Читаем без скачивания Схема полной занятости - Магнус Миллз

– Хотите чашечку чаю?

– О да, пожалуйста, – сказал я. – Во рту все пересохло. Столовая наверху, да?

– У нас тут нет столовой. Утром нам чай готовит уборщица, но она уже ушла домой. Нам самим приходится. Сходи поставь чайник, а, Мартин?

Он обращался ко второму мужчине, похожему на его же версию, только помоложе и не такую дородную. Второй легко мог оказаться его сыном.

– Ладно, – сказал этот второй и повернулся ко мне: – Сахар будете?

Голос у него был очень визгливый.

– Нет, спасибо.

– Скажи-ка лучше Джиму, – добавил пухлый.

– Ладно.

Человек помоложе подошел к настенному телефону и снял трубку. Через секунду из мастерской до нас долетело звяканье. Потом замерло.

– Джим? – сказал человек помоложе в телефон. – Это Мартин. Мы чай ставим, если тебе интересно. Точно. Подходи через пять минут.

Он повесил трубку и пошел ставить чайник. Я задвинул дверь фургона.

– Сколько у вас тут фургонов? – поинтересовался я.

– Один, – ответил пухлый и повел подбородком через весь двор на мастерские. – В настоящее время он в ремонте.

Третий участник трио был тихий дядька, улыбался он много. А говорил мало. Вот поэтому мне взбрело на ум, что с ним работать приятно. Звали его, как я вскоре обнаружил, Эриком. Имя пухлого было Гарольд. Пока готовился чай, Эрик взял метлу и пошел мести по всей длине рампы. Часы у конторы сообщили мне, что уже полдень. Не могут же они так рано закрывать лавочку. Не настолько же. На мой вопрос ответ поступил сразу.

– А вот и «Колокольня», – объявил Гарольд.

По бетонной дорожке ехал «УниФур» – и уже в следующий миг, громогласно бибикнув, он вкатился во двор. Пока машина сдавала задним ходом к погрузочной рампе, я пригляделся к номерной табличке. Буква К подтверждала, что фургон – действительно из депо «Колокольня», и меня сразу же окатило волной разочарования. До этой минуты я пребывал в уверенности, что я – первый и единственный посетитель «Кружевного рая» из нашей зоны. Это депо в сравнении с моими обычными пунктами назначения действительно сильно смахивало на отдаленный спутник. Однако то, как они приветствовали новоприбывших, подсказало, что первым я быть никак не могу. Когда из кабины выбрались водитель с помощником, стало и вовсе очевидно, что с местным персоналом они знакомы очень хорошо. Да и я, на самом деле, признал новоприбывших – мы виделись время от времени на маршрутах нашей зоны.

– Ну, Кит, – сказал Гарольд. – Ты как раз к чаю.

– Для разнообразия, – последовал ответ. – Вчера нам пришлось десять минут ждать.

Поднявшись по ступенькам, Кит остановился, посмотрел на меня и сказал:

– Лицо знакомое. «Долгий плес», да?

– Да, – ответил я. – Я тут контрольные рейсы провожу.

– А, точно, – кивнул он. – Я слыхал, они устанавливают прямую связь между здесь и там.

Помощник его тем временем обошел их фургон и откатил дверь. У меня за спиной раздалось вежливое «бип». Эрик оставил в покое метлу и теперь сидел в полной готовности на вильчатом погрузчике, но улыбался по-прежнему.

В последующие несколько минут все соображения, дескать, это «сонное» депо, у меня быстро развеялись. В транспортном средстве Кевина приехали шесть полностью нагруженных поддонов, но Эрик так ловко управлялся с погрузчиком, что фургон опустел в мгновение ока. Весь вклад Гарольда в работу сводился к тому, чтобы не путаться у Эрика под ногами, одновременно стараясь выглядеть по-деловому. Удавалось ему это потому, что, несмотря на пухлость, он оказался очень легок на ногу. Прочно заложив руки в карманы, он маневрировал по «УниФуру», плетя хитрые па. Эрик тем временем занимался грузом.

Пока все это происходило, Мартин вернулся с чайным подносом и поставил его в углу помещения на столик – вокруг было расставлено несколько стульев. От мастерских подошел еще один человек. Это, как я понял, и был механик Джим, которому Мартин звонил по телефону. Разгрузка завершилась, накладными обменялись, и всех неуклонно потянуло к столу. И тут, впервые после моего приезда, Гарольд вынул руки из карманов. Пухлые, как и все остальное у него, а в одном кулаке зажата колода карт.

– Перекинемся по-быстрому? – спросил он.

– Это можно, – ответил Кит. – Пока мы все здесь.

Разлили чай. Мы сели, раздали карты.

– Чей ход первый?

– Мой, – ответил Гарольд. Он долго и пристально изучал свои карты, затем вопросительно посмотрел на меня. – «Булочник мистер Слойк» у вас?

