Например, 405-й народно-артиллерийский корпус состоял из:
восемнадцати 75-мм полевых орудий (Feldkanonen 40);
восемнадцати 105-мм легких полевых гаубиц (leFH18/40);
двенадцати 105-мм пушек (Kanone 18);
двенадцати 122-мм трофейных советских гаубиц (schwere feldhaubitze 396 (r));
двенадцати 152-мм трофейных советских гаубиц (Feldhaubitze 433 (r)).
Такое вооружение было типичным для народно-артиллерийских корпусов заключительного периода войны.
Силы и средства II. Стальной кулак и воздушный молот
Танки, танковые части и соединения были одними из главных героев Второй мировой войны. Во второй половине войны организация танковых и самоходно-артиллерийских частей и соединений Красной Армии отличалась большим разнообразием. Если в июне 1941 г. танковые соединения были скроены по одному шаблону, то в 1945 г. от форм и видов организации бронетанковых частей рябило в глазах. Однако у них существовала четкая иерархия. Т-34, промелькнувший в хронике или запечатленный на фотографии, мог быть чернорабочим войны, а мог принадлежать к элитному соединению. С первого взгляда, без точной идентификации снимка или фрагмента хроники, этого понять было нельзя.
Низшей формой существования танков были отдельные танковые полки. Они предназначались для непосредственной поддержки пехоты и подчинялись общевойсковым командирам. Собственно, такое применение танков было известно еще в Первую мировую войну. Они поддерживали атаку пехоты, становясь для нее тараном и щитом. По штату отдельный танковый полк насчитывал 21 танк. В 1945 г. это чаще всего были Т-34–85. В том же формате существовали тяжелые танки ИС-2. Однако части, вооруженные ИСами, назывались отдельными тяжелыми танковыми полками (оттп), и с момента формирования им присваивалось гвардейское звание. По штату полк насчитывал 21 ИС-2 и 374 человека личного состава. Первая задача полков ИСов была аналогична обычным отдельным танковым полкам – непосредственная поддержка пехоты. Однако высокие характеристики ИСов выделяли их из рядов чернорабочих войны. Отдельные гвардейские тяжелые танковые полки чаще всего были средством РГК, придававшимся стрелковым соединениям на направлении главного удара.
Второй задачей полков на ИСах была поддержка механизированных соединений. Здесь они решали задачу борьбы с тяжелой бронетехникой противника. Фактически в СССР была реализована предложенная немцами в мае 1941 г. для «Тигров» схема «стержня» танковых дивизий. Многие советские танковые и механизированные корпуса получили такой «стержень» – полк ИСов.
Отдельные танковые бригады были следующей после полков ступенькой в организации танковых войск. По сути своей танковая бригада была готовой боевой группой, включавшей танки, мотопехоту, легкую артиллерию и инженерные средства под управлением одного командира. Однако отдельные танковые бригады все еще оставались средством непосредственной поддержки пехоты. Они отдавались в подчинение общевойсковых командиров и действовали вместе со стрелковыми частями и соединениями. Характер их использования не сильно отличался от английских «ромбов» в 1916 г. Никаких глубоких прорывов от них не ожидалось. Хотя бы ввиду малочисленности: по существовавшему в 1945 г. штату танковая бригада насчитывала 65 танков Т-34 и батальон мотопехоты. Отдельные тяжелые танковые бригады в этом отношении не были исключением, менялся только основной тип танка – в них насчитывалось по 65 ИСов. Тяжелые танковые бригады были мощным тараном для взлома обороны противника на направлении главного удара, оставаясь при этом средством непосредственной поддержки пехоты. Надо сказать, что к 1945 г. часть функций по непосредственной поддержке пехоты взяли на себя САУ. Но о них речь пойдет чуть позже.
От танковых бригад оставался всего один шаг до самостоятельного механизированного соединения, каковым являлся танковый или механизированный корпус. Появившись в 1941 г., танковые бригады стали тем «кубиком», из которых с 1942 г. собиралось ядро танкового корпуса. Танковый корпус 1945 г. включал три танковых и одну мотострелковую бригаду. Такое соединение уже могло использоваться для глубокого прорыва и самостоятельных действий в глубине. Это уже была высшая форма существования танков, хотя внешне все оставалось неизменным: бригады корпусов по штату имели все те же 65 танков Т-34–85. Танковые армии, объединявшие два-три танковых и механизированных корпуса, становились средством окружения крупных группировок противника. Это была элита танковых войск, могучий, но тонкий и сложный инструмент ведения войны. Их старались беречь во время прорыва обороны противника, чтобы затем бросить в образовавшуюся брешь для охвата и обхода, разгрома резервов, а также для захвата важных пунктов в глубине. Именно самостоятельные танковые соединения определили лицо Второй мировой войны.
