— Что я наделала? — прошептала я, и мой голос показался незнакомым даже мне самой.
На лице Моргана было какое-то странное, незнакомое мне выражение, и лишь через миг я потрясенно осознала, что это жалость.
— То, что нужно было сделать — ради всех нас. — Его тон был ровным и мягким. — Нельзя было оставить Барэка сомневаться, не использовали ли его, — ты ведь знаешь, что, несмотря на всю воинственность твоего кузена, он боялся этого ничуть не меньше нашего. И я лично не хотел бы разговаривать с ним и все время думать, кто может смотреть на меня из его глаз. — Мне не нужно было касаться мыслей Джейсона, чтобы разделить его воспоминания о Гистрис Сан, женщине, которую он по ее собственной просьбе убил, чтобы избавить от мучений, которые доставлял ей Йихтор, обретший над Гистрис ментальную власть.
Отстранившись, я опустилась перед клановцем на колени и осторожной на сей раз мыслью проникла в его разум. И похолодела.
— Я… Сознание Барэка повреждено, — сказала я наконец, подняв глаза на Моргана, бесцветным тоном. — Я действовала слишком грубо. Ему будет очень скверно, когда он очнется.
Джейсон понимающе кивнул и встал на колени с другой стороны безжизненного тела садд Сарка.
— Покажи, — велел он.
Несмотря на все обстоятельства, меня охватило предвкушение, которое я ощущала каждый раз, когда выпадала возможность снова ощутить ту разницу между нашими способностями. Среди всего прочего за прошедший год мы выяснили, что ментальная сила Моргана связана с эмпатической чувствительностью, которая делала его потенциально одаренным целителем душ. Подобный дар был истинной редкостью даже среди клановцев. В другой вселенной, возможно, Клан с радостью ухватился бы за эту его способность и отточил бы ее до совершенства. При существующем положении вещей Джейсону оставалось полагаться на свое природное чутье и те крохи знания, которыми владела я.
Я ощутила, как его руки легко легли на мои, и снова проскользнула в разум Барэка. Добравшись до наиболее поврежденного места, я вошла в него и почти с радостью принялась впитывать его боль. Сила Моргана смешивалась с моей, утешая, исцеляя, собирая в единое целое спутанные мысли клановца.
Когда все было готово, я почувствовала, что к моему кузену медленно возвращается сознание, и торопливо отступила. Прежде чем мне пришлось принять на себя его осуждение, взглянуть в его укоризненные глаза, я толкнулась и…
И бросилась на кучу душистых веток, подавляя волнение и раскаяние, пока у меня не кончились силы. Тогда я разрыдалась, оплакивая то, что сделала.
И, пожалуй, даже больше — я оплакивала ту, в кого превратилась.
ИНТЕРЛЮДИЯ
— Как ты себя чувствуешь?
Барэк устало потер глаза.
— Лучше, чем должен бы, — признался он нехотя. — Кто из вас?..
— Мы с Сийрой партнеры, — сказал Джейсон.
— Это человеческое понятие, — нахмурившись, заметил клановец. — Но в мой разум вторглась Сийра, она одна. Ее не волнует ни закон, ни то, что я ее родственник.
— Ты сам это предложил, — мягко напомнил Морган.
— Только как проявление доверия! — горько возразил Барэк. — Доверия, которое было грубо попрано! — Он поднялся на нетвердые еще ноги, пошатнулся, но протянутую руку Джейсона не принял, потом оглядел садик на крыше. — Где она?
Морган помолчал, вглядываясь в золотистую дымку, которая обозначала его присутствие в м'хире. «Здесь».
— Она там, где может укрыться от твоего осуждения, хотя и не от своего собственного.
Его кольнула тревога — Сийра покинула надежную защиту «Приюта». Хорошо, хоть клановец остался с ним.
— Своего собственного… — Садд Сарк содрогнулся. — Оссирус! Будем надеяться, что ее сила справится с любым осуждением.
В нем как будто что-то надломилось. Джейсон видел это, но в отличие от Сийры его не терзали угрызения совести. Барэк был разведчиком Клана, в его задачи входило взаимодействие с людьми и другими видами, и с разрешения и ведома Совета он, как и другие его сородичи, регулярно делал куда более предосудительные вещи с теми, кто догадывался о способностях Клана в м'хире — да и о его существовании вообще. На взгляд Моргана, действия Сийры и головная боль, которую сейчас в результате испытывал садд Сарк, в некоторой степени являлись воздаянием по заслугам. Сожалел он лишь о том, чего это стоило ей.
Джейсон склонил голову набок и с угрюмой улыбкой взглянул в мертвенно-бледное лицо клановца.
— Значит, тебе не понравилось. Радуйся еще, что она не нашла никаких признаков того, что твоими действиями управляет Совет. — Договаривать то, что и так было очевидно, он не стал.
Барэк словно и не слышал, погруженный в свои мысли. Потом медленно заговорил, как будто сам с собой:
— Если Сийра могла поступить так со мной, пожалуй, она составила бы Йихтору отличную пару. И кто тогда смог бы спасти нас от них обоих?
Несильная, но молниеносная оплеуха Моргана застала садд Сарка совершенно врасплох, и в его тусклых глазах вновь вспыхнула настороженность. Барэк прижал руку ко рту и дрожащими пальцами утер кровь, сочившуюся из разбитой губы.
— То-то же, — сказал Джейсон, в ответ на инстинктивно усиленную защиту клановца укрепляя собственные ментальные барьеры. — Ты хорошо меня знаешь, Барэк садд Сарк, — продолжал он, и в его памяти пронеслись все те годы, когда Барэк и его брат Керр были частыми пассажирами на «Лисе», годы, когда Морган обнаружил, что информация о Клане может быть весьма выгодным товаром, — свое кажущееся теперь очень далеким прошлое еще до того, как встреча с Сийрой навсегда изменила его жизнь. — Ты знаешь, что я не ограничен вашими методами — и вашими законами. И посоветовал бы тебе не забывать об этом.
— Я знаю, что ты защищаешь ее, — произнес клановец после долгого молчания, во время которого пытался прочитать что-то на непроницаемом лице Джейсона. Он сделал жест примирения, и этот ритуал, по-видимому, успокоил его — полагал ли он, что Морган поймет его значение, или нет. — Я уважаю права, которыми ты обладаешь как ее Избранник, — добавил садд Сарк и опустился на соседнюю скамью. — Возможно, мне стоило бы с таким же уважением отнестись и к твоему суждению. У меня самого голова сейчас работает не лучшим образом.
Напряженное лицо Джейсона слегка разгладилось.
— Я все равно чувствую — что-то такое надвигается.
Глаза Барэка на миг сделались отсутствующими. Он поморщился, потом удрученно проговорил:
— А я не чувствую ничего, кроме головной боли.
Морган какое-то время задумчиво смотрел на клановца.
— Знаешь, Барэк, Сийра проверяла мое предположение, а не свое собственное. Если причина беспокойства, которое я чувствую, не в тебе — я с готовностью перед тобой извинюсь. Если…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
