— Да.
Даже несмотря на болтающуюся на шее бабочку и расстегнутую верхнюю пуговицу рубашки, он выглядел элегантно и красиво. И очень раздраженно.
Полли подумала о той женщине, которую он оставил посреди свидания. Кто она? Невероятно красивая, которая даже не подумала бы о розовых колготках и розовой ручке с перьями.
Она взглянула на его профиль.
До него никто никогда не приходил ей на помощь. Каждый раз, когда она падала с трамплина в школе и ломала руку, она возвращалась из больницы на такси, потому что никто не мог связаться с ее отцом. Смущенная своими чувствами, Полли быстро отвернулась. Она настолько привыкла спасать себя сама, что ей было непривычно отдать эту роль кому-то другому. И для нее было новым опытом благодарить кого-то за помощь.
— Вы можете вернуться и провести с ней остаток вечера. Еще не слишком поздно. Мне не нужна няня. Я просто приму ванну, смою кровь и все такое. Идите заканчивайте ваше свидание.
— Вам нужен присмотр, если вы решили попадать в переделки одну за другой.
Полли засмеялась и тут же пожалела об этом, потому что головная боль резко усилилась. Присмотр? За ней перестали присматривать, когда она была еще ребенком. Как только она научилась ходить, ее отец решил, что она сама может справиться со своими проблемами.
«Ищи выход, Пол!»
— Если вы не собираетесь лежать в кровати рядом со мной, я не представляю, как вы сможете за мной присматривать.
Когда их взгляды встретились, она пожалела о своих словах. В компании этого человека она пугающе спокойно думала о сексе, хотя обычно она вообще о нем не думала.
— Со мной все будет хорошо. Мне просто нужно обезболивающее и все. Для этого мне не нужна компания.
Она удивилась, поняв, как спокойно стало от мысли, что он будет так близко. Почему это имело какое-то значение? Она никогда ни от кого не зависела. И широкие плечи мужчины не означали, что на него можно положиться.
Полли с облегчением вздохнула, когда двери лифта открылись и она смогла отойти от него.
Как и все, она слышала о двухэтажной квартире, расположенной наверху здания. Когда башня Дукакиса только строилась, все обсуждали пентхаус с видом на Лондон со всех сторон, садом на крыше и встроенным бассейном. Но никакие слухи не подготовили ее к тому, что она увидела.
Она молча смотрела на мерцание огней города. Архитектор сделал все возможное, чтобы открыть максимальный обзор, но в то же время сумел создать домашнюю атмосферу, разделив пространство на отдельные части.
Полли никогда не видела столько стекла в одном месте.
— Здесь точно никто не будет страдать от клаустрофобии, — тихо проговорила она. — Потрясающе. Правда, замечательно.
— Мне нравится пространство. Моя вилла в Греции очень современная. Я люблю свет.
Он впервые сказал ей что-то личное, и Полли замерла, поняв, что совершенно не умеет вести непринужденную беседу с мужчиной.
— У вас есть вилла в Греции? Вам повезло.
«Господи, какая глупость».
Неудивительно, что Дэмон считал ее идиоткой. Он явно пожалел, что решил поиграть в няню, вместо того чтобы продолжить свидание с девушкой, которая умела вести разговор.
Дэмон указал в конец комнаты, где помещение сужалось:
— Вы можете воспользоваться гостевой комнатой. Я покажу.
Полли посмотрела на толстые белые ковры, устилавшие деревянный пол, и машинально сняла обувь. Следуя за ним, она чувствовала себя бездомной собакой, забредший в чужой дом.
— Невероятно… — Она осматривала большие роскошные диваны и завидовала.
Этому мужчине не приходится лежать по ночам без сна, размышляя о способах сохранить компанию на плаву.
Он заметил, что она смотрит на кухню.
— Вы хотите есть? Я попрошу повара что-нибудь приготовить.
— Только если он делает пасту с соусом из обезболивающего. Не хочу, но спасибо за предложение.
Только сейчас Полли заметила спиральную лестницу в центре комнаты. Освещенная небольшими лампочками, она казалась сказочной. Полли никогда не считала себя романтиком, но неожиданно подумала, нес ли Дэмон когда-нибудь возлюбленную по этой лестнице.
— Полли? — Его резкий голос вырвал ее из мечты.
Она покраснела и проследовала за ним в гостевую комнату. В современном камине мерцал огонь, а кровать стояла так, чтобы с нее открывался наилучший вид. Складывалось ощущение, что на каждом здании Лондона кто-то зажег яркие огни.
Ни один гость не захочет уезжать отсюда, подумала Полли.
— Ванная за этой дверью. У вас кровь в волосах. — Дэмон поднял руку, но тут же опустил ее, не решаясь прикоснуться к ней.
Непреодолимое сексуальное напряжение связывало их невидимой нитью. Он нахмурился и сделал шаг назад, когда они заговорили одновременно:
— Я не жду…
— Вам помочь?
Полли никто никогда не предлагал помощь, и это сбивало с толку, но не настолько сильно, как желание ответить согласием. Только мысль о том, что ей придется раздеваться перед ним, заставила ее отказаться:
— Теперь я справлюсь. Спасибо за беспокойство.
Может, Дэмон был безжалостен, но в то же время благороден. И ужасно, невыносимо привлекателен.
Дэмон нажал кнопку возле кровати. Манжета на его руке задралась, обнажив сильное запястье, покрытое черными волосами. В комнате появился экран телевизора, но Полли этого не заметила. Она завороженно смотрела на белый шелк и загорелую кожу.
Она тяжело сглотнула. Все было хуже, чем она предполагала. Она попала в беду, если сочла мужское запястье привлекательным.
— Я думаю, что информация о происшествии появится в новостях в течение часа. Если ваш отец их увидит, он свяжется с вами. Когда это произойдет, нажмите «два» на телефоне возле кровати.
Полли была так занята, представляя себя, как Дэмон выглядит обнаженным, что ей потребовалось время понять, о чем он говорит.
— Там не было телекамер. Просто фотографы и пара журналистов. Ничего не появится в новостях.
— Появится.
Смысл его слов медленно проникал в ее раненую голову.
— Но… Вы им сказали?
Картинки обнаженного тела мгновенно исчезли, как будто ее ударило током. Полли резко замутило, и щеки загорелись, будто она ужаснулась собственной доверчивости.
— О боже, вы воспользовались мной!
— Я не виноват в случившемся. Вы решили уйти из здания и столкнуться с журналистами. — Его холодный тон стал последней каплей.
Полли, которая все еще приходила в себя, осознавая, что его помощь была вызвана исключительно желанием связаться с ее отцом, схватилась за дверь ванной, чтобы удержать равновесие.
— А я подумала, вы просто добрый парень, который не захотел, чтобы я умерла у себя дома. Нужно было поговорить со мной, прежде чем вы ввязались во все это. Я бы сразу предупредила вас, что отцу все равно. Я могу оказаться в реанимации, но он не приедет.
