Даже не оглядываясь, Ребекка кожей чувствовала на себе жаркий и жадный взгляд Джейка и от души наслаждалась этим. Хотя бы в одном ей наконец удалось взять верх!
Официантка принесла уставленный тарелками поднос. Со дня смерти родителей Ребекка потеряла аппетит, но сейчас твердо решила съесть все до последней крошки. У девушки было недоброе предчувствие, что сегодняшний день потребует от нее все силы.
Глава 5
Темно-синий, неприметный седан Джейка ехал по запутанным улочкам Эджуотера к дому Дорис Джордан, и Ребекка жадным взглядом выхватывала каждый дом, каждое дерево, каждую лужайку, каждую мелочь повседневной жизни городка.
Вот мальчик на роликовых коньках катит по тротуару… вот на крыльце дома две малышки играют в чаепитие с куклами… вот перед чьим-то гаражом компания детей постарше бросает мячи в баскетбольную корзину, а еще двое на веранде увлеченно раскачиваются на скрипучих качелях.
Неужели настоящий отец или мать Ребекки выросли в одном из этих домов, в этом мире, который так непохож на ее привычный мир? Неужели вон тот подросток на велосипеде может оказаться ее родственником или даже сводным братом?
Джейк свернул на улицу, засаженную по краям такими огромными деревьями, что их кроны причудливым балдахином сплетались над головой. Дома здесь были небольшие и ветхие. Седан затормозил перед калиткой, за которой буйно цвели высаженные в диковинном беспорядке садовые цветы.
— Знаете, — сказал он, — вам ведь вовсе не обязательно туда входить.
Первые слова, которые Джейк произнес со времени завтрака, прозвучали отрывисто и грубо, но все же за ними таилась заботливость. Или же Ребекке просто хотелось, чтобы это было именно так.
Возможно.
Она распахнула дверцу и выбралась из машины.
Плиты на дорожке, ведущей к крыльцу, потрескались, но между трещин не росла трава — точно так же, как на буйно цветущих клумбах не было и следа сорняков. Решетку веранды густо оплетали вьюнки, и два железных кресла с вытертыми сиденьями и спинками словно ожидали, когда кто-то захочет на них отдохнуть.
Ступив на крыльцо, Ребекка заметила, что сбоку, за пологом вьющихся плетей затаилось кресло-качалка — надежное укрытие от окружающего мира.
Распахнулась входная дверь, и на веранду царственной походкой вышла пожилая дама в светло-серых брюках и серебристой блузке.
— Доброе утро, — поздоровалась она. — Вы, должно быть, и есть мистер Торнтон. А я — Дорис Джордан.
Несмотря на тщательно уложенные седые волосы, хозяйка дома выглядела младше пресловутых «семидесяти с лишком лет», о которых говорил Чарльз Мортон. И все же лицо ее покрывала сеть бесчисленных морщин, а зеленые, чуть поблекшие глаза смотрели устало и мудро — подобная мудрость приходит только с долгими годами жизни.
— Да, я Джейк Торнтон, а это — Ребекка Паттерсон. Надеюсь, вы не будете против, если она поприсутствует при нашем разговоре?
— Ничуть. Я всегда рада гостям. Заходите, пожалуйста.
Джейк не стал уточнять, зачем пришла сюда Ребекка, а у Дорис Джордан достало вежливости не спрашивать. Девушка была благодарна им за это — сторонний наблюдатель скорее добьется успеха, чем лицо заинтересованное.
Джейк пропустил ее в дом первой и ладонью мимолетно коснулся ее спины — обычный, почти механический жест мужчины, привыкшего идти позади женщины. Тем неуместнее было то, что Ребекку бросило в жар от этого случайного касания.
Она совсем разучилась держать себя в руках! Девушка призвала на помощь чувство собственного достоинства и решила, что отныне будет зорко следить за эмоциями, которые вызывает у нее близость Джейка Торнтона.
Хотя утро выдалось довольно жарким, в доме Дорис Джордан, за плотно задернутыми портьерами стоял прохладный полумрак.
— Не хотите кофе? Я как раз сварила свежий.
— Спасибо, с удовольствием, — Джейк одарил пожилую женщину той же чарующей улыбкой, которая недавно досталась официантке.
— А вы, мисс Паттерсон?
— Да, если можно.
Дорис вышла из гостиной, а Джейк, оглядевшись по сторонам, уселся в большое мягкое кресло. Ребекка опустилась на краешек диванчика, покрытого цветистым афганским покрывалом. Комната была заставлена множеством вещей, но ничуть не казалась тесной. В одном углу стояла конторка с крышкой на роликах, в другом на ветхой тумбочке уютно устроился старенький телевизор. Цветастый диванчик и два кресла были расставлены вокруг кофейного столика с мраморной крышкой, а на других столиках, в беспорядке разбросанных по всей гостиной, красовались фотографии и настольные лампы. Все это было безукоризненно вычищено, отполировано и мягко мерцало в уютном полумраке гостиной.
— А вот и кофе, — сказала Дорис, внося в комнату серебряный поднос с кофейником, сахарницей и сливочником. Кроме них на подносе стояли большая фаянсовая кружка и две изящные чашечки с блюдцами. — Мы с Эдгаром — это мой покойный муж — получили этот чудесный чайный сервиз в подарок на свадьбу. Поскольку обычно мы пили чай со льдом, сервиз я приспособила под кофе. Не пропадать же такой красоте!
Она поставила поднос на столик, разлила кофе и, пододвинув большую кружку Джейку, уселась на диван, между ним и Ребеккой.
— Мужчины любят большие кружки — наверное, потому, что им неловко держать в пальцах крохотные чашечку. Мой муж и сын были крупного сложения. Как вы, мистер Торнтон.
Ребекка взяла в руки изящную фарфоровую чашечку, расписанную лиловыми ирисами.
— Какая прелесть! — вырвалось у нее.
— Спасибо! — Дорис взяла свою чашку — точно такую же, как у Ребекки, только расписанную розами. — Я начала собирать их много лет назад… И теперь в моем китайском шкафчике настоящий цветник.
— Замечательная идея! Впрочем, у вас два цветника — во дворе и в доме.
Дорис тепло улыбнулась.
— Совершенно верно. Вы, судя по всему, уже заметили, что цветы в палисаднике высажены безо всякого плана. Мне нравится, что они составляют непредсказуемые узоры.
— Хаотическая красота, — пробормотала Ребекка, вспомнив прихотливую россыпь цветов на садовых клумбах.
— Да, необычно и в то же время успокаивает. Хотите еще кофе?
Дорис взялась за кофейник, и Джейк тут же подставил свою кружку.
— Спасибо, — сказал он, — кофе у вас просто великолепный.
— О да, — согласилась Ребекка, — гораздо лучше, чем тот, который мы пили в кафе мотеля.
— Уилбур недостаточно строг со своими подчиненными. Бьюсь об заклад, что у него на кухне и кастрюли-то не отмывают дочиста, а ведь прогорклый вкус может испортить любое блюдо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
