и у меня, и у него. Денис активно занимался проектом расширения, а я подготовкой новой выставки. Мы приходили домой в основном поздно, уставшие, так что эти выходные были для нас как глоток свежего воздуха.
— Готова? — муж улыбнулся, закрывая багажник.
Я кивнула и подошла ближе. Подождала пока Денис откроет дверь и поможет сесть в машину. У него был большой, черный внедорожник — Мерседес Гелендваген. Несмотря на ступеньку, забираться в него без посторонней помощи с моим ростом и пропорциями было не так уж и легко.
— Как настрой? — заводя машину, поинтересовался Денис.
— Лучше всех, — радостно ответила я.
Это действительно было так. Я любила проводить время с мужем. Нам всегда было хорошо вместе. Может быть, потому что он был старше меня, но в его обществе мне было спокойно и хорошо.
В этом году в январе Денису исполнилось сорок два года, а мне в мае двадцать пять лет. У нас была разница, немного-немало, семнадцать лет. Возраст Дениса выдавали только поседевшие волосы. Физическую форму он держал под контролем, четыре раза в неделю ходил в зал. Даже я, честно говоря, в зале бывала от силы несколько раз в месяц, когда Денису удавалось уговорить меня и составить ему компанию. Я радовалась, что пока генетика позволяет мне сохранять красивые формы и при этом есть, сколько хочется, хотя знала, что так будет не всегда. Пока же просто наслаждалась.
Семнадцать лет с одной стороны огромная пропасть, но с другой… я не чувствовала этой разницы в возрасте. Наблюдала лишь плюсы — Денис был более уравновешенным, чем мои сверстники, знал, чего хочет, умел ухаживать, слушать и разговаривать, быть романтичным. Обладал невероятной терпеливостью, понимал меня. Он много добился в жизни и даже был уже как-то женат. Детей у него не было, что меня, честно говоря, удивляло. Мне казалось, что такой человек, как Денис, обязательно захочет ребенка. Но я подобный разговор с ним не заводила, боясь того, чем это может обернуться для меня.
Через два часа мы доехали до нужного места. Это был небольшой домик прямо около реки. Деревянный и простой он стоял среди леса, а вокруг ни одной живой души.
Я удивленно посмотрела на Дениса.
— Не слишком ли уединенно?
— Страшно? — приобняв за плечи, повел меня в дом. — Со мной ничего никогда не бойся, — прошептал на ухо.
Нас встретил сторож дома. Показал и рассказал все — где брать дрова, чтобы растопить печку, где взять воду. Водоснабжения здесь не было, и нужно ходить к колодцу. Изнутри дом был очень уютным и небольшим. Я никогда не бывала в деревне, всю жизнь росла в городе, поэтому рассматривала все с особым любопытством.
— Очень… антуражно, — когда сторож ушел, высказалась я.
— Ты первый раз видишь печь? — с усмешкой спросил муж.
— Отсутствие воды тоже.
Денис выгрузил вещи из машины, и пока он топил печь, я начала накрывать на стол. Еду мы взяли с собой, притом ужин был готовый. Отдав Денису мясо и картошку, чтобы он разогрел все в печи, я пока нарезала овощи. Муж зажег около десятка свечей и выключил свет. Теперь дом погрузился в сумрак, освещенный только теплым светом свечей.
Мы сели ужинать. Дом уже успел прогреться, и мне было даже жарко. Хотя, стоит отдать должное, кажется, здесь изначально было протоплено, потому что ни сырости, ни холода в нем не чувствовалось еще в тот момент, когда мы пришли.
Денис открыл вино, разлил по бокалам. Мы ели в тишине, и нам было комфортно. Мы, в целом, могли спокойно чувствовать себя в обществе друг друга, когда молчали.
— С годовщиной, — подняв бокал, произнес муж.
Я поддержала его, протянув руку, чтобы чокнуться.
— Я хотел кое-что… обсудить.
По интонации Дениса было сложно распознать что-то, голос продолжал звучать спокойно.
— Давай, — с улыбкой ответила я.
— Ты знаешь, что я тебя очень люблю, — начал муж.
— И я тебя, — не понимая, к чему он ведет, сказала в образовавшейся паузе.
— И я стал самым счастливым человеком, когда ты согласилась выйти за меня замуж.
В этот раз я не пробовала заполнять молчание, ожидая продолжения. Денис встал, подошел ко мне. Повернул меня вместе со стулом, так чтобы я смотрела на него, опустился на колено. Я напряглась, не понимая, что происходит.
— Саша, родная, давай обвенчаемся?
Мои глаза расширились от шока. Я продолжала смотреть на мужа, который стоял на одном колене, ожидая моего ответа. Он взял мою руку в свою и не сводил с меня внимательного взгляда. Такого поворота я точно не предвидела.
— Эмм… — я откашлялась, пытаясь вернуть себе дар речи. — Я, честно говоря, очень мало знаю о венчании.
— Это обряд в церкви. Мы признаем друг друга мужем и женой перед Богом, — объяснил Денис.
— Я даже не знала, что ты такой верующий, — нахмурившись, призналась я.
— Я не хожу в церковь каждую неделю, но я верующий.
Денис продолжал стоять на одном колене и, видимо, не собирался вставать, пока я не отвечу согласием.
— А… твоя первая жена… вы венчались?
— Нет, — спокойно сказал Денис.
— Почему? — неудовлетворенная таким кратким ответом, уточнила я.
— Я не считал нужным венчаться.
— А сейчас? Сейчас считаешь?
— Да, — коротко произнес он, видимо, считая, что этого достаточно, чтобы я все поняла.
Я начала раздражаться от этих слишком лаконичным ответов, после которого появлялась больше вопросов. Притом что Денису была несвойственна такая немногословность и таинственность.
— А почему сейчас это важно? — наконец, спросила я, продолжая смотреть на Дениса сверху вниз.
— Потому что… я очень люблю тебя, и мне важно, чтобы ты поняла всю серьезность моих чувств, — спокойно ответил мой муж.
— Но я это и так знаю, — все еще хмуро сказала я, не удовлетворившись услышанным.
Мы были женаты уже полгода. Ни разу не заходил разговор о венчании. Ни разу. И вот сейчас ни с того ни с сего Денис решил, что именно так он сможет показать мне силу своей любви? В этом всем я чувствовала какую-то недосказанность.
— Саш, — голос мужа перестал быть мягким, а стал настойчивым, — для меня это важно.
Эта его фраза ровным счетом ничего не проясняла, но я решила не портить этот вечер, который обещал быть изначально крайне восхитительным.
— Хорошо, — согласно кивнула я, решив, что пора прекратить расспросы.
В конце концов, какая мне разница, почему Денис захотел венчаться именно сейчас? Если для него это важно, я могу пойти на уступку. Я не была глубоко верующей, хотя и была крещенной.
Денис широко улыбнулся, поднялся с колен и наклонившись порывисто
