удар ждал отца впереди. Я заявила, что у меня нет лекарств от простуды, и мне нужно к врачу, потому что с моими слабыми ушами, которые всегда принимают на себя удар после начала простуды, лучше не шутить. Поскольку медицинская страховка еще не была готова, с папой почти случилась истерика.
– Ты знаешь, что прием у врача стоит 25 евро? Я разорен!
Но я так требовала от него, что в конце концов отец согласился повезти меня к доктору.
Пока я кое-как от слабости из-за температуры одевалась, папа внизу разговаривал сам с собой.
– Ну что Вилар, тяжело? Правда, это дерьмо? А? Конечно, это дерьмо.
Мы приехали в поликлинику в соседнем городке, которая называлась «Дом здоровья». Папа решительным шагом подошел к регистратуре.
– Здравствуйте! Мне нужен врач.
– Добрый день, – улыбнулась сидящая за стойкой девушка-подросток. – Какой вам нужен?
– Любой, но я тут у вас уже однажды был, и мне попался какой-то румын. Не смейте давать мне его, это ужасный врач!
Девушка выдавила новую улыбку и позвала кого-то. Из-за угла появилась женщин постарше.
– Добрый день, что за проблемы?
– Мне нужен нормальный врач, а не тот румын, он мне ничем не помог! – почти кричал папа.
– Хорошо, хорошо, вот есть один доктор, к нему в очереди уже три человека.
– А можно кого-то, у кого в очереди поменьше людей?
Женщина посмотрела в компьютер.
– Да, есть один врач, он начнет прием через двадцать минут, но вы будете к нему первые.
Папа подозрительно смотрел на нее.
– Это очень хороший врач, – почти перепугано заверила его женщина.
– Ну ладно, давайте нам его, – сказал батька с полным недоверием и к женщине, и к врачу.
– Идите вон туда, – женщина показала на коридорчик с цифрой один на стене, справа от нас.
– Куда? Туда? – отец свернул налево и уверенно пошел.
– Нет, вон туда, – закричали обе работницы.
Мы прождали двадцать минут, и нас пригласил к себе симпатичный врач. В кабинете мы сели за стол, врач начал спрашивать мои данные и забивать их в компьютер.
– Понимаете, у нее еще нет страховки… – тут последовал длинный рассказ о моих путешествиях во Францию, который папа пихал повсюду, как я подозреваю, с целью похвастаться тем, насколько он крутой и мужественный: собственную дочь к себе перевез.
– Ничего страшного. Я возьму с вас плату за прием, но могу выписать лекарства на ваше имя, чтобы вам сэкономить, по вашей страховой карте вы получите их почти бесплатно.
– Это очень мило с вашей стороны, – ответил папа без всякой благодарности на лице. – Но я надеюсь, вы нам поможете, потому что я тут недавно был у одного румына, он просто отвратительный врач. Он сказал мне, чтобы я подождал, может, само пройдет, когда у меня нога уже две недели болела! Я так возмущен!
Отец наконец замолчал, и врач воспользовался этой паузой, повернулся ко мне и спросил:
– Так что у вас случилось?
Я открыла рот, но тут вклинился батька.
– Нет, вы представляете, как этот румын меня оскорбил! И за прием я еще и должен был заплатить! Это просто неподобающе! – стукнул он кулаком по столу.
– Так что же случилось? – предпринял вторую попытку врач.
– Да я же говорю, нога две недели болела…
– Я про вашу дочь.
– А, – отец глянул на меня так, словно только что вспомнил о моем присутствии. – Она простудилась.
Сказав последнюю фразу, он отвернулся, будто не верил, что я действительно больна.
Врач тщательно меня осмотрел, собирался проверить горло, засунув мне шпатель в рот, от чего в панику впала уже я. Что-то, что лезет мне в рот, кроме еды конечно, – мой самый большой страх. На родине я договорилась со всеми врачами, и они смотрели мне горло просто так, без посторонних предметов, но как я попрошу доктора тут?
Он подошел ко мне со своим орудием пыток, я не могла раскрыть рта, и отчаянно замотала головой. К счастью, врач все понял без слов, и смог осмотреть меня и так. Хотя, я подозреваю, убедился, что у нас семья сумасшедших.
После этого он выписал мне лекарства на папино имя, отец с отчаянием достал из кошелька двадцать пять евро, и поскорее утащил меня из кабинета.
– Этот врач такой же, как и тот румын, – заключил батька в машине. – Не так уж ты и больна, он просто несет ерунду.
Однако лекарства отец мне все же купил. По возвращении домой я легла в кровать, а папа стоял надо мной и приговаривал:
– Давай пей свои таблетки, а то я тебя знаю, по врачам ходить хороша, а потом ничего не будешь лечить. Тебе принести еду сюда?
– Ну если можешь.
– Конечно, могу.
Следующие пятнадцать минут папа готовил еду в своем стиле: все грохотало, он матерился, кричал, ругался на всех языках, которые знал. Потом я услышала, как он поднимается по лестнице с тарелкой и шепчет:
– Как же меня все это утомило, за что же мне такое наказание?!
А меня впервые в жизни утомило болеть, потому, едва спала температура, я убежала на учебу и не пожалела.
День рождения
Дни рождения отец никогда не отмечал как-то необычно. Точнее сказать, он вообще никогда их не отмечал. Вот и на этот раз нас ждал обычный выходной.
С утра я вручила папе подписанную открытку. Он внимательно ее прочел, сообщил о нескольких ошибках, но признал, что в целом я неплохо пишу по-французски. Потом он объявил, что мы поедем в магазин, и он позволит мне там немного побродить.
– Что ты хочешь себе купить?
– Джинсы.
– Гриль? Какой еще гриль?
В истерике от смеха я закричала:
– ДЖИНСЫ!
– Стримфы? А что это?
Вместо ответа я набрала это слово в гугл-переводчике.
– Джинсы! Может, пишешь ты и неплохо, но говоришь как корова по-испански.
Пообедав в кафетерии, я пошла по магазинам и купила новые джинсы. После этого нас ждало крайне увлекательное дело: отец нашел вариант квартиры в поселке в 7 километрах от города за дешевую цену, которую можно было бы мне купить. И теперь мы собирались туда ехать и смотреть.
Пока мы шли к машине, папа отрыгивал и приговаривал:
– У меня заброс содержимого желудка в пищевод. Вот дерьмо. А это все ты виновата.
– Да ну? – я уже ничему не удивлялась.
– Ну конечно, ты ешь быстро, и чтобы поспеть за тобой, я тоже ем в спешке. А потом у меня вот такое, – и он снова отрыгнул. – У меня аэрофагия.
Насколько я знала, это явление называлось рефлюкс-эзофагит, но сейчас меня возмутило
