлив, то это значит лишь одно.
Он лжец и предатель.
Я посмотрела на леди Эйворну и резюмировала:
– Прекрасные у вас сказки в предверии бракосочетания. Оптимистичные.
– Я рада, что тебе нравится, – невозмутимо ответила она. – А теперь вставай и снимай свои человеческие вещи – пора надевать платье.
Когда на мне затягивали шнуровку, я впервые обратила более пристальное внимание на то, как были одеты мои фрейлины. Максимально закрытые наряды из дорогой, но простой ткани, без всяких узоров или кружев. А на головах – тончайшие покрывала, скрывавшие волосы. Единственным украшением фейрийских леди, кроме их естественной красоты, были обручи, которые и прижимали платки. Кованые, с разнообразными узорами и орнаментами, украшены драгоценными камнями – но в тон платьям, которые были все, как одно, темные, хотя и разных оттенков. В тонком обруче королевской бабушки сиял лишь один камень – ровно посередине лба, дымчатый, мерцающий, прозрачный…
– А почему вы… в таком виде? – спросила я у статс-дамы, кивая на ее наряд.
– Так принято, моя леди, – с поклоном ответила та. – Королевская свадьба – мероприятие со строгим регламентом. На церемонии все должны быть одеты максимально строго.
– Даже есть специальный крой нарядов, – вновь вмешалась Эйворна, которая оттеснила стоящую за моей спиной фрейлину и сама взялась затягивать корсет. Притом подошла к этому делу с таким рвением, что ослабила лишь после того, как статс-дама осторожно сказала, что вроде бы бледно-зеленый не является разновидностью здорового цвета лица у смертных.
Кстати, кроме платьев, оказывается, регламентировалась еще и обувь. Без каблуков!
Как понимаю, было сделано все, чтобы на свадьбе блистала лишь будущая королева. И, взглянув в зеркало, я поняла, что задача выполнена.
Белоснежное платье спускалось до пола, мягко обнимая фигуру, и оканчивалось вровень с носками туфелек, удобных настолько, что они практически не ощущались на ноге. Мне казалось, что, как в старых сказках, я смогу плясать в них всю ночь и не знать усталости.
Но самым удивительным были надетые на меня украшения. Они состояли из черных, затейливо переплетенных цепочек. На местах их скреплений сверкали черные же алмазы…
– Осколки Кристалла Ночи, главной реликвии Неблагого Двора. Церемониальные украшения королев, – тихо проговорила бабушка Кэйра, застегивая на мне ожерелье.
А потом достала из ларца головной убор. Он состоял из такой же цепи, которая венцом ложилась на голову, а от нее уходил десяток более тонких. Звенья цепочек переплетались с моими волосами, создавая странный образ.
Белое платье, черные узоры на нем. Белокурые волосы, антрацитовые нити в них…
Мне казалось, что я вижу в зеркале именно образ… не себя.
– Ты действительно прекрасна, девочка, – довольно улыбнулась Плетущая, отступая в сторону и оглядывая меня с головы до ног. И резко бросила свите: – Время идти в тронный зал!
Все словно только этого и ждали. Фрейлины вышли из комнаты и построились в коридоре, который словно стал шире и выше. Королевский сид постарался на славу! Буквально преобразился, прекратив менять свой дизайн, не играя больше размерами и пространством… став строгим и торжественным.
