узкой, и забираться на угор с тяжелым ведром было неудобно. И только когда я объяснила ему, что без воды не будет и никакого обеда, он нехотя сделал то, о чём его просили.
Мне совершенно не понравился этот бунт на корабле, но я прекрасно понимала, чем он был вызван. Гертруда продолжала вести себя как отправленная в изгнание королева — так с чего бы ее детям было вести себя по-другому? Нам с сестрой давно следовало откровенно поговорить, но каждый день я откладывала этот разговор на завтра, боясь, что он совсем нас рассорит.
После обеда я приступила к резке стекла. И вот этот процесс уже вызвал у Алена неподдельный интерес.
Тренироваться я стала на тех обломках стекол, что мы достали из кухонного окна. Освободила стол, выбрала из всех реек самую прочную, взяла у Табиты перстень. Для замеров я использовала обычную веревку — ею был перевязан один из наших сундуков.
Но всего этого поначалу оказалось мало. Резать стекло острым концом бриллианта оказалось не так-то просто. Стекло трескалось, ломалось, а когда я порезала им руку, то почти взвыла от отчаяния. Похоже, до приезда мастера Меридо нам придется ночевать в доме с незастекленными окнами. Хорошо еще, что дни пока стояли теплые. А вот ночью не спасал уже даже теплый плащ. Да и дров на обогрев дома требовалось слишком много.
— Позволь попробовать мне! — попросил Ален.
Я отступила от стола, радуясь тому, что он не остался безучастным. И как ни странно, но у него дело пошло гораздо лучше. Мы с Табитой завороженно следили за тем, как он разделил стекло на тонкие полоски.
Но с большим стеклом с первого раза не получилось даже у него. И когда оно лопнуло, он досадливо стукнул по столу. Я боялась, что он всё бросит, но нет — он взялся за другое стекло, и через полтора часа мы всё-таки застеклили первую раму. Молотка у нас не было, и гвозди пришлось забивать гладким камушком, который Сэмюэль притащил с дороги.
Полюбоваться плодом наших трудов пришла даже Гертруда. Начало было положено, и по этому случаю мы устроили себе праздничный ужин. Табита запекла в печи мясо с овощами, добавив туда какую-то травку со двора, и по всему дому разлился такой аромат, что у меня потекли слюнки. А еще у нас были свежий сыр и чай с молоком.
Мы пировали, но глядя на это изобилие на столе, я не могла не думать о том, что если у нас не появится какой-то источник дохода, то скоро мы не сможем позволить себе покупать продукты у Булонов. Нам нужно было что-то придумать до того, как мы потратим те деньги, что у нас были.
А пока стоило подумать хотя бы о сохранности продуктов. В детстве, когда у нас с бабушкой сломался холодильник, а денег на новый не было, она вырыла в дровеннике яму и поставила туда ведро с крышкой. Так же сейчас поступили и мы, вместо ведра использовав старый чугунок с треснутым дном.
Наработавшись за день вдоволь, мы рано легли спать. А на следующий день рано встали. Нам с Аленом нужно было застеклить еще четыре окна. И пока племянник разбирался со стёклами, я помогала Табите чистить для обеда овощи.
— А есть ли здесь, матушка, места, где водится рыба? Я видала ее в озере, что находится перед герцогским особняком, но там, я думаю, ловить ее нельзя.
— Конечно, нельзя, — подтвердила она. — Там всегда можно было рыбачить только гостям его светлости. А мой брат обычно ловил рыбу в реке Дордоне — она течет за деревней. Там раньше водились и сиги, и сазаны, и щуки.
— А как вы ее ловили? — не унималась я.
— Неводом ловили, — с улыбкой вспоминала матушка, — и на уду тоже.
— А леску? Из чего делали леску?
— Из конского волоса или из шелка.
Я не удержалась и довольно потерла руки. Как только мы разберемся с окнами, нам следует заняться рыбалкой. Наверняка это будет интересно не только мне и Алену, но и Стефани, и Сэмми. А уж от свежей рыбы на обед или ужин наверняка не откажется даже Гертруда.
Глава 13
На следующее утро Ален застеклил и второе окно в кухне и взялся за окно в моей спальне. А вот на гостиную принесенных из теплицы стекол уже не хватило — часть из них просто не подошли по размерам, а часть сломались во время резки. Я решила не отвлекать племянника от дела и за новой партией отправилась в поместье герцога одна.
Погода в эти дни стояла довольно теплая, но Розин Булон сказала, что по всем приметам получается, что скоро грядет похолодание, а это значило, что нам следовало поторопиться с обустройством нашего дома. Она же сообщила, что мастер Меридо возвращается в Шатель нынче вечером — ее муж узнал об этом, потому что ездил на мельницу Крюшона, чтобы смолоть пшеницу.
Это была хорошая новость. Правда, мадам Булон предупредила нас, что вряд ли мастер сразу возьмется за ту работу, что мы хотели ему поручить — через три дня в Альенде должна состояться большая осенняя ярмарка, и Меридо наверняка туда поедет.
— Если вы тоже собираетесь на ярмарку, ваша милость, то, возможно, вам стоит поехать вместе с мастером, — посоветовала мне Розин. — Он и подскажет вам, где лучше купить гвозди и инструменты. Я предложила бы вам место и на нашей телеге, но боюсь, что его попросту не будет — мы везем а Альенде много товаров, и даже сами будем вынуждены идти до города пешком. А мастер обычно едет туда порожняком, а уже обратно что-то везет. Так что дорогу туда вы можете проделать с ним, а вот назад уже поехать с нами.
Так я и собиралась поступить. Конечно, вряд ли месье Меридо повезет нас бесплатно. А это значит, что нам придется потратить еще одну серебряную монету. А сколько еще он запросит с нас за ремонт крыши и колодца? Чтобы не расстраиваться, я старалась пока об этом не думать.
Но список ярмарочных покупок, который я пополняла каждый день, уже выглядел устрашающе. Время от времени я вычеркивала из него то, без чего мы пока могли обойтись, но даже не то, что осталось, денег нам могло не хватить.
В Альенде мы собирались поехать вместе с
