— Нет!.. Нет, не приходило, — добавила она, на сей раз куда менее уверенно, потому что, если вдуматься, это действительно было приятно. Рядом с Майклом она чувствовала себя в полной безопасности. Но этим дело не ограничивалось. Потому что прижиматься к сильному и надежному мужскому телу было еще и очень сладко.
— А напрасно, — ответил Майкл. — Держу пари, что я намного лучше брата. По крайней мере, в одном отношении. Я рядом.
Флора пыталась бороться со своими ощущениями. Соски напряглись, от прикосновения руки Майкла к ее бедру по коже побежали мурашки... Черт с ней, с этой грозой! Она попыталась отстраниться, но он не отпустил.
— Вас не только приятно обнимать. Вы подходите мне по росту, — задумчиво добавил он. — Маленьким девушкам трудно дотянуться до моей шеи.
Флора ахнула.
— Как вы можете? Как можно говорить такие вещи?
— А почему нельзя? — лениво ответил он. — Мы с вами так близко, что дальше некуда.
— Если вы думаете, что я притворилась, будто боюсь грозы, то сильно ошибаетесь, — сквозь зубы сказала она. — Я никогда в жизни не видела такой грозы. Вы чересчур самонадеянны. Теперь я вижу, что была абсолютно права. Вы тот самый типичный самец, каким я вас считала.
Он усмехнулся.
— Виновен по всем пунктам, мэм. Могу сказать в свое оправдание только одно: в моих объятиях вы чувствовали себя женщиной, а я чувствовал себя мужчиной. Так что самонадеянность здесь ни при чем.
— Майкл Рестон, вы воспользовались моим положением! — воскликнула она.
— Угу, — подтвердил Майкл. Тут зажегся свет, и Флора увидела, что он не испытывает ни малейших угрызений совести.
— А как же быть с нашим деловым соглашением?
— Выбросить в окно. Мне пришло в голову, что, пока Лорд прячется под кроватью, я мог бы начать ковать железо... Метафора не из лучших, но вы меня поняли.
— Да, я вас прекрасно поняла, но это еще отвратительнее!
— Но интереснее всего то, — протянул Майкл, — что в моих объятиях вы чувствовали себя в безопасности. Фло, я сомневаюсь, что мужчина, который внушает вам отвращение, смог бы добиться такого результата.
Она невольно покраснела, но глаз не отвела.
— Может быть, я и чувствовала себя в безопасности, но еще не забыла вашу шпильку насчет кражи серебра!
Майкл задумчиво посмотрел на нее сверху вниз.
— Мисс Эйлсбери, а я все еще не уверен, что знаю ваши намерения. Но это не в силах изменить тот факт, что нас тянет друг к другу.
— Если бы вы отпустили меня, — с трудом выдавила Флора, — то поняли бы, что мои намерения не представляют для вас никакой опасности.
Он еле заметно улыбнулся.
— И очень жаль. Потому что исходящая от вас опасность мне нравится. Во всяком случае, такая опасность.
Они смотрели друг другу в глаза, и в глубине души она чувствовала, что эта опасность нравится и ей тоже. Что-то в этом мужчине привлекало ее, что-то стихийное и удивительно сильное. Природы этого чувства она не понимала, но внутренний голос подсказывал, что только последняя дура может позволить себе увлечься таким человеком...
— Вот эта жилка бьется как тамтам, — нежно сказал он и кончиком пальца коснулся ее шеи.
Флора закусила губу.
— А ваш рот создан для поцелуев, — еле слышно добавил Майкл и провел пальцем по ее губам. — Может быть, устроим проверку?
Даже под страхом смертной казни Флора не смогла бы справиться с трепетом, в который ее повергала близость Майкла Рестона. Вокруг них летали искры.
— Не надо, — хрипло ответила она, пытаясь собраться с духом. — Это смешно.
— Ничуть. Существует сила, которая влечет мужчину к женщине и женщину к мужчине. И эта сила не имеет ничего общего с бледным и пресным словом «нравится», — сухо сказал Майкл.
— Нет, — неуверенно возразила Флора. — Просто вам хочется лишний раз продемонстрировать презрение, которое вы ко мне испытываете. Держу пари на что угодно: если вы поцелуете меня, то тут же начнете издеваться надо мной и собственным братом.
Что-то блеснуло в глазах Майкла, но она не знала, как это называется.
— Ладно. — Он пожал плечами. — Вы будете судьей. Конечно, если еще помните поцелуи Роберта.
— Нет, Майкл! — решительно сказала она.
— Да, Фло. Если хотите, можете все свалить на грозу. Может быть, я и сам сделаю то же самое. Или... — тут в его темных глазах вспыхнуло чувство, название которого Флора знала слишком хорошо, — обвинить в этом «типичного самца». Во всяком случае, я отступать не привык.
Ну, Флора Эйлсбери, если ты посмеешь дать себе волю, я тебе этого никогда не прощу! — пригрозила себе она.
Майкл догадался о ее мыслях — возможно, потому, что у нее упрямо сжались губы. Поэтому он оставил ее губы в покое и прижал к себе ее бедра. Флора была в той же длинной юбке и белой блузке, что и накануне, но тонкий цветастый хлопок и крошечные трусики-бикини не мешали ей ощущать прикосновение рук Майкла к ягодицам. Она тяжело задышала, и он насмешливо выгнул бровь. А потом обвил руками ее талию.
— Еще немного, и я обхватил бы вас ладонями, — нежно сказал он. — Дайте подумать... Шестьдесят один? Шестьдесят три?
— Это мое дело, — гортанно ответила Фло.
— Ну что ж... — Ладони Майкла мучительно медленно приближались к ее грудной клетке. — Восемьдесят восемь, шестьдесят, восемьдесят восемь, верно?
— Я вижу, у вас большой опыт! — В глазах Флоры вспыхнуло пламя.
— Опыт имеется, — подтвердил он.
— Если так, знайте, что я презираю мужчин, которые мысленно измеряют размеры женского бюста, талии и бедер!
Майкл негромко фыркнул.
— Вы правы, это пережитки подросткового возраста. Обычно я такими вещами не занимаюсь. Должно быть, так на меня повлияло совершенство вашей фигуры. — Он пожал плечами. — Когда вы покачиваете ими, это происходит само собой или?.. — Руки Майкла вновь опустились на ее бедра.
— Я делаю это не нарочно, — пролепетала Флора. — Просто хожу, и все...
— Значит, это для вас естественно? Очень рад, — пробормотал он. — Но проверка еще не окончена. Тест номер два. Ваша кожа. — На этот раз он провел ладонями по плечам Флоры. — Как шелк, — констатировал он и снова обвил ее руками. — Вы такая беленькая... Не могу поверить, что за столь изящной внешностью скрывается ум, напоминающий стальной капкан.
— Лучше поверьте, — предупредила она. Но разве можно сохранить враждебность к человеку, если ты чувствуешь, что попала в силок? Силок, который ты свила своими руками, с горечью подумала Флора.
Гром и молния всегда приводили ее в ужас. В отличие от Долли. Долли любила грозу — конечно, если при этом она находилась в безопасности. Похоже, сестра даже подпитывалась от них. Но она, Флора, совершила неслыханную глупость, признавшись в своей слабости этому человеку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
