— О! — Рита улыбнулась. — А что именно вас интересует?
Мэтью удивленно покосился на нее, но все же решился спросить:
— Что Элен сказала про меня?
— Ах в этом смысле… Надеюсь, подробности вас не сильно расстроят?
— Рита! — Голос Мэтью прозвучал почти угрожающе.
— Ох, простите, просто не могу удержаться, ситуация такая забавно двусмысленная…
— Рита, — повторил Мэтью уже обиженно.
— Э-э-э… В общем, Элен просила передать… Даже не так, она просто велела передать, что вы можете считать себя абсолютно свободным.
— Понятно… — Похоже, новость Мэтью порадовала. — Только мне почему-то кажется, что выразилась она все же несколько не так. «Лучше Кен, чем этот старый зануда». Как-то так. Я прав?
Рита рассмеялась.
— Вы почти угадали. Было еще кое-что, но я вам этого пересказывать не буду.
— Спасибо, — искренне поблагодарил ее Мэтью. — Подозреваю, что она была откровенна и откровения эти нелицеприятны.
— Ну, не настолько… Но пересказывать все равно не буду. — Рита поняла, что просто сняла с его души камень, и тепло улыбнулась. Приятно сделать человека счастливым, особенно если это ничего не стоит.
Зазвонил мобильный. Рита извлекла телефон из сумочки.
— Элен.
Мэтью вежливо отошел за пределы слышимости и остановился под фонарем.
— Мама, все нормально, мы устроились на первом привале, — зачастила дочь в трубку. — Не волнуйся, отдыхай. Тут такие красоты! Может, съездим сюда зимой, покатаемся на лыжах? А? Ну, это мы в Лондоне решим, а пока мы поставили палатки на лужайке, откуда открывается фантастический вид! Тут рядом кемпинг.
— Хорошо. Смотрите там, без буйства, не загремите откуда-нибудь.
— Нет проблем, буду тише воды ниже травы и ходить буду, только пристегнувшись ремешком к Кену, — легко согласилась Элен. — Что, не выгнала Мэтью? Как он там, бедненький?
— Нет и хорошо, — спокойно ответила Рита.
— А! Ну тогда удачи.
— Элен, твоя прямолинейность — это что-то!
— Хм, а зачем лицемерить? Вы двое взрослых, у вас полно общих интересов, так что он может расточать тебе старомодные комплименты и дарить цветы, стоя на коленях.
— Как-то ты совсем нас в пенсионеры записала.
— Я шучу. Отдыхай, мам!
— Хорошо. Звони иногда.
— Обязательно! — горячо пообещала Элен и отключилась.
Рита затолкала телефон в сумочку и помахала рукой Мэтью.
Он подошел и как-то неуверенно взглянул на нее.
— Все в порядке?
— Да, само собой. — Рита чуть помедлила. — Домой?
— Можно, — легко согласился Мэтью. — Хотя еще рано для отхода ко сну.
— Кино посмотрим, у нас полно дисков. Или включим телевизор, тут есть спутниковая антенна, можно поймать передачу хоть из Зимбабве.
— Тоже вариант, — кивнул он.
— Вы не против, если я начну называть вас по имени? — спросила Рита. До сих пор ей почти всегда удавалось избегать прямых обращений. — Живя в одном доме, называть друг друга «мистер» и «миссис» еще две недели — тоска зеленая.
— С удовольствием. Я человек простой. Со студенчества никого не называл официально, кроме деловых партнеров, так тяжело все время это контролировать! Может, от недостатка воспитания…
— А может, от избытка здравого смысла. Я, наверное, тоже невоспитанная и невежливая, официально обращаюсь только к пациентам.
— Рита, твое воспитание, сдержанность и чувство такта просто выше всяких похвал. На твоем месте я бы всю компанию выставил из дому еще в первый же день.
— Была такая мысль, но…
— Прости, мне действительно не стоило пользоваться твоим гостеприимством.
— Ой, Элен сопротивляться невозможно! — отмахнулась Рита. — Забудь, переверни страницу.
— Хм. Здраво. Привлекательный подход. Надо взять на вооружение.
— Как угодно! — засмеялась Рита. — Домой к телевизору?
— Домой, — согласился Мэтью и предложил ей руку.
Рита легко коснулась его рукава, и они пошли обратно к дому.
7
По телевизору ничего не показывали, то есть не показывали ничего интересного. Английские каналы пестрели новостями и прочими говорящими головами, по французским шли фильмы, но все дублированные. Для английского уха французская речь из уст Шварценеггера в роли Терминатора звучала странно, если не сказать больше.
Рита прислушивалась, потом покачала головой.
— Когда-то я учила язык, но все забыла.
— А я вот еще помню.
— Я видела, как ты штудировал французскую прессу.
— Да, но мой разговорный далек от совершенства.
— А разве обязательно все делать в совершенстве?
— Я думаю, к этому нужно стремиться, — серьезно заметил Мэтью, — хотя достичь этого призрачного совершенства не всегда удается.
— И не всегда нужно.
— Ты о чем?
— Ну… — Рита поудобнее устроилась в кресле. — Бывает, что ты гонишься за какой-то целью, стараешься достигнуть вот этого самого совершенства, а потом оказывается, что тебе вовсе не это было нужно.
— А жизнь проходит…
— Да, и времени остается все меньше.
Они понимающе посмотрели друг на друга и одновременно улыбнулись.
— Ну что, будем кино смотреть? — Рита встала и подошла к стойке с дисками.
— Я не против.
— Только не боевик.
— Я тоже не люблю боевики.
— Странно! Мне казалось, что все мужчины их любят.
Мэтью улыбнулся.
— Я пацифист.
— А как же мир после ядерной войны, алюминиевая посуда? — поддразнила его Рита.
— Одно другому не мешает.
— Тогда у нас есть на выбор: фантастика, романтические комедии, триллеры и мультики.
— А что предпочитаешь ты?
— Если честно, я бы посмотрела романтическую комедию. — Рита извлекла из стойки диск и помахала им. — Вот, например. «Неспящие в Сиэтле». Том Хэнке, Мэг Райан… Очень люблю этот фильм.
— Женское кино? — с юмором подметил Мэтью.
— До самых титров, о да. Ты его видел?
— Давно. Молли любит этот фильм, однажды показывала и мне. И Линде, моей бывшей подруге, он нравился. Так что я не против.
— Удивительно. Мужчины обычно не любят романтические комедии.
— Особенно я, владелец постапокалиптического интернет-кафе, да? — Мэтью покачал головой. — Стереотипы иногда сильнее нас. Включай.
Рита думала, что он заскучает, и украдкой посматривала на него, пока шел фильм. Затем отвлеклась, в который раз погрузившись в происходящее на экране. Полтора часа пролетели незаметно, под конец Рита едва удержалась, чтобы не всплакнуть.
— Да, это женское кино, но очень хорошее, — заметил Мэтью, когда начались титры.
