– Но они до сих пор тебя ищут?
– Конечно. Управлять мной они не могут, а для их планов я опасен.
– Что они планируют?
– Всякое. – Тренчер посмотрел на дождь, когда мимо порхнула птица, перелетая напоминающие пещеры промежутки между зданиями. – Посмотри на нее, Элиас. Ей-богу, прошли годы с тех пор, как я видел здесь, внизу, летящую птицу. Да и снаружи их осталось не так много. Портится среда.
– Что планируют прималисты? – настаивал Элиас.
– Узнаешь еще, Элиас. Лучше не мучай себя, пока не придет время. Мы все несем свою ношу, и твоя тяжелее, чем у многих.
Обеспокоенный Элиас отставил кружку в сторону.
– Ты говоришь о будущем?
Способность Тренчера к предвидению была необычайной, тогда как видения самого Элиаса были подобны выцветшим семейным фотографиям: блеклые образы такие расплывчатые, что они могли изображать почти что угодно. Тренчер видел гораздо больше. Старик точно знал, когда взглянуть в окно, понял Элиас: именно в тот момент, когда мимо полетит воробей, яростно молотя крошечными крыльями в неподвижном воздухе.
Затем Тренчер тяжело вздохнул.
– Я сказал тебе, что нас было трое. Вон был одним из двух других. Он придет к тебе скоро. Не слушай его, Элиас, что бы он ни говорил. Он могуществен и опасен. Он верит во все, чему его учили прималисты, и еще во многое.
Несколько минут старик молчал.
– Что-то плохое должно случиться, Элиас, – изрек он наконец. – Я скоро уйду, и мне нужно, чтобы ты сделал для меня кое-что. Ты согласен?
– Что-то плохое? Насколько плохое?
– Давай просто скажем, что меня не будет некоторое время. Я хочу, чтобы ты… я хочу, чтобы ты поступил как надо.
– Как?
– Как надо – когда придет время.
– Не понимаю.
– Когда придет время, – терпеливо повторил Тренчер, – ты поймешь, что делать.
Это была одна из их последних встреч. Однажды Элиас пришел и увидел, что половина квартала горит, внешняя стена обвалилась, открыв разрушенные квартиры.
Элиас вспомнил сейчас об этих событиях, подумал о них еще немного и пошел искать Холлиса.
Урсу
Утро выдалось недобрым.
Урсу проснулся от громового шума армии, расположившейся лагерем под городскими стенами. Несущихся оттуда криков и улюлюканья было достаточно, чтобы вселить страх в сердца всех горожан. Урсу являлся теперь мастером-на-служении, и вот уже три дня с тех пор, как бог заговорил с ним, юноша пытался отыскать какой-нибудь похожий случай в Книге Шекумпеха.
Он листал тяжелые, толстые страницы, изобилующие банальностями, но не нашел ничего хоть отдаленно похожего на ситуацию, в какой он сейчас оказался.
Книга Шекумпеха хранилась в подвале под хлевами, за ней смотрел пожилой секретарь по имени Турт. Урсу знал, что Турт ищет кого-то, кто захочет учиться искусствам, необходимым для изготовления новых экземпляров Книги, и, возможно, станет его преемником. Ибо во многих гражданских делах принимаемые решения основывались на изречениях, найденных в Книге Шекумпеха.
Урсу знал, что за пределами долины есть другие общины, также почитающие своих городских богов, и каждого бога так же ревностно, как Шекумпеха в Нубале. И что во многих из тех городов тоже хранятся свои Великие Книги. Но существовала только одна Книга Шекумпеха, так же как существовал только один город Нубала. Все мастера-на-служении были обязаны учить слова этой Книги наизусть, но чинить и заполнять нынешний экземпляр было делом Турта.
Страницы были тяжелые, переплет из тисненой кожи. Бумага изготавливалась вручную, лист за листом, самим Туртом. В основном Книга Шекумпеха состояла из рассказов о всех правителях Нубалы с момента основания города, то есть с начала Великого Холода, когда пришли льды. Но были также в ней повествования о великих героях Нубалы и о битвах, в которых они сражались. Басни, легенды и пророчества заполняли эти страницы.
Мысли Урсу постоянно возвращались к тому совершенно определенному знанию, которое дал ему бог. В тех странных полуобразах, как бы напоминающих слова, не было абсолютно никакой путаницы, никакого сомнения в том, что от него просят.
Но оставался вопрос, когда Урсу должен это сделать. Он ведь не мог просто скатиться по каменным ступеням, схватить идола и выскочить на свободу за городские стены. Отсутствие возможности объединилось с его собственным страхом, и юноша не мог не дрожать как в лихорадке, все время ожидая какого-то знака, хотя и не знал, будет ли когда-нибудь дан этот знак.
Итак, Урсу ждал, и чем дольше он ждал, тем труднее становилось ожидание. Но, несмотря ни на что, юноша по-прежнему мог рассуждать, мог использовать свой разум. Шекумпех показал ему мир, преданный огню и смерти, если Урсу не справится со своей задачей. Поэтому неудаче просто не было, не могло быть места. Юноша планировал свои действия, хотя очень сомневался в своей способности выполнить такую нереальную задачу.
Сквозь свист и улюлюканье врага послышались пронзительные крики, ближе к дому. Мех на спине и кончике морды Урсу встопорщился. Юноша сбежал по холодной каменной лестнице в Главный зал. Кругом царила суматоха. Снаружи, за распахнутыми настежь дверями, кричали и бегали мастера и послушники. Центром этой суматохи служил колодец прямо за входом. Вытаскивая ведра воды, все бежали с ними куда-то, словно пытались залить пламя. Урсу нерешительно пошел к дверям, чтобы помочь. Он по сей день помнил ту историю, что однажды рассказали старшие послушники, – о призраке девушки, Юэнден, который все еще обитает в колодце и утаскивает к себе неосторожных.
– Да тушите вы пожар! – закричал один из мастеров.
Тараторящие послушники пробежали мимо Урсу, и он стал озираться, пока не заметил охваченные огнем деревянные крыши стоящих напротив зданий.
Как ни быстро вытаскивали послушники ведра из колодца, было ясно, что никакой воды не хватит залить пламя и не дать пострадавшим зданиям сгореть дотла.
Нубалу построили во времена Ледяных Гигантов и хорошо подготовили к осаде. Но льды с тех пор отступили, и вместо них по долине потекла великая река, достаточно глубокая, чтобы армии завоевателей опасно близко подвозили по ней свое снаряжение.
Когда армия Зана еще только подходила, кто-то предупредил Городской Совет, поэтому хватило времени, чтобы запастись необходимыми припасами. Но эти огромные катапульты, которые швыряли пылающие снаряды через городские стены, были новшеством, которого древние зодчие Нубалы никак не могли предугадать.
– Иногда я думаю, что нам следует просто отдать им то, что они хотят, и плевать на традицию, – пробормотал голос возле Урсу. Юноша повернул голову и узнал длинное, печальное лицо Непунеха, до недавнего времени своего товарища-послушника. Урсу уставился на него, и вид у Непунеха стал виноватый.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
