Читаем без скачивания Я напишу тебе, Крошка - Алекс Орлов

– Тут такое дело… – Капитан вздохнул, глядя на рассевшихся под деревом молодых солдат. – Такое дело, Спайк, нужно сократить программу подготовки.

– Подготовить по укороченной программе?

– Да. Но по очень укороченной.

– Что-то я не понимаю, сэр.

– У тебя чуть больше недели. Нужно натаскать новичков на бой в городе. Стрелковое оружие, гранатометы. Рукопашный бой опустим – на него нет времени. Само собой, выбрасываем плавание, радиодело и минирование. Противодействие штуцерам оставляем, борьбу со снайперами – выбрасываем. На пехотные минометы времени тоже нет. На трофейное оружие тоже.

– И что же мы получим, сэр? Пушечное мясо? – спросил Кнопфлер, непонимающе уставившись на командира роты. Ему все еще казалось, что это розыгрыш.

– Нам поставили задачу и дали совсем мало времени. Десять дней. Первый день был вчера.

– И что же это за задача, сэр?

– Гринбург…

– Гринбург?! Но Гринбург это мясорубка! Они, эти птенцы, даже через три месяца не будут готовы к ней.

– Возможно, ты прав, но у нас приказ.

28

Дни, заполненные тяжелой, до седьмого пота, учебой пролетали быстро. О доме почти никто не думал – некогда было. Даже когда Бен и Джо ложились спать и закрывали глаза, они видели перед собой силуэт далекой мишени, по которой им ежедневно приходилось стрелять.

«Граната!» – кричал во сне сержант Кнопфлер, и тогда спящие вздрагивали – это они припадали к земле.

Утро было одним из самых тяжелых испытаний. Все тело болело и, несмотря на крики дежурного, хотелось снова упасть на кровать и пролежать, не шевелясь, целую вечность.

Впрочем, после разминочного кросса появлялось желание жить, а завтрак возвращал молодым солдатам уверенность в своих силах.

И снова к ежедневной учебе. Стрельба, бег, падения и опять стрельба.

– Ты выглянул из-за угла, Рулз, на что нужно обратить внимание?

– На окна, сэр.

– Молодец. Выглянул, определил расстояние до следующего укрытия – и стремительный бросок.

Рулз выскочил из-за угла и помчался к невысокой полуразрушенной стене.

Стоявший позади него Джо Миллиган тут же взял пустые окна на прицел, прикрывая своего товарища.

– Правильно, Миллиган, – похвалил его Кнопфлер, размышляя о том, что мог бы сделать из этих ребят крепкое отделение, если бы ему дали на это время. Ну хотя бы месяц.

Следующим открытый участок преодолел Джо, который уже научился двигаться быстро, не обращая внимания на усталость. Бен хотел последовать его примеру, но сержант остановил его.

– Аффризи, Миллиган сообщил тебе, что в одном из окон заметил штуцер. Понял вводную?

– Понял, сэр.

– Пошел.

Бен выскочил из-за угла и стал петлять, стараясь запутать электронный мозг воображаемого штуцера.

– Хорошо. – Кнопфлер вздохнул, снова вернувшись к невеселой мысли, что готовит ребят для бессмысленной гибели. Ну да, благодаря каким-то навыкам они преодолеют в этом городе кто-то пару десятков метров, а кто-то и целый квартал. Но то будет настоящий везунчик.

Дувший с запада ветер принес несколько раскатов. Сегодня на фронтовом рубеже было неспокойно. Утром где-то над рекой шел воздушный бой. После него на берегу горело два сбитых истребителя.

Сержант еще погонял новичков и пообещал, что после обеда они пойдут на стрельбище.

– Возвращайтесь в казарму и сдайте оружие. А в оставшиеся четверть часа можете сходить на узел связи и отправить домой телеграмму. Дежурному связисту скажете, что я распорядился.

– Спасибо, сэр, – за всех ответил Джо Миллиган. – Но что-то не очень хочется ничего писать.

С него было достаточного и того раза, когда он прямо из транспорта разговаривал с домом, объясняя, куда они с Беном подевались. Это было нелегко.

Возвращаясь с учебной площадки в военный городок, новички решили срезать путь и пошли через холм, оставив тропу, петлявшую среди кустарника.

Их невольно предупредили зенитчики. Бен Аффризи и его товарищи услышали грохот артавтоматов и, повернув головы, увидели вертолет огневой поддержки «джулия», от которого в их сторону уже тянулись дымные хвосты неуправляемых снарядов.

– Воздух! – крикнул Бен и прыгнул под уклон холма. Теряя амуницию и оружие, солдаты покатились вниз, и это спасло их. НУРСы взорвались несколькими метрами выше, разбросав красноватую землю вперемешку с осколками.

Рулз громко вскрикнул и схватился за ногу. Больше никого не задело.

– Не шевелись, я его вижу! – воскликнул Абрахаме, подползая к раненому товарищу.

– Кого ты видишь? – не понял Джо. Он сидел, держа автомат наготове на случай, если вертолет появится вновь.

