Полли решила не обращать внимания на его сарказм:
— Просто не подходите к ним слишком близко. Они боятся акул.
— Я не акула, мисс Принс.
— Вы просто проглотили компанию моего отца, поэтому простите, что я с вами не согласна.
— Мы оба знаем, что меня не интересует компания вашего отца.
— И это плохо, потому что вы уже связались с нами. — И вдруг все происходящее показалось ей забавным. — Вы застряли с нашим розовым, пушистым, любящим рыбок подходом к бизнесу, а мы застряли с вашими правилами «пустые столы, взгляд перед собой, никакого смеха». Нас ждут интересные времена.
Полли вдруг почувствовала себя слишком усталой, чтобы спорить, поэтому быстро положила розовый блокнот под папку, надеясь, что Дэмон его не заметит.
— Могу я получить свою ручку назад, пожалуйста?
Он помрачнел, и она задумалась, что же такого сказала на этот раз. Наверное, он считал ее полной дурой.
— Вы не можете перестать хмуриться? Меня это очень смущает. Мы привыкли работать в дружелюбной атмосфере.
Дэмон долго смотрел на нее и наконец положил ручку на стол:
— Вы говорили с отцом?
— Нет.
— Он вам когда-нибудь звонит?
Этим предложением он воткнул нож в самую больную ее рану. Стараясь скрыть от него свои чувства, Полли опустила глаза:
— У нас разные жизни. Это все? Я очень занята.
Он немного помолчал, а потом очень удивил ее, сказав:
— Вы выглядите очень уставшей. Вам нужно остановиться на сегодня.
Это замечание согрело Полли изнутри и напугало гораздо сильнее, чем та власть, которой обладал Дэмон. Она ни в коем случае не хотела думать о нем как о человеке, способном на сострадание.
— Я не могу остановиться. Мой босс считает, что я лентяйка, и мне нужно сделать еще миллион звонков до ухода домой.
— Вы не можете идти домой. — Он взял плюшевого медведя с ее стола и посмотрел на него. — Возле входа толпа журналистов, они ждут кого-то из нас, чтобы задать сотни вопросов.
Полли вырвала медведя из его рук:
— Я их не боюсь.
— Я не говорю о нескольких некорректных вопросах. — Дэмон продолжал рассматривать медведя, словно отказываясь верить своим глазам. — Я говорю о толпе людей, страждущих раздуть скандал. Вы и плюшевый медведь можете остаться сегодня в квартире. — Он достал пластиковую карту из внутреннего кармана пиджака. — Вам надо доехать до верхнего этажа на лифте. Этим откроете дверь. Система охраны сложнее, чем в Британском банке. Там вы будете в безопасности.
Он предлагал ей убежище от прессы? Неожиданный жест сбил Полли с толку. Если она останется в здании, значит, сможет продолжить работу.
— Ну, это… если вы… Спасибо, — хрипло пробормотала Полли. — А как вы собираетесь избежать их?
— Моя машина на подземной стоянке. — Он посмотрел на часы. — Мне нужно идти. Завтра мы поговорим о вашей презентации. У меня есть вопросы.
— Но завтра я еду в Париж на встречу с клиентом.
— Во сколько ваш рейс?
— Я не лечу, я еду на поезде. Он отправляется в семь тридцать. А встреча вечером. — Понимая, как это звучит, Полли поспешила пояснить: — Они перенесли встречу после того, как я купила билет.
— И вы подумали, что у вас будет день в Париже.
Короткий момент гармонии разрушился, и на его лице снова отразилось презрение. Постоянное неодобрение стало последней каплей в этом напряженном дне, и она гневно посмотрела на него:
— Это был экономкласс, и я не могла поменять билет.
— Я видел ведомость расходов компании.
— Нет, вы видели ведомость расходов совета директоров.
— С кем вы встречаетесь в Париже?
— Жерар Боннель, вице-президент маркетингового отдела «Сантен». Он присутствовал, когда мы выиграли тендер. Теперь он хочет рассмотреть наше предложение.
— Вы не можете встречаться с кем-то вроде Жерара сами. Я поеду с вами. И ради бога, наденьте костюм.
Полли открыла рот, чтобы возразить, но Дэмон уже шел к лифту.
Ее уверенность поколебалась, и, глядя ему вслед, Полли решила, что скорее выколет себе глаз, чем будет спать в его квартире. И что с того, что на улице ждут несколько журналистов? Она уже общалась с ними прежде.
Полли поработала еще час, а потом поднялась, надела сапожки, положила телефон в карман и насладилась медленным движением лифта вниз. Ее ужасала перспектива ехать в Париж с Дэмоном Дукакисом. Она просто хотела продолжать работу и как можно меньше видеться с ним.
Она как раз размышляла о том, сможет ли скрыться от него на вокзале, когда двери лифта открылись в фойе.
Она посмотрела на охранника, разговаривающего с группой людей, и вышла на улицу, где ее моментально окружили.
— Полли, вы можете сделать какое-то заявление о поглощении компании вашего отца Дэмоном Дукакисом?
— Вы разговаривали с отцом?
— Правда ли, что у него связь с сестрой Дэмона?
Чей-то локоть ударил ее по почкам, Полли моргнула и повернулась:
— Смотрите, куда…
Она потеряла равновесие в толпе и упала на что-то твердое и холодное. Последовала вспышка, и по лицу потекло что-то горячее и мокрое.
«Кровь», — подумала она, и все потемнело.
Глава 4
— Больница? Какая?
Оставив свою девушку, Дэмон положил телефон в карман и направился к лимузину, а его охранники расчищали дорогу от толпы журналистов, следивших за каждым его шагом.
— Она сильно ранена?
— В больнице отказались давать информацию, сэр. — Франко, его водитель, умело маневрировал по дороге. — Просто сказали, что у нее травма головы и они оставили ее на ночь под наблюдением.
Дэмон снял бабочку и откинулся на сиденье, стараясь справиться с переполняющей его злостью.
Почему Полли вообще вышла из здания? Он дал ей четкие указания оставаться внутри. Указания, которые она явно проигнорировала.
Эта девушка — настоящая катастрофа.
— Позвоните в прессу анонимно, Франко. Сообщите им, что она в больнице.
Водитель посмотрел на него в зеркало заднего вида:
— Они ее туда отправили, сэр.
— Я говорю не про таблоиды, а серьезные печатные издания. Позвоните в новости. Скажите им, что мисс Принс тяжело ранена и мы не знаем, как долго она пробудет в больнице. Воздержитесь от подробностей, но постарайтесь, чтобы все звучало пугающе. Я хочу, чтобы эта информация попала в ближайшие выпуски. С картинками, я хочу, чтобы они знали, где она.
Разумеется, как только Питер Принс узнает, что его дочь в больнице, он перестанет прятаться.
Дэмон пытался расслабиться, размышляя о том, насколько выгодными для него могут оказаться последние события, но не мог перестать волноваться из-за своей сестры, которая тоже не выходила на связь.