7

К тому времени, как я покинул «Кружевной рай» – примерно два часа спустя, – я пришел к выводу, что это – совершенно милое депо. Гарольду и его сподвижникам все было по плечу, а к посетителям они относились как к почетным гостям. После карточной партии Мартина отрядили сделать сэндвичей и заварить побольше чаю, а Джим по-быстрому осмотрел наши с Китом транспортные средства на предмет, как он выразился, «нежелательных утечек масла». Их, разумеется, не было: стандарты техобслуживания по всей Схеме неизменно высоки. Тем не менее жест его был в должной степени оценен. Джим был механиком традиционной школы: в левом кармане чистая тряпица, в правом разводной ключ. Особое внимание уделил он УФ61, отметив, что это – одна из немногих моделей в серии, которых он раньше не видел. Джим открыл капот и несколько минут в почтительном молчании таращился на двигатель.

– Только погляди, – сказал он. – Какое изумительное творение.

Когда Джим опять закрыл капот, Кит, стоявший рядом, подмигнул мне. Их с Родни, помощником, жизнь по Схеме удовлетворяла как мало кого, и поездки в «Кружевной рай» им тоже очень нравились. За столом тут у них даже завелись собственные кружки. Но меня все равно удивляло: как они могут проводить здесь столько времени – играть в карты, вообще расслабляться? Если они не будут

соблюдать осторожность, думал я, их непременно оштрафуют за задержку с выездом. Я тайком глянул на контору, и в тот же миг меня осенило: так вот почему в этом депо все выглядит так лениво! Здесь нет никакого начальства! Контора стояла закрытой, к двери прислонена пара запасных метел, будто им здесь самое место. Рядом с конторой – часы-компостер, а сверху на полочке – четыре карты учета рабочего времени, единственный намек хоть на какую-то официальность. Когда я спросил об этом Гарольда, он объяснил, что в депо начальство решили не назначать постоянно, а вместо этого без предупреждения шлют с проверками кого-нибудь – например, Несбитта.

– А вам от этого не нервно? – поинтересовался я.

– Чего ради? – ответил он. – У нас подъездная дорога – прямая, как палка. Мы подступы на милю просматриваем.

Очевидно, в главной конторе, в глубинах здания, работали несколько канцеляристов, а кроме того, имелся и управляющий депо, но Гарольд заверил меня, что никто из них в повседневную работу не вмешивается. Когда мы принялись за блюдо с сэндвичами Мартина, я вынужден был согласиться, что всё у них функционирует идеально.

– Очень вкусные, – сказал я. – Никогда не думал заняться общественным питанием?

– Думал, – ответил Мартин. – Но я лучше уж сам все их съем.

Кит и Родни уехали в два, курсом на «Веселый парк». По данным Гарольда, в два тридцать должен был появиться еще один фургон, который и заберет какие-то из только что доставленных поддонов. А остальные возьмут без двадцати четыре. С приличествующей случаю поспешностью трое складских рабочих взялись проверять подготовленный груз: Мартин считал, Эрик размечал, а Гарольд стоял поблизости, заложив руки в карманы. Я тем временем забрался в свой «УниФур» и направился обратно в «Долгий плес», посигналив им на прощанье при выезде со двора.

По пути в «Кружевной рай» я внимательно следил за тем, чтобы не сбиться с маршрута, но теперь, зная дорогу лучше, поимел возможность вести некие неофициальные наблюдения. Например, на полпути домой отметил кафе под названием «У Джимми» – заведение на вид в высшей степени подходящее для водителей, опоздавших к завтраку. Чуть дальше по дороге располагались «Чайные комнаты 'Кавендиш'«, которые, по первому впечатлению, представлялись несколько менее пригодными для этой цели. Притормозив в целях более детального осмотра, вместе с тем я обнаружил, что «сзади имеется место для стоянки только автотранспорта посетителей». Сюда неплохо будет исчезнуть на полчасика, если потребуется. Точно так же – многообещающе пригодным – выглядел тупичок, скрытый густой рощицей тополей. Моя мимолетная рекогносцировка позволила составить фоторобот типичного рейса из «Долгого плеса» в «Кружевной рай» (и обратно), с учетом разнообразных потребностей среднего работника Схемы. Мне также пришло в голову, что при таймировании завтрашнего рейса следует учитывать и некоторые засеченные мною пункты остановок.

Подъезжая ближе к Кольцевой, я начал встречать все больше «УниФуров» – они парковались в различных надежных испытанных местах, а экипажи их ждали, пока день не пойдет на убыль. Иногда они собирались группами, и пять-шесть человек стояли и вели дискуссию на ту или иную тему. В других местах из окна кабины торчали ноги, указывая на то, что владелец их наслаждается безмятежной дремотой. Помощник его тем временем сидел на солнышке и читал газету. Погода определенно уже обернулась весенней, и пролетая по этим второстепенным дорогам, я знал: впереди нас ожидают славные денечки.