Танк ИС-2 на улице немецкого города. Тяжелые ИСы применялись в основном в полках и бригадах непосредственной поддержки пехоты
Общемировые тенденции развития вооруженных сил неизбежно затрагивали армию СССР. Если в начале войны самоходная артиллерия была сравнительно мало распространена, то в 1944–1945 гг. доля САУ в общем числе бронетехники существенно возросла. В ходе войны Красная Армия также постепенно насыщалась самоходно-артиллерийскими установками, дополнявшими танки и заменявшими артиллерию. Перед началом Висло-Одерской операции в войсках 1-го Белорусского фронта насчитывалось 1950 танков и 1245 САУ, т.е. САУ составляли почти 40% всей бронетехники. При этом значительная часть танков входила в танковые армии, повышая тем самым долю САУ в подчинении стрелковых соединений. В Берлинской операции в составе 1-го Белорусского фронта насчитывалось уже 1417 САУ различных типов.
Самой распространенной САУ Красной Армии была СУ-76. Она не была столь же защищенной, как серия ИСУ (на шасси тяжелых танков ИС) или даже СУ-85/СУ-100, но создание СУ-76 означало появление в Красной Армии самоходного лафета для основного дивизионного орудия. Тем самым 76-мм артиллерия получала возможность сопровождать наступающие части в атаке своим ходом, а не перекатыванием на руках. При этом расчет самоходного орудия не лишался нормального обзора, как это было на полностью защищенных броней САУ. К.К. Рокоссовский писал: «Особенно полюбились солдатам самоходные артиллерийские установки СУ-76. Эти легкие, подвижные машины поспевали всюду, чтобы своим огнем и гусеницами поддержать, выручить пехоту, а пехотинцы, в свою очередь, готовы были защитить их от огня вражеских бронебойщиков и фаустников»[42]. Следует отметить, что в производственном отношении СУ-76 была наследником танка Т-70. Выпуск этих танков был свернут в пользу СУ-76, загрузив мощности советского автомобильного производства.
Первоначально полки САУ в Красной Армии были средством РГК. Постепенно они стали включаться в состав механизированных соединений и объединений. Танковые армии с апреля 1943 г. получили два штатных самоходно-артиллерийских полка. Еще раньше, в январе 1943 г., в штат танкового и механизированного корпуса включили полк САУ смешанного состава (СУ-76 и СУ-122). В середине 1943 г. эти полки были переведены на штат № 08/218 тяжелого самоходно-артиллерийского полка (361 человек, 12 СУ-152). В конце 1943 г. взамен истребительно-противотанкового полка с буксируемыми пушками в состав танкового и механизированного корпуса стали включаться полки СУ-76 штата № 010/484 (225 человек, 21 СУ-76), а вместо истребительно-противотанкового дивизиона – полк СУ-85 штата № 010/483 (230 человек, 16 СУ-85 и 1 Т-34 во взводе управления). Кавалерия также не была обойдена вниманием – с середины 1943 г. в состав кавалерийского корпуса включался полк СУ-76.
Спецификой организации советской самоходной артиллерии последнего периода войны стало включение в штат полков и бригад САУ мотострелков и саперов. По штату № 010/462 самоходно-артиллерийского полка РВГК на СУ-85 (позднее СУ-100) и штату № 010/461 самоходно-артиллерийского полка ИСУ-152 помимо четырех батарей САУ в подчинении штаба полка была рота автоматчиков и саперный взвод. В самоходно-артиллерийской бригаде на СУ-76 штата № 010/508 1944 г. был целый батальон автоматчиков. Тем самым самоходные установки получили свою собственную, закрепленную за ними мотопехоту. Все говорит о том, что, столкнувшись с проблемой взаимодействия придаваемых САУ и поддерживаемой пехоты, ее решили в лоб, включением минимально необходимого числа пехотинцев в полк САУ. Следует отметить, что немецкое командование пришло в самом конце войны к абсолютно аналогичному решению – «батареям сопровождения» в бригадах штурмовых орудий. Своя пехота в самоходно-артиллерийских частях позволяла сглаживать проблемы взаимодействия при подчинении полков САУ пехотным соединениям. Изначально обученные для совместных действий с самоходками пехотинцы, несомненно, были надежнее назначенных на бегу, за несколько часов до боя бойцов.