– Джо, у нас же нет патронов, – напомнил Бен.

– Можно встать, – сказал парень по имени Инсбрук. – Слышите, по нему уже возле реки лупят.

– Давайте поднимем Рулза, – предложил кто-то.

– Нет, лучше вызовем сюда санитаров.

– Отвалите! Я его вижу! – отмахнулся Абрахаме. – Рулз, убери руки, я сейчас выдерну этот осколок!

– Не надо, Ноэль! Лучше в госпиталь!

– Заткнись, я знаю, что делаю! Убери руки, кому сказал! Убери руки!

Наконец Рулз отнял окровавленные ладони, и Абрахаме, едва ли не рыча, ухватился зубами за торчащий краешек и дернул что было сил.

Раненый дико заорал, из раны хлынула кровь.

– Нужно срочно его перевязать! – крикнул Джо.

– Не дергайся, – бросив витой кусок металла на траву, буркнул Ноэль. – Давай бинт и антисептик, а кровь пусть немного стечет, чтобы заразу наружу вымыло.

– Но я же истеку-у-у! – завопил Рулз.

– Ты не видел, как истекают, парень, – авторитетно заметил Абрахаме, готовя бинт. – Когда в Арби Паплонски всадили двадцать восемь скрепок, вот тогда он истекал.

– Каких скрепок? – удивился Бен.

– Мебельных, парень, мебельных.

– Это как? – тут же спросил кто-то из сбившихся в кучу солдат. И даже раненый перестал кривиться, заинтригованный рассказом Ноэля.

– Дружок его Бруно решил пошутить и направил на него пневматический степлер. Направил и говорит: бабах, Ар! А поскольку пили они с самого утра, то он случайно нажал спуск и пришпилил одежду Паплонски к его телу в двадцати местах. Ар посмотрел на свое брюхо и говорит Бруно: какого хрена, приятель, у тебя в обойме еще восемь скобок осталось…

– И что?

– И Бруно пришпилил к Арби оставшиеся скобки.

С этими словами Абрахаме прижал к ране Рулза смоченные антисептиком бинты, и тому снова пришлось орать.

29

Ноэль так здорово наложил Рулзу повязку, что тот смог идти без посторонней помощи.

Солдаты вернулись в казарму и, сдав оружие, еле успели на обед. В столовой Бен и Джо повстречались с Ломбардом.

– Урмас, садись с нами! – предложил Бен.

– Привет, парни. Сяду, если босс разрешит.

И Ломбард посмотрел в сторону снайпера Фридриха, который обучал Урмаса всем подлым штучкам потайных стрелков.

Видимо, за эти несколько дней Ломбард и его наставник научились понимать друг друга без слов.

– Разрешил, – выдохнул Ломбард, ставя свой поднос рядом с Беном и Джо. – Как дела, ребята?

– Сегодня нас обстреляли катаны, – сообщил Бен. – Рулзу в ногу впился вот такой осколок.

– Да ты что? – поразился Урмас. – А где это случилось?

– На холме.

– Точно, я слышал, как били зенитки, – вспомнил Ломбард, опуская ложку в суп. – И что теперь с Рулзом? Он на операции?

– Ничего подобного. Абрахаме выдернул осколок зубами – как гвоздь. В один момент – у него это здорово получилось.

– Это потому что он мебельщик, – пояснил Джо, разжевывая котлету. – Они, оказывается, во время пьянки стреляют друг в друга из степлеров.

– Ну, что они пьют, я знаю, – отодвинув тарелку, сказал Ломбард. – Однажды мой дедушка купил себе диван, а в нем…

– Постой про диван, Урмас, как учеба-то? – напомнил Бен.

– Нормально учеба. Винтовку разбираю-собираю. Учусь держать паузу и медленно двигаться – одно движение в минуту.

– Во, а нас, наоборот, гоняют, чтобы шевелились.

– Вы пехтура, ваше дело бегать, а мое, как пауку, момент выжидать. У меня уже и имя есть специальное.

– Какое такое специальное?

Ломбард огляделся, словно боялся, что его подслушают, затем наклонился ниже и произнес:

– Затаившийся.

– Почему так странно? – спросил Бен и переглянулся с Джо.

– И вовсе не странно. Моего босса зовут Всего Хорошего. Тут нечего удивляться, ведь мы – снайперы, народ особый.

В столовой появился сержант Кнопфлер. Заметив за столами нескольких своих солдат, он демонстративно посмотрел на часы и покачал головой.

– Все, Урмас, мы уходим, – подхватывая поднос, сказал Бен.

– А этот, значит, ваш? – спросил Ломбард, уставившись на Кнопфлера.

– Наш добрый мучитель, – подтвердил Джо.

– Подвижный парень, – со значением произнес Ломбард. – Такие часто соскакивают с прицела…

30

В долгие периоды военного равновесия, когда не возникало кризисных моментов и армия Катана не прорывала вдруг фронт и не наносила неожиданных ударов с воздуха, генерал Шморанг спал до десяти утра, затем принимал душ и после травяного чая с лимоном собирал получасовое совещание.